К черту мамонтов! (СИ)
К концу марта температура воздуха стала повышаться, но влажность с лихвой компенсировала это незначительное потепление. Стужу заменил промозглый ветер, который забирался под одежду и заставлял дрожать и сморкаться не хуже февральского мороза. Особенно трудно стало пассажирам, зябнущим на остановках и завистливо поглядывающим на автомобилистов в пробках. Наземный транспорт работал «не очень», поэтому, чтобы к риску заболеть не добавился ещё и риск опоздать, выходить из дома необходимо было куда раньше обычного. В результате шансы оказаться на месте до требуемого срока и маяться от безделья возрастали.
Как в этот раз случилось у Наташи.
Когда она добралась до университета, у неё оставалось изрядно времени на то, чтобы с пыхтением втянуть на второй этаж тяжеленную сумку, пристроиться в уже «прикормленном» закутке и взгромоздиться на подоконник.
Наташа приготовилась развлекаться оставшееся время прослушиванием лекции, устроилась поудобнее и прислушалась. Из открытой двери аудитории доносился голос лектора, монотонный, как у циркового гипнотизёра. Содержание лекции было малопонятным. Кроме предлогов и числительных, смысл слов ускользал.
«Ладно, — подумала Наташа. — В этот раз что-то скучное. Не свезло».
Прошлый раз лектор рассказывал увлекательную историю то ли про Пушкина, то ли Тургенева. Наташа их путала, с трудом вспоминала, кто утопил бедную собачку и почему ему за это поставили памятник. Но лекция звучала как детектив. Наташа даже огорчилась, когда она закончилась, и рассчитывала на продолжение.
Вместо этого нужно было поскучать ещё минут двадцать, чтобы в начале перемены раздать проголодавшимся студентам тёплые пирожки и бульон. Взять с них оплату, отсчитать сдачу и ничего не перепутать.
Наташа прикрыла глаза и задумалась.
Вечерами, подсчитывая выручку, она то радовалась, когда сумма оказывалась больше ожидаемой, то расстраивалась, что в этот раз — немного меньше. Конечно, люди продвинутые, способные оплатить заказ заранее, снижали головную боль «несчастной торговки частной». Но их было отчаянно мало. В основном все норовили трясти наличкой. Мало того. Хоть она и просила платить без сдачи, то и дело образовывались умники с крупными купюрами.
В принципе, дела в общественном питании развивались не так уж плохо. Наташа постоянно отправляла в Лещанск приличную сумму матери и сыну. А ещё ей хватало денег ездить с Лилей домой не дважды в год, как до открытия этого микробизнеса, а каждый месяц на два три дня.
Желающих купить пирожки и бульон становилось всё больше. Излишек, прихваченный «на всякий случай», расходился стабильно. Кроме того, ещё и не на всех хватало, что стимулировало оформлять заказ заранее. Можно делать больше, но… Силы Наташи на исходе. Ещё немного и придётся или заказы ограничивать, или цены поднимать. Или…
«Придётся нанимать работников-надомников. А как качество проверять? Воровать же будут. Что, я людей что ли не знаю? Что же, каждый пирожок надкусывать и проверять, сколько туда мяса не доложили?»
Размышления о трудностях развития предпринимательства прервал мужской бас. Он возник где-то в глубине коридора и быстро приближался.
— Маргарита Искандеровна, — нудил бас, — нам катастрофически не хватает женщин. Ну, что вам стоит?
В голосе звучала странная смесь заискивания и возмущения. Кому-то для чего-то не хватало женщин. Катастрофически.
Наташа уже не слушала непонятную лекцию и полностью переключилась на приближающийся голос. Она открыла глаза и спрыгнула с подоконника в тот момент, когда мимо пронёсся солидный мужчина.
Аккуратная седая бородка в сочетании с хорошим, на взгляд Наташи, пиджаком и нелепым галстуком. Всё настолько соответствовало образу профессора, укоренённому в её голове многочисленными фильмами, что она ни на мгновение не усомнилась, что это он. Профессор стремительно убегал в глубину коридоров, продолжая уговаривать собеседницу:
— Вы же знаете, стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях. А десятка — это скорее исключение, чем правило. Напомню. Женщин приходит на Встречи в три раза меньше, чем мужчин. И мы ещё удивляемся отсутствию результатов! Приводите всех своих студенток завтра на стадион.
Наташа двинулась следом.
Невидимая Маргарита Искандеровна, видимо, ответила профессору нечто крайне неприятное, отчего он внезапно остановился и рявкнул в трубку:
— Так соврите им! Зачёт пообещайте. Ну, я не знаю… Бесплатно раздавайте модные трусы. Выкручивайтесь, как хотите. С вас к завтрашней Встрече тридцать особей женского пола.
Он оторвал трубку от уха и, утирая со лба пот одной рукой, другой принялся шарить по экрану смартфона.
Из подслушанного разговора в голове Наташи занозой застряло слово «Встречи». Про них она уже что-то слышала. Не очень чётко. Но, как про что-то новое, перспективное, и куда, что называется, «хрен попадёшь».
И вот, пожалуйста, мимо бежит человек, которому до зарезу на Встрече нужны женщины. И это как раз про неё. Да и сам человек… то есть мужчина, явно интеллигентный, образованный, не лишённый привлекательности.
Наташины ладошки моментально вспотели, а сердце застучало часто-часто. Она ещё что-то додумывала, а ноги уже сами принесли её к профессору.
Тот, поглощённый поиском чего-то в смартфоне, ничего не замечал и никого не видел.
Наташа сделала милое лицо и подошла к профессору поближе. По-прежнему ковыряясь в меню, профессор то ли ничего и никого не видел, то ли не желал видеть. Попереминавшись с ноги на ногу, она заподозрила, что просто так внимания не добьётся, и в бой вступила тяжёлая артиллерия.
Она развязала шарф и расстегнула тёплую кофту так, чтобы на обозрении оказался глубокий вырез футболки. Подошла к профессору вплотную, чтобы тот сразу увидел её декольте. И с чувственной хрипотцой спросила:
— А у вас лишнего билетика не найдётся? Профессор, на миг оторвавшись от смартфона, окинул её взглядом и буркнул:
— Иванов в триста седьмом.
Наташа мысленно ухмыльнулась.
«Понятно, почему у них с женщинами проблема. Вот стою я перед этим олухом, а он меня в упор не видит. Путает со студенткой. Это весьма мило с его стороны, конечно. Интересно, а его студентки не женщины, что ли? Что бы такого спросить, чтобы зацепило?»
В голову ничего не приходило. Школьные учителя, по Наташиным воспоминаниям, обожали, когда ученики повторяли за ними. Ладно. Отчего не попробовать?
— Стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях? — спросила она, изображая живейшую заинтересованность.
Профессор уставился на Наташу, как на говорящую статую. Через пару секунд медленно проговорил:
— Да. Это последние данные. А у вас есть сомнения?
— Хочу попасть на Встречу и всё увидеть своими глазами, — выпалила Наташа. — Очень хочу участвовать!
— Отлично! — воскликнул он, оглядываясь вокруг. — И много вас таких, желающих?
«Блин! Они туда пускают только группами? Ну и где я эту группу возьму? Надо что-то сочинить».
— Я буду одна. Так сказать, разведчиком. Если понравится, приведу столько женщин, сколько вам нужно.
— О! — глаза профессора округлились. — Дорогая, я жду этих слов уже два месяца. Будущее вас не забудет! Как вас зовут?
— Наталья.
Она подала руку. Профессор взял её и аккуратно поцеловал.
— Очень приятно, Наталья! Меня зовут Фёдор Николаевич. Я директор курсов прекураторов. Вот карточка с адресом ресурса для регистрации и кодом активации на обратной стороне. Жду вас завтра на стадионе. Уверен, вам понравится. Увидите, как будущее вылупится на ваших глазах. Это потрясающее зрелище! А если повезёт, сами им станете…
Глава 4
03.07.2029 7-45 Мальдивы Семапрохилодус
Налетел ветер, взбудоражив воду бассейна. Наташа собрала растрёпанные волосы в пучок. Она критически посмотрела на отражение в воде. Лишние килограммы замыливали контур идеальной женской фигуры с крутыми бёдрами и выдающейся грудью. Наташе пришлось купить особый купальник, подтягивающий отвисший животик так, что эти килограммы превратились только в намёк. Оттенок купальника она подбирала под цвет волос. Удачно, на её взгляд.