Невеста дракона. Вместе навсегда

Я сглотнула.
Чего–чего, блин?
Ничего себе, подарочек! А можно мне единорожку с коробкой леденцов к Новому Году, а не это вот всё?
«Цыц!» – рявкнул Огонёк.
– Боиш–ш–шься? – прошипел вдруг отец, склоняясь так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
– Я не куплюсь на подобные провокации, – ответила ему, распрямив плечи и став чуть повыше. – Я девушка, а не воин, и не собираюсь никого убивать. Я здесь ради спасения вашего брата и своего жениха. Если вы хотите наладить со мной отношения, лучше прямо говорите, что и зачем вам нужно. Не унижайте меня манипуляциями. Пожалуйста, – добавила, вспомнив о вежливости. Немного запоздало, но лучше поздно, чем никогда.
Мы как раз подошли к очередной двери, осыпавшейся зелёными искрами магии наставника, и уже слышали, как звучал раскатистый мужской смех, но смотрели только друг на друга. Даже, когда перед нами застыли секундой ранее веселившиеся Маро с Рагнаром. Кажется, пока я переживала, кое–кто прекрасно проводил время в плену.
Правда, из–за встречи с отцом воссоединение с любимым мужчиной и родным дядей прилично так смазалось. Мелькнула классическая мысль, что родители вечно всё портят, но я загнала её в дальний угол. Это не правда, а чувства маленькой обиженной девочки, выросшей без любви и ласки. А в присутствии отца я поневоле проникалась его спокойствием и бесконечной уверенностью, прямее держала спину, уже не вопреки всему миру, а чувствуя незримую поддержку. Он не желает мне зла – это совершенно точно.
– Подтверждаю, – согласился отец с моими мыслями и кивнул, лишь после этого перевёл взгляд на застывших перед нами мужчин. И руки моей по–прежнему не выпустил. И вновь я почувствовала, что это не удержание, а желание защитить меня от всего мира. Только… куда же без сомнений? Я его совершенно не знаю и чувствам своим, увы, не верю.
– Брат! – воскликнул Маро, улыбаясь, но тут же склонился в поясном поклоне. Его примеру последовал и Рагнар. А я поняла, насколько отличается наше поведение. Мне и в голову не пришло кланяться. Да и как бы пришло, когда его величество (а ведь я даже не знаю, как правильно обращаться к повелителю тёмных, вот незадача!) лежал на моих коленях? А потом летел. Но когда встал, выходит, стоило. Казалось бы, учила этикет Эрмида, оттачивала, а в стрессовой ситуации всё равно веду себя по–земному.
Воцарилось молчание. И совсем оно было не торжественное, не праздничное. Скорее, тяжёлое такое, гнетущее. Гаденькое. Я буквально чувствовала, что от повелителя сейчас прилетит и рыжику, и Маэстро, и нам с Рагнаром, только пока не понимала, за что. Вроде бы, всё правильно сделали – спасли повелителя, подготовились. Небольшую, но эффективную армию тёмных ведь можно считать полноценной подготовкой, да?
Мы, правда, планировали уничтожить всю планету, а, выходит, и повелителя тёмных…
Да уж, здесь, конечно, как говорится: «Упс!», но Маро–то, как я теперь понимаю, о присутствии брата в мире сайрен знал, потому и остался. Наверняка планировал его спасти, а Рагнар вызвался помогать, да пудрить мозги местным, тянуть время.
Я не успела додумать эту мысль, как вздрогнула от голоса отца.
– Ты должен был защищать мою дочь, а не искать меня, – через минуту гробовой тишины выдал огненный тёмный раскатисто и грозно. – Она – сокровище рода! Её ты должен оберегать.
Маро вытянулся по струнке смирно, однако посмотрел на брата строго и упрямо.
– А я считаю, что дитя, выросшее без родителей, имеет право с ними как минимум познакомиться, – веско произнёс он, затем помолчал и добавил: – Она никому не доверяет.
– И хорошо, – тихо, но так, что я вся покрылась гусиной кожей, ответил отец. Повелитель гневается. Но руку мою не сжимает, держит по–прежнему крепко и в то же время бережно.
– Семье тоже не доверяет. И тёмным едва–едва, изредка, даже, когда они ей помогают, – продолжил настаивать рыжик.
– Семье нужно доверять, – обернувшись ко мне произнёс отец, заглядывая нереальными чёрными глазами прямо в душу. – По умолчанию.
– Доверие нужно заслужить, – ответила, небрежно пожав плечами, несмотря на дикий коктейль из эмоций и чувств, что испытывала в его присутствии, да и от всей ситуации в целом.
  
Огонёк от моей наглости грохнулся в показательный обморок, даже не успел прочитать мораль, напомнив, с кем я сейчас говорю. Но я и не думала испытывать смущение. Да, прозвучало некрасиво и дерзко. Но как же меня бесило это бесконечное рабство! Всем и везде я должна! Просто р–р–р.
И, простите великодушно, но моя прежняя «семья» оказалась вообще не семьёй. Первый друг в Эрмиде – Фроя – оказалась предательницей, остальные общались ради выгоды или по просьбе Рагнара. Как я могу после этого доверять кому–то, ещё и по умолчанию?! Я уже нет–нет, да начинаю переживать, не была ли моя земная подруга Танюшка соглядатаем лжематери!
Чёрные брови повелителя сошлись к переносице. Недоволен и не скрывает этого. Но вдруг он замер, будто прислушивается к чему–то, слышимому лишь ему.
– Ирис разошлась. Пора нам подняться. Месть должна свершиться, – проговорил он, сверкнув глазами. – С вами потом поговорим.
Я думала, мы пойдём тем же маршрутом, что пришли сюда с наставником, однако отец, не отпуская моей руки, переместился наверх. Так, словно прекрасно знает в мире сайрен каждый камень. А я не почувствовала перехода. Раз – и уже нахожусь на свежем воздухе. Какова же на самом деле его сила, если спустя несколько лет плена, он может столь изящно перемещаться в пространстве?
Мы оказались не в эпицентре боя, но в гуще событий – стояли на возвышенности из моего сна.
– Мне снился этот храм. И я слышала эту песню, – проговорила от неожиданности, настолько всё показалось идентичным. Даже снежная туча над храмом – и та была в наличии.
– Расскажи. Я не просматривал твои сновидения и мысли, только события, – так, будто мы никуда не торопились, попросил отец, что я и сделала.
– Только тогда мне казалось, что я спасаю Маро, но, выходит, это были вы, да? – закончила вопросом.
– Да. Брат потянул за ниточки твоей связи с миром матери и понял, что я нахожусь здесь. Сайрены – невероятно коварные существа, и смогли придумать отличную ловушку. Гениальное изобретение! Жду, не дождусь, когда Маэстро исследует её и сообщит подробности! – с восхищением проговорил отец, вызвав у меня «эффект квадратных глаз». Нашёл, чему восхищаться, конечно. Упасть и не встать! – Они собрали все виды прозрачных глубоководных рыб, медуз, рачков, имеющих собственный «светлячок», затем создали камеру, где каждая часть пространства освещалась, точно магическими огнями, исключив даже намёк на тень.
– Чтобы вы не призвали Тьму?
– Да. Вода гасила огонь, свет – тьму, и металл дополнительно не пропускал магию. Если бы не разрушение Луцана, меня бы не удалось поймать. Но я был зол, расстроен, и впервые в жизни дал слабину – не выбрал новый мир, не привязал к себе, ещё и потратил силы на спасение пары знакомых планет. В общем, они выбрали идеальный момент: я был слаб как никогда, – объяснил отец. – Маро меня сразу почувствовал, несмотря на все усилия сайрен, всё же родственные связи – это не водица, – не преминул напомнить мне мужчина. – Он остался здесь и потихоньку накачивал магией по связи рода. Она просачивалась медленно и неохотно – в этом мире всё тому мешает, он максимально противоположен нашему родному Луцану, но тем не менее, Маро немного меня восстановил. И уйти не мог – без него я бы снова заснул.
– Но если он поступил верно, почему вы его отругали?
– Потому что ты моя дочь, а значит, твоя жизнь важнее моей, – проговорил отец. – Ещё и отметка… Это символ рода, её мог оставить только мой первый меч. Меч, который воспитывает всех наследников. Он страшный ревнивец и искусный соблазнитель. Умеет затуманить голову и лечь в руку прежде, чем поймёшь, как попал. Я столетий шесть работал только с ним, пока не сообразил, как от него отделаться. Подозреваю, это тоже часть взросления, – хмыкнул он и совсем по–человечески подмигнул.