Те слова (СИ)

- С ума сойти, - Тони присвистнул, - но ты же с первого дня послушно завтракаешь, ни разу не возразил.
Броди улыбнулся и поцеловал его в кончик носа:
- Я просто решил, что с тобой спорить себе дороже. Ничего страшного, что ты любишь командовать, мне это даже нравится. Да и готовишь ты вкусно.
Тони даже слегка покраснел от такого признания. С одной стороны, было приятно, с другой, Броди оказывается нравится в нём даже отрицательная черта. Воистину ангельский характер.
- Раз так, - Тони усмехнулся, - тогда слушай мою команду. В спальню, бегом марш! И если я найду тебя там одетым, то наложу дисциплинарное взыскание!
- Сэр, есть, сэр! - тут же бодро отрапортовал Броди, быстро сунул в рот последнюю ложку мороженого и поспешил прочь.
Тони закинул посуду в посудомойку, протёр стол и неспешно направился в спальню, заниматься муштрой одного отдельно взятого кадета. И Тони был уверен, что кадет будет очень стараться, и тогда в награду он получит поощрительный член. Может быть, даже не один раз.
***
Чего Тони не мог знать, так это того, что однажды может с ними произойти во время простого похода в магазин. Он заехал за Броди на работу, тот задержался допоздна, и Тони предложил заехать в круглосуточный супермаркет, с тем чтобы без очередей купить продукты. Броди перекусил в машине, Тони привез ему рыбку на пару со спаржей и маленький диетический чизкейк, так что спешить домой не было никакой причины. Тем более, что завтра была суббота.
Пока Броди размеренно толкал тележку, Тони бегал туда-сюда, закидывая продукты по списку. Он как раз нёс обезжиренный йогурт с пониженным содержанием сахара, когда увидел, как в Броди врезался какой-то подросток, бездумно толкавший свою тележку в одну сторону, а смотревший в другую.
Парень поднял глаза на обернувшегося к нему Броди и нахально улыбнулся:
- И почему они делают такие узкие проходы?
Тони уже хотел подойти к малолетнему раздолбаю и высказать ему всё что думал, как вдруг осознал, что произошло.
Броди тоже это понял. Замер, глядя на мальчишку.
“Молчи, - мысленно взмолился Тони, - просто молчи. Не говори ни слова. Просто развернись и уйди. Не бросай меня.”
Но сам же понимал, что это невозможно, что ещё секунда и он потеряет Броди. Ещё мгновение, и он останется один.
А мальчишка был хорошеньким, только молоденький совсем, не старше четырнадцати. Но милый, вихрастый, скуластый, рыжий, веснушчатый. Рядом с крупным темноволосым Броди он смотрелся как маленькое солнышко. Как искорка. Может, Броди и станет его так звать: Искорка моя.
Тони с силой закусил губу. Вот сейчас, сейчас… Он скажет слова, которые свяжут их навсегда.
- Яйца дрозда или тыква? - хрипло произнёс Броди.
- Что? - не понял пацан.
- Я говорю, что у меня уже есть любимый человек, прости.
Броди медленно отвернулся от парня и, бросив коляску, побрёл к выходу. Каждый шаг как будто давался ему с большим трудом. Тони оставил йогурты на ближайшей полке и поспешил его догнать. Он молча поймал Броди за руку и повёл вниз на парковку. Усадил в машину и повёз домой.
Броди сидел, прикрыв глаза и держась рукой за грудь. Тони испугался. Он никогда прежде не слышал, чтобы кто-то отказывался от своей родственной души. А что если Броди сейчас умрет?
Он затормозил посреди дороги, благо машин было немного и в них никто не врезался.
- Сейчас отвезу тебя назад, - сказал Тони и приготовился разворачиваться.
Выбор между потерянным для него Броди и мертвым Броди был очевиден.
- Нет, - голос у Броди был слабый, но твёрдый, - вези домой.
Он положил руку на колено Тони.
- Но… - Тони всё ещё сомневался, он слишком дорожил Броди, чтобы его потерять.
- Я свой выбор сделал. Давай домой.
И Тони послушался, мысленно клянясь себе, что если Броди станет хоть чуточку хуже, он лично оттащит того к его родственной душе.
Дома он отвёл Броди в спальню, помог раздеться и уложил в кровать. Было похоже, что у него поднялась температура.
- Может, врача? - предложил Тони.
- Нет, - Броди покачал головой, - отлежусь.
 
Тони не мог с ним спорить. Не после того, что Броди сделал ради него. Тони с ужасом подумал, что будь он на месте Броди, он бы ляпнул ответ раньше, чем понял, что делает. И оказался бы связан с другим человеком. С человеком, который подходил бы ему идеально, а Броди бы он выкинул за борт своей личной жизни. Да, возможно, Тони помучился бы чувством вины, но вряд ли слишком долго. И от этих мыслей становилось совсем тошно.
Он забрался в постель и обнял Броди. Потом от переизбытка чувств, принялся покрывать поцелуями его грудь и плечи.
- Нет, - Броди отстранил Тони от себя, - не сегодня. Пожалуйста.
Тони смутился.
- Я не это имел в виду… В смысле, может и это. Но нет, значит нет. Будем просто обниматься, ладно?
Броди прижал его голову к своему плечу, и Тони затих. Он лежал и слушал сердцебиение Броди, чувствовал жар его кожи. И думал, что, наверно, умер бы на месте, если бы тогда в магазине Броди сказал мальчишке какие-то другие слова.
Тони и сам не понял, когда он успел влюбиться. Но теперь твёрдо знал. Броди его. Его любовник, его возлюбленный, его жизнь. И никакие фразы на руках этого не изменят.
Наутро Броди стало лучше, но легкая температура и апатия продолжались весь уикенд. Тони старался не давить на него, просто был рядом, просто брал за руку по поводу и без, и уже ко вторнику Броди снова повеселел и стал походить на обычного себя.
О происшедшем они так и не поговорили.
Через семь дней Тони сделал ему предложение. Броди согласился сразу.
Свадьба была скромной, но элегантной. Приглашены были только самые близкие, всего-то восемьдесят человек. Даже родители Броди приехали. В общении они оказались неплохими людьми, приятными даже, просто они не любили приёмного сына и от этого Тони буквально трясло. Потому что как можно было не любить Броди? Ведь он замечательный!
Церемония проходила за городом. Тони и Броди были одеты в одинаковые цвета, но разные фасоны и даже стили. Смотрелось это странно, но Тони понравилось. Об их свадьбе написали некоторые светские издания, но поскольку самих журналистов на торжество не позвали, писать им особо было не о чем. Раньше Тони пожалел бы, что упустил возможность для пиара, а тут был счастлив, что церемония вышла камерной и тёплой, только для своих.
Впрочем, пиар он себе всё-таки обеспечил, устроив в ресторанах скидки на всё меню на неделю в честь своего вступления в брак.
А в остальном всё осталось по-прежнему. Жили они тихо и скромно. Тони готовил - Броди ел, Тони ломал - Броди чинил, Тони лез целоваться - Броди относил его в спальню, Тони сердился - Броди извинялся, а когда сердился Броди…, впрочем, за ним такого никогда не водилось. Они вместе катались на велосипедах, ездили в гости к родственникам Тони, вместе ухаживали за Лимончиком, вместе валялись на пушистых коврах, каждый занимаясь своим делом.
И Тони верил, что так будет всегда. Ведь Броди выбрал его, а он Броди. Ну, а то, что у них непарные чертовы фразы. Да кого это вообще волнует?
Пару-тройку лет спустя
Накануне рождества Тони заехал в гипермаркет “Всё для дома и ремонта” за цветочным горшком. Лимончик подрос, и ему требовалось больше места, Тони решил прикупить и ему подарок. Пусть Броди и твердил, что зимой пересаживать нельзя. Но это же не значит, что нельзя зимой покупать новые красивые цветочные горшки?
Магазин был полупустым. Действительно, что там можно было купить в качестве подарка? Тони нашел отличный серебристый горшок с ненавязчивым орнаментом и уже собирался к кассе, как вдруг услышал:
- Яйца дрозда или тыква?
Он уже собирался спросить, что это за идиотский вопрос, когда успел поймать себя за сотую долю секунды до того, как это сделал. Тони закрыл рот и даже зажал его рукой, чтобы ничего не ответить.
Он резко обернулся.
За спиной у него стоял настоящий красавец. Высокий, загорелый блондин с яркими голубыми глазами. Тони почему-то подумал, что он горнолыжный инструктор, откуда иначе такой загар зимой? Похоже, вёдет здоровый образ жизни, оценил бы готовку Тони, а вечерами они бы устраивались у камина в его шале и пили вино, глядя на огонь. Тони почувствовал мучительную боль в груди, он столько лет ждал! Где же ты был? Ведь Тони даже нашёл замену…