Подвалы твоего сердца (СИ)

Последние звуки её слов Малфой ощутил губами, и ему показалось, будто у этих фраз был привкус шоколада. Теплые сухие губы прижались к холодным и влажным от алкоголя в мягком, успокаивающем поцелуе. Оба затаили дыхание. Гермиона — из-за страха, Драко — от восторга. Она впервые прикасалась к нему по собственной воле, и этот безобидный поцелуй сильнее любого страстного скрутил сердце и ударил по вискам электрическими разрядами.
— Ты права, — прошептал Малфой, не отрывая взгляда от отстранившихся губ. — Мне не нужен алкоголь.
========== 17. Выбор ==========
Пэнси ясно помнила, каким холодным и безжизненным в то утро было поместье Паркинсонов. После аукциона она направилась не в школу, как все остальные, а вместе с семьей в фамильное поместье, находящееся к югу от Малфой-мэнора. Вечером она совершенно ничего не заметила, утомленная слежкой за Драко и Грейнджер, но вот открыв глаза утром, поняла, что дышать в собственном доме ей значительно тяжелее. Девушка всегда чувствовала особняк, и сегодня в нем что-то кардинально переменилось, причем в худшую сторону. Небо над фамильным гнездом Паркинсонов затянулось плотными тучами, и если для Малфой-мэнора такой пейзаж был обыкновенен, то вот Пэнси наблюдала плохую погоду из окон собственной комнаты очень редко. Но сегодня это была не случайность, не прихоть небесных сил, а что-то намеренно ужасное.
Спустившись в столовую с особенно дурным расположением духа, Пэнси так и замерла на входе, увидев вместо двух человек за столом целую группу незнакомых людей.
— Доброе утро, дорогая, — подала голос мать, улыбаясь, как ни в чем не бывало. — У нас гости.
Их болезненно блестящие взгляды были прикованы к вошедшей. Мужчины — в большинстве своем обросшие, неопрятные — впились жадными глазами в обнаженные ноги девушки, почти не скрытые короткими шелковыми шортами. Пэнси гневно смерила взглядом каждого из них и яростно запахнула халатик в тон, прекрасно понимая, что он скрывает ничуть не больше шорт.
— Присаживайся. Нам нужно представить тебя нашим новым друзьям и серьезно поговорить, — отец сдержанно кивнул, призывая Пэнси занять место рядом с ним.
Медленно и в абсолютном молчании опустившись на мягкий стул, слизеринка тут же сощурилась, пристально посмотрев на мать. Если Паркинсон что-то не нравилось, она не боялась это выражать.
— Полагаю, ты не знакома с этими джентльменами лично, но вот с их детьми… — миссис Паркинсон махнула рукой в сторону. — Гринграсс и Нотты. Эти фамилии тебе известны?
Пэнси кивнула, цепким взглядом впиваясь в улыбнувшихся ей волшебникам. К счастью, отца Нотта она однажды видела, потому отличить его от главы семейства Гринграсс девушка смогла безошибочно. Ко всему прочему, довольно легко было определить человека, который провел некоторое время в Азкабане. Протеус Нотт выглядел сильно постаревшим. В черных волосах виднелись просветы седины, впавшие щеки и острый подбородок покрывала густая поросль. В глазах бывшего заключенного читалась глубокая усталость и не менее сильный гнев. Руки мужчины слегка дрожали, но Пэнси была уверена, что это не из-за волнения.
— Вас освободили? — Пэнси попыталась вежливо улыбнуться, но вышло криво. — Поздравляю.
— Спасибо, мисс, — хрипло ответил Нотт и приподнял кубок. Все мужчины за столом громко рассмеялись. Пэнси почувствовала, как гнев подступает все ближе к горлу. — Ну, будет, господа. Неприлично смеяться над незнанием. Нас не выпустили, Пэнси. Мы сбежали.
Паркинсон моментально перевела изумленный и испуганный взгляд на родителей, но на их лицах не было и толики удивления. Слизеринка подумала, что сошла с ума или попросту до сих пор спит.
— Что ж, — Пэнси, почувствовав себя совершенно одинокой во враждебной обстановке, попыталась принять надменный нейтралитет и схватилась за вилку и нож. — Это меня не касается.
— К сожалению, нет, дорогая, — спокойно произнес Протеус, наконец замечая в глазах девушки страх. — Ты нам очень нужна. Наш новый лидер еще не догадывается, какая роль отведена ему в истории Магического мира. Мира, который будет принадлежать ему. И тебе, если ты постараешься и будешь послушно выполнять все наши приказы.
 
— Мне не интересен захват мира, — огрызнулась Пэнси.
— Но, полагаю, интересен мистер Малфой.
Паркинсон вскинула на мужчину глаза, полные страха за чужую жизнь. Неужели они собирались шантажировать её благополучием Драко? Это было подло, низко, но вполне в стиле Пожирателей.
— Вам не добраться до него просто так.
— Разумеется. Именно поэтому нам нужна твоя помощь. Кажется, вы были очень близки когда-то давно? Тебе следует восстановить эту связь. Только представь, Пэнси, — мечтательно прикрыв глаза, Пожиратель покачал головой. — Малфой во главе темной армии, и ты — рядом с ним.
— О чем вы? Драко никогда не перейдет на вашу сторону!
— С рождения его судьба предопределена. Уже совсем скоро этот мир преклонит колени перед новым Темным Лордом, и на этот раз все будет совсем, совсем по-другому.
— Глупости!
— О нет, мисс, — Нотт негромко хмыкнул. — Это настоящая правда.
— И какая же роль отведена мне? — недоверчиво покосившись на родителей, девушка впилась ногтями в ладони. Неприятное предчувствие не покидало.
— Первой леди Нового мира, — скоро ответил Нотт, и, отсалютовав бокалом мистеру Паркинсону, довольно улыбнулся.
— Но Драко больше ничего ко мне не испытывает. Сейчас все его мысли занимает грязнокровка Грейнджер.
— Дорогая, это можно исправить. Более важно, — Протеус прищурился, внимательно наблюдая за выражением лица девушки. — Что мы теперь заодно. Но первым твоим заданием будет совсем не мистер Малфой. Мой сын… — мужчина неторопливо втянул в себя дозу вина и зажмурился. — До сих пор околачивается в Хогвартсе. Приведи его сюда.
— Теодор не послушает, — Пэнси уверенно качнула головой.
— Неужели мне нужно подсказывать, как шантажировать человека? Порой я сомневаюсь, что ты действительно слизеринка. Как и мой мягкотелый отпрыск… — на лице Протеуса наконец отразилась первая живая эмоция. — Найди его слабое место и надави. Запомни: за неудачу будешь расплачиваться дорогой ценой.
Пэнси снова взглянула на родителей, но они словно ничего не услышали. Миссис и мистер Паркинсон продолжали пережевывать пищу, изредка поглядывая на остальных собравшихся. Девушка испуганно задержала дыхание. Ну конечно. На них наложили «Империус».
— Тебе все понятно? — голосом, не содержащим уже ни капли былого напускного дружелюбия, спросил Нотт и сжал нож в кулаке.
— Предельно.
Пэнси покинула особняк в этот же день сразу после окончания завтрака. Она чувствовала, что её собственный дом больше не может служить ей крепостью, а жадные взгляды сбежавших Пожирателей и вовсе вызывали тошноту. Слизеринка находилась в состоянии, близкому к истерике. Понимание того, что она совершенно одна, придавливало к земле, и оттого голова девушки с каждым часом опускалась всё ниже. Прибыв в Хогвартс, Пэнси вздрагивала от каждого звука и постоянно воровато оглядывалась по сторонам. Ей казалось, будто каждый догадывается о тайне, обладательницей которой она стала против собственной воли.
Прежде чем понять, что её единственная надежда — Нотт, слизеринка провела несколько часов в удушающем страхе и растерянности. В комнате Теодора не оказалось, и Пэнси со страхом подумала о том, что он все ещё не покинул Малфой-мэнор. Без особой надежды девушка поплелась к Башне старост, однако в её сердце уже погас обнадеживающий огонек.
— Паркинсон! — негромко окликнул её знакомый голос, и Пэнси круто развернулась. Блейз Забини, запыхавшийся и уставший, стремительно приближался к ней. — Уже вернулась? Слышала новости?
 
Девушка испуганно замерла, боясь за то, что выражение ее лица раскроет все секреты.
— Из Азкабана сбежали пожиратели, — Блейз нахмурился, опустив взгляд. — Отца Малфоя задержали и убили авроры.
— Что? — обреченно выдохнула Пэнси, и её руки безвольно опустились. — Как… Где Драко?