Снежинка для шейха. Украденная дочь (СИ)

Ира замечает мое состояние и зовет на кухню.
— Пошли, нечего тут смотреть! С ними все будет хорошо! В этот раз не сильно отделал, бывало похуже!
— Что, правда? — замираю я.
— Да, ты думаешь у нас просто так кровать пустует? — грустно выдает Ира и я чувствую, как кружиться голова от страха.
— Это та, на которой сейчас сплю я?
— Да. До тебя на ней спала Фелиция. Очень красивая девушка… была.
— О Боже, она что, умерла? — выдыхаю я, ощущая тошноту, стремительно подкатывающую в горлу.
— Нет, ты что! Просто ее так побили, что лицо было похоже на месиво. Знаешь, ей наложили кучу швов, но она больше не сможет работать здесь! — грустно тянет Ира и снова тянет меня на кухню.
— Так это же замечательно! Куда ее отправили? Домой?
В голове зреет план, где я уродую себя специально, чтобы меня списали со счетов и отправили домой. Лучше стать страшной, чем каждый день отдаваться какому-то мужчине. Но мой план быстро разлетается в дребезги, когда Ирина все же отвечает.
— Наивная ты, Снежана! Отсюда не уходят. Тебя либо отправляют обслуживать низшие слои населения, либо вообще, в бордель.
— А чем это отличается?
— Ну как, количеством клиентов, конечно! Мы же стареем! Даже если с лицом все нормально, то тело рано или поздно изнашивается и тогда женщин продают дальше.
— То есть отсюда совершенно нет выхода? Никогда? — тихо спрашиваю я, а Ира качает головой.
— Если ты имеешь в виду что-то типа пенсии, то нет, у нас ее нет! У нас есть только сегодняшний день и одна единственная задача — выжить!
Она так легко обо всем говорит, что у меня бегут мурашки по коже.
Неужели они так живут годами?
Я представляю себя после пяти, десяти лет такой жизни и просто схожу с ума. Нет, я не смогу этого перенести! Уж лучше смерть!
— Ты привыкнешь! — кивает Ира, выкладывая с холодильника продукты на стол.
— Я не знаю… А что, если кто-то забеременеет? — спрашиваю я, не притрагиваясь к еде.
— Ну, и такое бывало! Аборт, конечно!
— Боже… Как можно? Это же ребенок…
— Ага, одна тоже так думала как ты. Не помню что там произошло точно, но одна девочка не сказала о беременности. Она знала от кого у нее будет ребенок и когда срок уже был большой, рассказала ему. Думаю, она либо влюбилась, либо надеялась, что тот возмет ее к себе. Ну а скажи, кому нужна жена проститука? — усмехается Ира, а я шепчу.
— И что было дальше?
— Аборт ей, конечно же, уже никто не сделал, но вот ребенка забрали!
— Как забрали? Куда?
— Снежана! Мужчины этой страны ценят своих детей. Это у женщин здесь нет никаких прав. Если она рожает ребенка, то он никогда не будет ее! Он полностью принадлежит отцу! Думаю, тот папашка забрал ребенка себе!
— А она?
— А она пропала! Даже не знаю, что с ней теперь…
— Ира, это же настоящий ад! Ты понимаешь? Отнять у матери ребенка? Она же хотела его, вынашивала… — выдыхаю я, упираясь взглядом в пол.
— Никого не интересует это, Снежана! Все мы для них только инструмент получения удовольствия, не более. А любят и рожают детей они со своими женами. Им важна девственность, чистота, понимаешь? Ни один мужчина этой национальности не возьмет в жены грязную девушку. Даже если у тебя был всего один мужчина до него, это все, ты непригодная для создания семьи…
  
Глава 3
 
Глава 3
Несколько дней меня не трогают. Девочки уезжают, приезжают, а на меня никто не обращает внимания. Это радует. Я подолгу сижу в комнате, стараясь меньше выходить, вдруг снова увижу кого-то кровью на лице. Но в доме все тихо.
Я постепенно узнаю девочек, но общаюсь только с Ириной. Я знаю английский, понимаю, о чем они говорят, но не хочу завязывать ни с кем дружбу. Мне хочется убежать отсюда. Как бы Ирина не пугала меня, я знаю, что не смирюсь с такой участью. А другие уже даже не надеются. Тем более, как я поняла с разговоров, им их жизнь даже нравится.
Так что мечты убраться отсюда есть только у меня. Даже Ирина, кажется, смирилась со своей участью.
— Пойдем, выпьем чая? — предлагает Ира, отрываясь от чтения журнала. — Нам вчера привезли какие-то сладости, можно попробовать!
 
— Если там еще что-то осталось… — тяну я.
— О, девочки берегут фигуры. Ты же знаешь, лишний вес для нас такой же враг как и возраст! Но от кусочка шоколада ничего не будет!
Вчера действительно приезжала машина с продуктами и предметами первой необходимости. Двое немолодых крепких мужчин разгрузили коробки и тут же уехали.
Я уже хотела придумать как запрыгнуть незаметно в машину, но меня вовремя остановила Ира.
— Далеко ты уедешь без паспорта? Да тебя, такую заметную, выловят сразу же, где бы ты не оказалась! И думаю, большая вероятность, что попадешь в ситуацию похуже! — шипит девушка, а я закусываю губу и смотрю вдаль уезжающей машине, поднимающей столпы песка и пыли.
Сейчас же я понимаю, что она была права. Скорее всего, меня бы обнаружили, еще не отъехав. И неизвестно, что бы потом со мной сделали.
Мы идем на кухню и Ира готовит чай, пока я выкладываю странные сладости с коробки на тарелку.
Сажусь за стол и беру чашку в руки. Кусок в горло не лезет. А вот Ира есть с аппетитом.
Смотрю на девушку и вздыхаю.
— Ира, я не могу! Я каждый день жду, что за мной придут! Понимаешь? Каждый хлопок двери для меня как удар молотом! Я боюсь!
— Ну, за тобой все равно когда-то придут, так что пора принять уже это! — пожимает плечами девушка, пережевывая лакомство. — Правда странно, что они так тянут. Обычно новеньких сразу посылают в работу…
— Боже… — выдыхаю я с дрожью в теле. — Они будто специально тянут, чтобы напугать сильнее! Скорее бы уже все случилось, чтобы я не боялась неизвестности! — шепчу я, чувствуя слезы на ресницах.
— Погоди, что значит неизвестности? Ты что, не знаешь, что такое близость с мужчиной? — практически давится девушка, а я грустно качаю головой.
— Ах вон оно что… Теперь понятно! — хмыкает она.
— Понятно что?
— Ну, почему так долго за тобой не едут! Ищут клиента побогаче! На тебе же можно кучу денег срубить! Повезло тебе!
— Да хватит мне это повторять! — вспыхиваю я. — Повезло?! Мне повезло? Ира, я попала в ад и ожидаю, когда меня сожгут окончательно, а ты говоришь, повезло?! Какой-то старый, лысый, потный араб будет брать меня, а я ничего не смогу сделать! Это везение?
— Не кричи так, Снежа! Сейчас всех перебудишь! Да и ты не права! Ну только разве что насчет араба! Не обязательно, что он будет старый и потный! — хмыкает она. — Даже нам такие редко попадаются!
— Вот ведь обрадовала! – фыркаю я и ухожу в комнату.
Не хочу больше видеть никого. Ирину тоже. Она совершенно не понимает, что я испытываю. Да и объяснять бессмысленно!
Утром, не успев открыть глаза, я слышу какие-то голоса в общей комнате и сердце сжимается от страха. Не знаю откуда, но я уверена, что это за мной!
Закрываюсь с головой одеялом и жду, надеясь, что уедут другие, а про меня забудут. Но удача отворачивается от меня.
Дверь спальни открывается, и я слышу тяжелые шаги, направляющиеся к моей кровати.
— Вставать! Эй! Вставать! — трясет меня кто-то за плечо и я выглядываю.
Передо мной стоит смуглый мужчина в белой длинной тунике и строго смотрит на меня.
— Вставать. Тебя ждут! Ирина, тебя тоже! — поворачивается он к моей подруге та равнодушно кивает.
Он дергает меня за руку и я выпрыгиваю с кровати. Он тащит меня в общую комнату, а я упираюсь ногами.
— Дайте мне одеться!
— Тебя одеть позже. Очень серьезный человек ждать тебя в обед.
Чувствую, как бегут мурашки по коже, но понимаю, что выбора у меня нет. По крайне мере, сейчас. Может, когда нас отвезут в город, у меня получится сбежать. Правда что делать в чужой стране без связи, паспорта и денег я не знаю…
На нас с Ириной накидывают белые рубахи и везут в город. По дороге, с такого же дома как наш, забирают еще троих девочек, в таких же рубахах.