Второй шанс 5 (СИ)

Можно было бы, наверное, и телефонный справочник купить и просто устроить обзвон, но меня тянуло в те же самые комиссионки из чисто спортивного интереса, вдруг там помимо тарелок ещё что-нибудь инверсное попадётся? Может, такой же «Roland», как у клавишника «Ритма», попадётся, бэушный, по доступной цене.
В паре мест нашлись тарелки, но их качество меня не устроило. То есть в комиссионке попался набор тарелок «Ludwig» таких поюзанных, что и Юрка мог бы с таким же успехом выставить на продажу свои тарелки. Понятно, фирма «Ludwig» будет покруче, чем чехословацкая «Amati», но тарелки побиты ничуть не меньше. Как такое вообще можно пытаться кому-то всучить? Хотя, может, кто-то и позарится на фирму, купит этот набор за 120 рублей.
В музыкальной секции ГУМа я обнаружил набор новых тарелок, вот только это было производство того самого завода музыкальных инструментов из славного города Энгельса. Даже странно было видеть это убожество в центре Москвы.
Уже далеко за полдень добрёл до «Берёзки» на Сиреневом бульваре, здесь ни тарелок, ни барабанов не обнаружил. Зато на выходе обнаружил старого знакомого Витька в компании тех же дружков, что и в прошлый раз. Они словно бы невзначай прогуливались мимо магазина, и увидев меня, Витя расплылся в улыбке.
– О, привет, Макс! А теперь-то какими судьбами? Снова гитару ищешь?
– Почти, – ухмыльнулся я, пожимая руки фарцовщикам. – Тарелки ищу приличные для ударной установки. Кстати, Вадим Николаевич не может в этом деле помочь?
– У него и барабаны-то редкость, а уж тарелки… Хотя чем чёрт не шутит! Давай я звякну ему, автомат недалеко.
Витя вернулся только минут через двадцать.
– Пришлось ждать, пока он кое-кому позвонит и перезванивать снова, – объяснил фарцовщик. – Короче, ему в течение часа должны привезти два комплекта тарелок, блин, название не помню, но сказал, что фирменные. Так что можешь неторопясь двигать к Вадиму Николаевичу с тем прицелом, чтобы добраться не раньше, чем через час. Адрес помнишь? Ну тогда удачи!
В общем, я не торопился, прибыл на Большую Ордынку вообще через полтора часа, чтобы уж с запасом. По пути перекусил в чебуречной «Дружба» в Панкратьевском переулке, причём я в этой чебуречной, помнится, перекусывал и в прошлой жизни году эдак в 2012-м. Взял чебуреки всех предлагаемых видом – с говядиной, курицей и сыром, под два стакана крепкого чая умялось очень даже хорошо. Заодно вспомнил, что хотел присмотреть у Вадима Николаевича и японский видеомагнитофон, и гитарный кабинет… Ну это теперь уже в следующий раз, если судьба сведёт.
А вот и знакомый дом № 17 на Большой Ордынке. Тяжёлые портьеры на обоих окнах задёрнуты, и даже форточки захлопнуты. Вернее, в одном окне портьеры почти задернуты, оставалась узкая щель. И не жарко ему в такую погоду без сквознячка? Кондиционера-то у Вадима Николаевича точно нет, иначе на стене дома рядом с окном торчал бы внешний блок с трубками водоотведения. А что, в это время, думаю, кондиционеры не только уже Запад захватили, но и в СССР их можно встретить. В Баку, кажется, целый завод построили бытовых кондиционеров. Правда, габариты современных кондиционеров думаю, для квартир будут великоваты.
А может, он специально «закупорился», чтобы горячий воздух с улицы не проникал, в этом тоже есть своя сермяжная правда. В любом случае, меня это должно интересовать в последнюю очередь.
Я поднялся на третий этаж и уже собрался было звонить, как почудилось, будто бы с той стороны двери раздался сдавленный крик. Я постоял, прислушиваясь, но больше никаких подозрительных звуков из квартиры не услышал. Да и не подозрительных тоже. Ладно, будем звонить. Надавил на кнопку дверного звонка так же, как Витёк звонил в прошлый раз – два коротких и один длинный. Осталось ждать, когда щёлкнут замки, откроется крепкая металлическая дверь и на пороге появится одетый в «адидасовский» спортивный костюм «Басилашвили».
Однако минуло полминуты, минута, а с той стороны не происходило никакого движения. Хм, странно, вроде должен меня ждать. Я снова позвонил, и вновь никакой реакции. Третий звонок также не принёс результата. Ко всему прочему я стукнул в дверь пару раз кулаком – естественно, с нулевым эффектом.
 
Что-то не нравится мне всё это. Явно же кто-то кричал изнутри, а потом – тишина. Может, милицию вызвать? А может, я просто себя накручиваю, что если там и впрямь никого нет, а крик – всего лишь игра моего воображения? Представляю картину: милиция прибывает на место, находят слесаря, тот вскрывает дверь (как бы дисковая пила не понадобилась), потом проникают внутрь и видят, что в квартире никого нет. Импортных вещичек тоже нет, склад у Вадима Николаевича в соседней квартире, но тем не менее. А тут появляется сам хозяин с парой комплектов тарелок для ударной установки и при виде такой картины хватается за сердце.
Вообще-то, как я понял, ему эти тарелки должны были домой привезти, но кто его знает, может, он решил не привечать дома посторонних, и «забил стрелку» где-нибудь неподалёку?
Конечно, про милицию это я зря подумал, в квартиру к Вадиму Николаевичу так просто не вломишься, а он – человек весьма осторожный, хоть, если верить Вите, и имеет подвязки как с криминалитетом, так и с органами правопорядка.
Я приник ухом к двери, пытаясь хоть что-то расслышать, и у меня тут же возникло ощущение, будто с той стороны кто-то тихо дышит. Показалось? В любом случае всё страньше и страньше, всё чудесатее и чудесатее, как говаривала незабвенная Алиса, оказавшись в Стране чудес.
Я спустился вниз и, подумав, решил обойти дом с другой стороны. У Вадима Николаевича, насколько я успел заметить в прошлый раз, так называемая квартира-распашонка, то есть два окна выходят на внешний двор, и два окна – ещё одной (третьей, наверное) комнаты и кухни – выходят во внутренний двор. Может, здесь я что-то сумею разглядеть.
Во внутреннем дворе дома было тихо и пустынно, старая и, такое ощущение, никому не нужная сушилка, из одного конца которой в другой была протянула уже подгнившая бельевая верёвка, обвита плющом, а дальше идёт ряд деревянных сараев, местами покосившихся, по виду которых можно предположить, что они явно довоенной постройки.
Я посмотрел вверх. Комнатное окно также наглухо закрыто и прикрыто портьерами, а вот кухонное… Пёстрые занавески весёлой расцветки сдвинуты не до конца, а форточка приоткрыта! Причём форточка здоровая, в четверть самого окна. Все окна, как я заметил, в этом доме какие-то нестандартные, то ли с дореволюционных времён, то ли, наоборот, новомодные, при этом краска на всех относительно свежая. А самое главное, рядом с кухонным окном, буквально в метре, проходит пожарная лестница, по которой можно подняться и оказаться к этой самой форточке максимально близко. Как-то слишком легкомысленно со стороны Вадима Николаевича, на его месте, опасаясь форточников, я либо конструкцию окна поменял бы, или хотя бы поставил решётку (естественно, ажурную), либо добился переноса пожарной лестницы в какое-то другое место. Что, впрочем, менее вероятно, так как пришлось бы задействовать приличный ресурс, в первую очередь материальный, подмасливая чиновников.
Но сейчас это обстоятельство могло сыграть мне на руку. Для начала нужно было лишь подпрыгнуть, чтобы зацепиться за нижнюю перекладину, располагавшуюся в паре метров от земли. Уже повиснув на ней и тут же подтянувшись, я задним числом подумал, что такой «турник» мог пагубно отразиться на моём плече, но вроде как обошлось, и слава Богу.
Лестница не внушала доверия, оказалось, что нижняя часть попросту не прикручена к стене, и пока я поднимался, в моём воображении рисовалась картина, как вся лестница отрывается от стены и я падаю вместе с ней. Однако глаза боятся, а руки делают, и вот я уже возле нужного мне окна. Отлив [6] здесь вроде крепкий, ставлю на него левую ногу, цепляюсь пальцами левой же руки за край форточки и, вытянув тело в струнку, заглядываю в щель между занавесками. Дверь на кухню прикрыта, и что там в квартире происходит – можно только гадать, не видно и не слышно.