Свет из тени (СИ)
Сидя на кровати, пытался полностью восстановить картинку моего чудного сновидения, которое сниться мне примерно три раза в неделю на протяжение вот уже двух месяцев, но которое я так и не смог полностью вспомнить, но почему-то, именно сегодня, в мое подсознание отчетливо вклеился какой-то странный темны силуэт, происхождения которого я не знал.
Посидев так еще с пару минут и помечтав о несбывшихся мечтах, я встал и начал делать зарядку. Спортсменом я никогда не был, да и в секции не ходил, но за здоровье следил и каждый день примерно с четырнадцати лет я делаю небольшую разминку, перед тем как пойти умыться. Да и к тому же такие энергичные тело движения в связки с холодным душем с утра, прогонят любой сон напрочь, а если к этому еще и добавить хороший и крепкий кофе, то можно вообще бегать целый день как заведенный. После зарядки, направился в ванную, чтобы привести себя в подобающий вид. Все мои дальнейшие действия были отточены до совершенства, хоть глаза закрывай, так как каждый день происходило одно и тоже, как в замкнутой круге, уже на протяжение десяти лет.
После того как умывался, шел на кухню, бабушка накладывала мне то, что приготовила, встав на час раньше меня, сегодня, к примеру, это были хрустящие тосты, два кусочка колбасы, сыр и тарелка риса с овощами. Во время завтрака, почти каждый раз она рассказывала, что мир не тот, страна не та, да и молодежь сейчас поганая, кроме меня конечно. После трапезы мыл посуду, благодарил бабушку за еду и строевым шагам шел в свою комнату, где выбирал свой праздничный наряд для похода в институт.
Ассортимент был не велик, так как в магазин я ходил только в том случаи, если вещь нельзя было зашить нитками. Поэтому сегодня выбор падал либо на синие джинсы не первой свежести, которые висели на стуле, либо на новые серые, купленные мной вчера и аккуратно сложенные в шкаф. Выбор был очевидным, нацепив синие, дабы доносить их сегодня, а завтра с чистой совестью надеть новые, выбрал из шкафа свою любимую желтую рубашку с коротким рукавом и перекинув через плечо сумку, с тетрадями и книгами, направился к выходу. Надев серые кеды и взяв телефон с деньгами, лежавшие на тумбочки, попрощался с бабушкой и вышел из квартиры.
Через два этажа, как и всегда в третий понедельник месяца, утром, возле своей двери спал сосед, Олег Семенович Никифоров, от которого пахло чем-то едким и кислым. Те, кто плохо его знал, думали, что он пьет не просыхая, но к счастью это не так. Он не был пропитым алкоголиком, скорее наоборот, он был трудоголиком, просто каждое второе воскресение месяца, он собирался со своими друзьями, а там его заносило так, что остановить его могло только отключение сознание, так как пить он абсолютно не умел, но друзьям он просто не мог отказать. Как-то его пыталась остановить жена, но пришло все к одному, после пары громких и горячих фраз, последовал точный удар сковородки по буйной голове мужа, который отправил его в нокаут с последующим сотрясением.
Подойдя к двери, возле которой он лежал, я позвонил в звонок и быстро побежал в низ. Уже возле выхода услышал, как Анна Федоровна, его жена, трехэтажным матом кроет своего нерадивого мужа и пытается затащить его бессознательное тело домой. Я же, не став дожидаться развязки истории, вышел из подъезда и направился по проторенной дорожки, мимо детской площадки и парка, к автобусной остановке. Дойдя до нее, к своему большому удивлению увидел стоявший автобус, который как раз мне был и нужен, обычно мне приходилось ждать по десять, а то и двадцать минут, а сегодня, было даже легкое ощущение того, что он меня дожидался. Зайдя в салон и оплатив проезд, я уселся на свободное место, достал потрепанные временем наушники, включил музыку и уставился в окно.
За последние лет шесть, в моем городе мало что изменилось, дорога все в тех же ямах, которые находятся на тех же местах, все те же деревья, окрашенные белой краской, та же трещина в стене у дома тринадцать. Порой на остановках мелькали до боли знакомые лица, которые, как и я, повторяли свой маршрут из года в год, и которых я считал своими братьями и сестрами, по несчастью. Через двадцать минут поездки появилась она, моя любимая, остановка “Кутузова”. Выйдя из автобуса, тут же заметил двух моих одногруппников, которые также шли к институту и что-то бурно обсуждали. Встревать в их разговор мне не хотелось, поэтому я шел по их следам держась на расстояние и не привлекая особенного внимания.
Знаете, как можно отличить обычное здание, от высшего учебного заведения? Правильно, по количеству молодежи, стоящему у входа в него. Я был довольно далеко, но уже видел огромную толпу, которая собралась, дабы постоять в компании единомышленников и покурить, по путно обсуждая новости и сплетни. Подойдя к ней и задержав дыхание, протиснулся мимо дым-машин и зашел в здание храма науки.
Вдохнув полной грудью и предъявив студенческий охранникам, прошел в холл института. Он был достаточно широкий, с высокими потолками, на которых весели дешевенькие круглые плафоны. В том году холл отремонтировали, поэтому смотрелся он очень даже хорошо, да и весь институт был покрашен и оснащен по последнему слову техники, поэтому особо жаловаться не приходилось. Наш храм науки был технический, и как любил говорить наш ректор, с нужными и востребованными профессиями, поэтому государство не жалело на нас денег, лишь бы студентам было интересно учится. Лично я уже отмотал четыре года на инженера-конструктора и был полностью всем доволен, оставалось только написать диплом и будет из меня готовый специалист. Мне даже удалось договориться с одним предприятием, которое устроит меня к ним на работу, по окончанию учебы.
Уточнив свое расписание на доске объявлений, где красовались почти одни консультации да лабораторные, направился к лестнице. Уже подходя к ней услышь оклик:
- Серега, подожди!
Обернувшись, увидел пухлого мальчика, среднего роста, с длинными русыми волосами, одетого в рубашку салатного цвета, черные брюки и туфли. Это был не кто иной, как Витя, мой школьный, а ныне и институтский друг. Учились мы правда на разных специальностях, но часто виделись и бывало даже обедали вместе. Сейчас, он шел ко мне со стаканчиком чая, и с двумя булочками, одну он держал в руке, а другая выглядывала из кармана брюк.
- Вот что ты орешь с утра по раньше, – сказал я Вити в место приветствия, – не успел прийти, а уже панику наводишь.
- Да не бурчи, старым станешь, на вот скушай булочку – он достал из кармана свои запасы и протянул мне.
- Нет спасибо, – твердо отказал я, – я позавтракал дома.
- Ну как знаешь – пожав плечами ответил Витя.
Я уже собирался уходить, думая, что разговор окончен, как вдруг почувствовал руку на плече.
- Чуть не забыл, ты придешь сегодня, – кивнув головой в сторону, словно подавая какой-то условный знак, спросил Витя, – там Сеня хотел в магазин за деталями съездить и наконец закончить проект.
Если кто не понял, мы состояли в клубе “Очумелые ручки”, проще говоря, собирались у отца Вити в гараже, и делали всякие схемы и приборы, при этом заправляя себя пивом для новых идей попутно обсуждаю всякие истории и сплетни из жизни.
- Нет, сегодня не получится, мне, – я ненадолго задумался, чтобы придумать отговорку, – бабушки помочь надо.
- А, ну это святое, тогда бывай.
Мы попрощались, и я двинулся на второй этаж, к кабинету радиоэлектроники. Поднявшись на этаж и подойдя к потрескавшейся белой двери, увидел, что возле нее топталось от силы человек пять, да и то, двое были не из моей группы. Поздоровавшись со всеми знакомыми, при этом перекинувшись парой рядовых фраз, сел на ближайшею скамейку и стал ждать звонка. Как только раздалась эта адская трель, дверь кабинета открылась, и мы смогли наконец войти. Аудитория была самая обычная, парты, стулья, доска, у стен стояли потрепанные временем и студентами шкафы, с книгами и папками, на самих же стенах висели картины с разными знаменитыми людьми: Фарадей, Тесла, Эдисон и многие другие.