Раб 512 (си)

После вчерашних событий…
Пока я витал в облаках, Грюн принялся перетаскивать контейнеры «снизу» - «вверх», попутно играя в тетрис и меняя закупленные, пустые на утащенные полные.
Ага, псионикой, снова заставляя меня чувствовать себя совершенно неполноценным!
Сложная, конечно, получилась конструкция, но…
Нам были нужны регистрационные номера контейнеров, без них у любого перевозчика будет множество вопросов, да что там перевозчика – нас со станции не выпустят, ведь если откуда-то взялись контейнеры, которых у нас не было, значит, где-то они пропали!
  
Вот и приходится страдать фигней…
Правда, есть и плюс – десяток купленных нами контейнеров стоял у продавца без движения больше трех лет, так что получили мы их за ту же треть стоимости!
- Рот закрой, шнорк влетит! – Грюн дружески поддел меня локтем, возвращая с небес на землю. – Мечтательный ты наш…
Ну, а что я…
Вот, например, сам Грюн!
Он вообще забравшейся в его койке девушке голову оторвал, а я только выгнал!
Причем, не пинками даже, хотя и хотелось, а очень вежливо вывел, правда, заломив руку за спину, но ведь она сопротивлялась!
И ведь я промолчал, хотя мог сразу на весь корабль треск поднять, но ведь нет – сама все разболтала, за язык ее никто не тянул!
Дав отмашку ремонтным дроидам, принялся заваривать полы, стараясь попадать по фабричным швам сборки, чтобы не плодить сущности.
- Стой! – Грюн придержал меня, ткнув пальцем на дроидов-погрузчиков, собирающих последнее из поврежденного ангара и рассовывая по контейнерам.
Разумеется, поврежденные контейнеры мы оставили на своих местах, просто перегрузив в новые все высыпавшееся.
- Заваривай…
Получив всевысочайшее соблагоизволение, принялся за ратный труд, мысленно радуясь, что удалось все провернуть максимально быстро.
Через пару-тройку часов, когда дроиды все отремонтируют, я впихну их в последний контейнер и отправлю, вместе с остальными, на пристыкованный к станции контейнеровоз, который выгрузит все это добро в системе, где любящая бабушка с нетерпением ожидает своих любимых внучек и засранца внука…
И там я избавлюсь от этой троицы, у которой в голове мусорка еще похлеще моей!
Нет, вот скажите мне, как могло прийти в голову девушке влезть в постель к мужчине, который уже неоднократно и четко проговаривал, что относится к обеим с уважением, но…
Исключительно как к пассажирам!
И ладно бы это была младшая, она хоть с головой дружит, но старшая!
Это же просто какое-то унылое вещество, у которого в голове три извилины, зацикленные на размножении, богатстве и месте в обществе!
Блин!
В сердцах, чуть не сплюнул на пол, настолько тот концерт мне нервы попортил!
А еще искин, который заглючил и теперь его придется менять на новый, из тех, что так удачно подвернулись или, если они специализированные, чего я опасаюсь, то придется искать что-то прямо на этой станции, а тут…
- Спусти пар! – Грюн хлопнул меня по плечу еще раз, снова играя контейнерами в тетрис, правда теперь, чисто ради развлечения. – Ну, наговорила дамочка в сердцах, чего не бывает! Она же не знает, что ты – долбанный романтик-мазохист, которому рабыни давно и смачно проели всю плешь!
- Грюн… - Я погрозил компаньону кулаком, любуясь выполненной работой.
- Молчу-молчу! – Аграф снова составил контейнеры по два в высоту, друг на друга, выравнивая их до миллиметра.
Ну да, ему скучно.
Виря сегодня ведь тоже огреблась – без ее помощи, между прочим, старшенькая вряд ли бы попала ко мне в каюту!
И пусть делалось все под соусом «великой любви», но…
В результате у меня теперь три обиженных дамы, ой, если считать Вирю, то четыре: обе сестрички, креатка и Виря…
Анни Пая…
Вот это у меня нарисовалась проблема, где не ждал!
И все тоже из-за моей доверчивости – надо было, надо было прочесть тот чертов договор, прежде чем отсылать!
Но кто мог знать, что договор, заключаемый с креатами и особенно с креатками, имеет некоторые пункты и подпункты, о которых лично я не только ни сном, ни духом, я вообще не мог себе представить, что они могут быть!
А тут старшенькая и все выкрутилось в ленту Мебиуса, где как не беги, все равно бежишь по одной стороне…
Последний шов, контрольная проверка и ангар начал заполняться воздушной смесью.
Заказав транспортер, аграф принялся готовить контейнеры к перевозке, а я продолжил заметание следов, на всякий случай.
Пришлось специально «состарить» сварные швы, понимаю, что паранойя, но…
Оставив двери ангара открытыми, вскочил в кабину погрузчика и приготовился к новой эпопее – уговорам капитана контейнеровоза взять на три «лишних» контейнера больше, чем договаривались – за ночь пока я воевал с сестрами, Грюн собрал все барахло по контейнерам и освободил нам трюм.
К моему удивлению, капитан выделываться не стал, более того, как мне показалось, он даже обрадовался этим лишним контейнерам, содрав за них как за пять!
Проследив, чтобы «наши» контейнеры навесили как следует, помахал рукой отчалившему исполину и, плюнув на все, пошел в ближайшую забегаловку, отвести душу.
И, заодно, поискать, может, все-таки здесь есть нужный искины?!
Звезды с новыми, нам бы и старенького хватило, на пару прыжков!
Пройдя по затемненным тоннелям, вышел на «центральную улицу», в очередной раз поражаясь серости, творящейся вокруг.
Серость давила на плечи и сводила с ума, как унылый зимне-весенний день, когда от восхода до заката понуро капает вялотекущая оттепель, а от заката до восхода плотная корка льда, под которой глубокие лужи.
Подходящая забегаловка нашлась метров через пятьсот от прохода – «ночное время», никому нет дела, что у кого-то время течет иначе.
Хотя…
Это очень странно, если честно!
Обычно на станциях нет деления на «дневное» и «ночное» время, люди прекрасно приспосабливаются и работают в две-три смены, круглосуточно, но…
Толкнув дверь, вошел в кафешку и тяжело вздохнул.
Ну, да, что же еще может работать в такой час, кроме бандитского притона?!
Вон как сидящие за столиками мужики и их залетные бабочки уставились на меня, как на сумасшедшего!
«Сходил, блин, за маслицем»!
Пару секунд размышлял, а не свинтить ли, но…
Победила дурость!
Пройдя через зал, выбрал столик у стеночки, дождался меню и, сделав выбор, снова принялся украдкой разглядывать сидящих.
Все как у нас в девяностые, правда, вместо костюмов – комбезы, но черепа те же, до блеска бритые, такие же тяжелые челюсти и красивые спутницы, точно знающие, что у них впереди, но верящие в легенду о принце на белом коне.
Люди, они такие, люди…
Дроид-стюард быстро расставил на столе мой заказ, получил оплату и свалил за стойку, оставляя меня тет-а-тет с жареной харшатиной, салатом и 200 граммами «планетарки».
Неторопливо жуя отлично приготовленную харшатину, прикинул вероятности и…
Обомлел!
Сейчас все вероятности сходились к тому, что это место…
Дикий скрежет, посыпавшаяся со столов посуда, маты и содрогание пола под ногами…
- Спокойно! – Бармен со своего места, смачно зевнув, дотянулся до большой красной кнопки и нажал на нее. – Херц стартует…
«Ага, Херц – это капитан того самого контейнеровоза…» - Я поморщился. – «Но ведь он… Он же еще полчаса назад, при мне, отвалил от станции!»
Пару минут станцию трясло и коноебило, судя по сполохам за окнами, что-то падало на защитное поле кафешки, которого я тут точно не мог ожидать, а потом все затихло.
Только с лязгом бухнулись гермостворки, отрезая кафешку от творящегося на станции безобразия.
- Так даже Херц не умеет… - Вздохнула женщина в блестящем серебристом платье без бретелек, вставая с пола и отряхиваясь. – Тут их три надо…
  
- Брось ты, Красивая, если Херц успел дозу прикупить, то… - Бармен развел руками.
- Когда-нибудь я его точно грохну… - Спутник Красивой выбрался из-под стола и принялся брезгливо смахивать с себя пролитый соус. – А ты чего уставился?