К черту мамонтов! (СИ)
Сотрудник НС толкнул ее.
Развернутый луч фонаря высветил двух гуриков и сверкающего паука — киберхирурга, зависшего над многофункциональным столом.
— Вот оттуда органика в плавике, — сказал коренастый элест.
— И крысы тоже, — добавила женщина.
— Сделайте запрос по пропавшим детям, — распорядился длинный, зачем-то становясь на колени.
Он несколько секунд шарил под основанием кресла, затем извлек маленького розового жирафчика. Сунул его в руки обалдевшему сотруднику.
— Это все? — пробасил оружейник.
— Да.
— Продолжайте. Соберите все. Особенно, — он кивнул на игрушку, — генный материал… И зачем им… — пробормотал он, ни к кому не обращаясь.
Браслет на руке элеста завибрировал.
— Глеб, это диагностика, — представился звонящий. — Мы провели сканирование крайней группы поступивших. У всех обнаружены следы мозговых имплантов.
— Следы?
— Они разрушены наполовину и больше. На основании связей могу предположить, что они предназначались для синхронизации.
— Чего с чем?
— Скорее всего между их носителями. Опять предположение. Кто-то пытался создать искусственный стилл.
— Кто-то из них сможет говорить? И когда?
— В ближайшие месяцы точно никто. Скорее всего, никогда. Это повреждение… — говоривший замялся. — Оно как бы закоротило мозг. Пострадавшие заперты внутри себя. И… очень может быть, постоянно переживают единственное воспоминание.
— Какое?
— Случившийся в момент разрушения импланта. В некотором смысле, они постоянно переживают собственную смерть. Даже если случится чудо и через пару месяцев кто-то из них очнется, вряд ли он сможет ответить хоть на какие-то вопросы.
— Жаль. Очень хотелось бы знать, с кем они воевали. И еще больше, кто воевал с ними.
Глава 88
04.07.2029 08:00 Мальдивы. Семапрохилодус
Чмок в щёку заставил Наташу почти подпрыгнуть.
— Блин! Лилька! Напугала же!
Лиля выглядела довольной, посвежевшей, как после каких-то особенных процедур. И она снова больше походила на девчонку, почти подростка. Энергия разве что не искрила.
«Угу… — подумала Наташа, — недавно стилл собирался. Про Германа лучше даже не думать. А то просечет, и разобраться в этом не даст. Мало ли что она такого умеет и мне не рассказывает. Скрытная Лилька стала. Про Сергея даже не заикалась. Я случайно узнала».
Лиля, ничего не говоря, мягко опустилась на соседний стул.
Наташа посмотрела на лицо подруги. Казалось, что оно сияет изнутри.
— Как тебем вечеринка? — светским тоном поинтересовалась Наташа.
— Мнем? Замечательно! Основательница меням помнит!
«Ну точно, было слияние. Думай о чём-то нейтральном, вопросы задавай аккуратно», — предупредила себя Наташа.
— Слушай, — лицо Лили приняло озабоченное выражение, — а что тут произошло вчера вечером? Я бы, конечно, не спрашивала, но … у нас затоплен подвал, часть деревьев поломана, рыбки в озере передохли, два робота утонули в бассейне, и изрядно сократился запас спиртного. Это какой-то погром в духе распоясавшихся подростков? Собираюсь узнать, что случилось, и вижу, что ты выключила все камеры наблюдения.
Наташа вспомнила, как пнула робота, когда выбиралась из озера на берег и скривилась.
Двигун свинья!
Ей было плохо тогда, но утопить бедную неповинную в ее горестях железяку она не собиралась.
Не собиралась, но утопила же!
Ей стало стыдно.
— Извини. Это случайно получилось, — выдавила Наташа, не поднимая взгляда от тарелки, терзая ножом кусок искусственного бекона.
— Я рада видеть тебя в добром здравии. Но ты представь себе. Ям встречаю кучу знакомых, вечеринка затягивается. Прилетаю только поздно вечером и иду в спальню на автопилоте. Делаю шаг и оказываюсь по колено в воде. Как тут не проснуться? А потом мне сообщили, что исчез биосигнал с твоего браслета. Я волнуюсь. Хорошо, что ребята НС видели тебя на пирсе острова Туккайя с каким-то хмырём и сказали, что он повез тебя на яхту. Тебе понравилось? Расскажешь?
Наташа резко запихнула в рот большое пирожное, показала на рот и неразборчиво замычала, мотая головой.
— Совсем голодная, — закивала Лиля. — У яхты плохой хозяин, гостей не кормит?
Она забрала у гурика поднос и протянула Наташе.
— Еще?
Наташа немного задумалась, а потом неуверенно взяла в каждую руку по два пирожных с кремом. Держать было неудобно, крем вытекал из-под пальцев.
— Хватит дурачиться, — попросила Лиля. — От обжорства тебе станет плохо. Тогда я отправлю тебя в Москву, в медблок центрального офиса. И твой отпуск, — она вздохнула, — на этом закончится.
Наташа резко кинула пирожные в тарелку, принялась облизывать пальцы. Перехватив удивленный взгляд Лили, пошарила взглядом по столу в поисках чего-то, чем можно вытереть руки. Гурик протянул ей салфетку.
— Ты понимаешь… — протянула Наташа, старательно обтирая руки.
Хорошо, что она про бардак заговорила. Про него можно много рассказывать.
— В общем, это… — Наташа прикинула, с чего начать как можно дальше. — У меня вчера было интервью. Потом я показывала этому блогеру остров. Ну, мы выпили. Совсем немного. Что в баре нашли. Кстати, у винного шкафа сломался замок. Совсем не открывался.
— Алкоголики, тунеядцы, хулиганы… У замка сработала автоматика, чтобы вы не упились. Я другое понять не могу. Как вы умудрились этим алкоголем вообще напиться? В него же нейтрализатор добавляют. Через два часа алкоголь должен безопасно распасться. А сильное опьянение нейтрализатор вовсе не допускает.
— Двигун привез с собой настоящую домашнюю настойку.
— Ясно. Первое, больше мы его не приглашаем. Второе, что я не могу понять, что вы сделали с рыбками в озере? Вы там что, браконьерством занимались? То есть чем-то рыбу глушили?
— Нет, — Наташа вздохнула, — я же говорю, случайно вышло. Я туда бутылку настойки вылила.
— Постой. Одна бутылка и вся рыба кверху брюхом. В озере. Тебе такое пить не страшно? Ты как себя чувствуешь?
— Да ничего так…
— Надо же. Так, если ты бутылку вылила в озеро, то чем вы напились?
— У Двигуна с собой была не одна бутылка. У его автолёта большой багажник.
— Багажник, забитый бухлом без нейтрализатора. И не просто, а большой. Почему мне такие типы не встречаются?
— У всех свои таланты.
— Оттащить бы тебя в «Антипальму». На профилактику тяги к спиртному…
На лице Лили мелькнуло мечтательное выражение.
Наташа вздрогнула и, не удержавшись, крикнула:
— Тебя только обещание сдерживает? Скажи своим ребятам хоть слово, хоть моргни в мою сторону, и они мне ласты завернут и волоком в ближайший антипальмовский филиал упакуют.
Лиля примирительно ответила:
— Нет, дорогая, волоком и с завернутыми ластами туда не приводят. В светлое будущее силком не тащат. Туда только по доброй воле и своему большому желанию. Ты помнишь, что на Встречу приглашают? Идти или нет, каждый решает сам. «Антипальма» — это то же самое, только медленнее, по-человечески.
— Сравнила! Стать элестом и «Антипальма»! Всё бросай от привычек до родственников, сиди на диетах, тренируйся с утра до ночи, позволь шарить в голове. И их активист даже не сотрудник НС, а так…
Наташа неопределенно помахала рукой.
— Хочешь стать сотрудником НС? Могу похлопотать. Вот прямо сейчас прикажу ВВ…
Лиля ткнула в браслет.
— Нет! — рявкнула Наташа. — Нет! И еще раз нет! Я не хочу на тебя работать!
Она кинулась к Лиле с намерением закрыть ей рот, и наткнулась на гурика, закрывшего Лилю манипуляторами.
Лиля грустно улыбнулась.
— Натаха, с тобой не соскучишься. В «Нашу Службу» тоже никого силком не гонят. Там конкурс семьсот человек на место. Просто я могла бы устроить тебя по блату. А нет так нет. Живи как хочешь. А когда придешь, то будешь меня ругать, почему я тебя раньше не уговорила, почему не заставила. Станешь жалеть о потерянном времени.
Наташа опустилась на стул, представила себе, что ей нужно сделать и сколько. Что будет, если Герман… Нет! Нельзя думать о старом джентльмене!