Невольница судьбы (СИ)

Единственное, что порадовало глаз — камин прямо напротив входа. Он был закопчённым и небольшим, но его наличие радовало — по ночам можно обогреться. Он спасёт от холода и сырости, а заодно на огне можно будет готовить. Правда, я не сильно хорошо представляла, как можно готовить в таких условиях, но придётся разобраться. Сэтман же не роптал по поводу того, что ему придётся работать в каменоломне. Вот и я не буду стонать, жалуясь на тяжёлый быт. Как бы там ни было, здесь лучше, чем жить на улице.
Впервые в жизни мне предстояло называть домом ветхий сарай, готовить на огне в камине, спать на деревянном топчане, и при этом изображать радость от происходящего. Но Сэтману было куда труднее променять комфорт замка с прислугой на утлое жильё и каторжный труд.
Он прошёл к столу и положил на него мешок с хлебом. Долго храниться он не может, поэтому надо было часть порезать на сухари. Но вначале хотелось отдохнуть. Слишком много мы сегодня прошли. Я подошла к топчану и присела, ощущая пульсацию в натруженных ногах.
Сэтман огнём от свечи разжёг камин, и пламя весело затрещало, ярко озаряя убогую комнату. Сэтман задул свечу, подошёл ко мне и сел рядом.
— Приляг, — посоветовал он.
— Нет, — попыталась встать, но он остановил. Я запротестовала: — Надо порезать хлеб на сухари.
Сэтман покачал головой.
— Это сейчас не так важно, как отдых, — заявил он, толкая меня на подушки. — Сделаешь завтра, когда уйду на работу. А ещё надо будет купить овощи, и приготовишь что-то. Но это будет завтра. А сейчас давай спать.
Поняла, что возражать бесполезно. Сэтман встал, подошёл к двери, закрыл её и вернулся. За это время я скинула сандалии и положила ноги на топчан. Сэтман тоже разулся и лёг рядом, накрыв нас одеялом. Затем обнял меня и поцеловал в макушку.
— Всё будет хорошо, — прошептал он, и я кивнула. — Рано или поздно этот кошмар закончится.
— А почему тебя не разыскивают родственники? — наконец-то задала интересующий меня вопрос. — В моём мире родители с ног на голову перевернули бы всё, но отыскали меня.
— Значит, в твоём мире другие законы. У нас изгои не имеют права видеться с родственниками. В случае нарушения закона всем грозит смерть.
— Но они же твои родители! Как они могут жить, не зная, что с тобой?
— Да, они — родители… И я отрёкся от них… — с оттенком печали ответил он.
— Значит, ты их больше не увидишь? — мой голос дрогнул.
— Если они смогут получить разрешение на посещение Блуждающего Города, то, возможно, я смогу встретиться с ними. Но на встречу надо получить разрешение Элуваруса.
— А нельзя ли с помощью магии как-то тихо…
— Нет, нельзя, — перебил Сэтман. — Не забывай, что Элуварус — Повелитель Магии, и рано или поздно ему станет известно обо всём. Рисковать нельзя. Я не позволю родителям или Арсэту навлечь на себя гнев Элуваруса. Для них это всё может плохо кончиться.
* * *
Не помню, как заснула. Усталость была настолько сильной, что сморила нас моментально. Слишком многое произошло за день и его события калейдоскопом кружили меня во сне, перекидывая то на борт летучего корабля, то в застенки замка Элуваруса, то в каменоломню, где я вместе с Сэтманом тащила тяжеленную глыбу. А потом объявился Арсэт и, сурово поглядев на меня, закричал: «Во всём виновата ты, простолюдинка! Верни мне брата!». От его воплей я и проснулась.
Но оказалось, что вопил вовсе не он. Несколько мужских голосов горланили на балконе. Дверь пнули, и она с размаху ударилась о стену, чуть не слетев с петель. Четверо полупьяных мужчин ворвалась в комнату, запрудив собой небольшое помещение. В отблеске камина они казались безумными демонами огня.
— Вот и они где! — увидев нас, гоготнул один из парней — красивый и ухоженный. Явно не из низших сословий.
— Ну, здравствуй, Сэтман, — вторил ему другой — черноволосый красавец с гордым профилем и синими глазами.
Я взвизгнула, рванув на себя одеяло. Даже не подумала, что из-за этого Сэтман останется голым. Но так уж получилось. Он подскочил, ничего не понимая.
 
— Это что за вторжение? — в бешенстве заорал Сэтман, переводя взгляд с одного лица на другое. — Норсэт, Коэл, Ричи, Глаен? Что вы тут делаете?
Я так поняла, что он знает всех, кто ворвался.
— Мы пришли расквитаться с тобой за смерть Рэгли, — презрительно крикнул один из них.
— Уходите прочь! — вскипел Сэтман, опоясывая бёдра куском холщевины.
— Нет уж, друг мой, — последние два слова один из «гостей» произнёс с особой издёвкой. — После того, как мы тебя увидели сегодня в тронном зале Элуваруса, еле дождались ночи, чтобы навестить тебя и твою белокурую жёнушку. Знаешь, когда Рэгли предложил развлечься с твоей сестрой, нам пришлось по вкусу его предложение. Девчонка оказалась прекрасно сложена и девственна, что доставило нам много приятных ощущений. Её тесные отверстия сумели вместить в себя…
Он не закончил. Сэтман сорвался с места, как свирепый тигр, и кинулся на мерзавца.
— Я убью тебя! — завопил он.
Несколько беспощадных ударов кулаками свалили противника. Сэтман навалился на него и принялся мутузить. Но на него напали трое и оттянули от лежачего. Сэтман извернулся и двинул того, кто стоял справа. Тот взвыл и отпустил Сэтмана. Сэтман тут же принялся дубасить двоих противников. Но тот, что лежал, уже подскочил и снова ввязался в драку.
Уже было непонятно кто кого бьёт, но было ясно одно — Сэтман был в меньшинстве. Я прижала одеяло ко рту, чтобы не вопить. Не хотела привлекать к себе внимание негодяев. Но тут же поняла, что надо звать на помощь. Пока все были заняты, завернулась в простынь и, соскользнув с топчана, метнулась к двери. Выскочила на балкон, но тут кто-то схватил меня за волосы и дёрнул назад. Я аж взвыла от боли, неожиданности и досады.
— Ты куда собралась, беленькая сучка? — осклабился один из парней. — Сегодняшняя ночь подарит тебе и нам много счастливых мгновений.
— Нет! — заорала я.
— Не думаю, что тебя есть кому защитить! — прошипел он, притягивая к себе моё лицо. Потом он ещё раз дёрнул за волосы, развернув мою голову, чтобы я могла увидеть драку. — На вот, полюбуйся, как твой муженёк слабеет. Ему не одолеть всех нас.
Но тут Сэтман сильным ударом вырубил одного из нападавших, и начал нещадно колотить двух других. Ему тоже крепко доставалось, но его ярость была сильнее. Вот ещё один противник отлетел в сторону, держась за разбитый нос.
— Кажется, он забыл, что преимущество на нашей стороне! — рассвирепел тот, который держал меня, и проорал так, что я чуть не оглохла: — Эй, Сэтман, твоя жена у меня и если ты не угомонишься, то я сверну ей шею!
Сэтман резко остановился и глянул на меня. Тут же ему под дых врезался кулак. Сэтман рухнул на колени и закашлялся.
— Отпусти Ирину, — сквозь кашель еле разобрала я. — Старые счёты не касаются её.
Тот, кто держал меня, провёл пальцами по моему лицу и лизнул щёку.
— За твоё злодейство поплатится она.
— Моё злодейство? — возопил Сэтман, задыхаясь от гнева и предыдущего удара. — Я убил мерзавца, изнасиловавшего мою сестру!
— Ну-ну-ну, — пожурил его один из тех, кто уже оклемался. Утирая рукавом кровь из носа, добавил: — Мы прекрасно развлеклись с твоей сестрёнкой. Ланди была рада обслужить нас всех! Она стонала от счастья!
Все четверо гнусно заржали.
Сэтман взвыл в бессильной злобе, и что есть силы впечатал свой кулак в морду негодяя. Тот повалился, не издав и стона.
— Я убью вас! — зашипел Сэтман.
— Ну, это только после того, как мы насладимся твоей женой и убьём её! — рявкнул тот, кто держал меня и больно сжал руку.
 
— Не трогай! — прокричал Сэтман.
— Тогда заткнись и не дёргайся! — велел ему один из тех, кто в очередной раз пришёл в себя от кулаков Сэтмана.
Он встал и сделал пас в сторону противника. Сэтман застыл, не смея произнести ни слова. Я с ужасом поняла, что негодяям надоело сопротивление и они применили магию.