К черту мамонтов! (СИ)
— Стой! — завопила Наташа.
Роботы замерли в виде скульптурной композиции «Рыцарский турнир». Лопаты у «рыцарей» успели приобрести плачевный вид, на боку у одного из них красовалась свежая царапина.
— Ладно, — Двигун сделал несколько глубоких вдохов. — Это мы вырежем… Давайте вернемся к работе… — он еще несколько раз вздохнул, поворачиваясь к камере. — Как ваша подруга относится к отказникам и пальм-океям?
— Мы это никогда не обсуждали. Если хотите знать мнение Лили, то лучше спросить у нее. А по моему мнению, если кто-то отказывается участвовать во Встречах, то и ладно. Его право жить, как раньше.
— А как вы относитесь к движению пальм-окей? Ведь они противники движения Антипальма. И они против стиллов и всего того, что они сделали и делают для человечества.
Двигун на мгновение скрестил руки.
— Мне кажется это малочисленная горстка каких-то фанатиков. Антипальмовцев можно встретить на каждом шагу, а пальм-океевцев я лично не встречала. Мне их эмблема даже не знакома.
Небо стало светлеть и звезды потеряли свой блеск. Из-за горизонта показалось солнце. Оно быстро поднималось. Дрон с камерой подлетел к Двигуну почти в плотную. Голос блогера зазвучал торжественно:
— За время существования стиллов ими были решены фундаментальные задачи в области физики, энергетики, транспорта, медицины, пищевой промышленности и культуры.
Двигун на некоторое время замолчал, восстанавливая дыхание, потом продолжил.
— Межзвездные перелеты, открытие и колонизация Златозон и других землеподобных планет произошли благодаря технологии наноконструирования, холодного ядерного синтеза, синтеза антивещества и всем смежным с этими технологиями, прорыва в области ИИ, роботостроения, построения виртуальной реальности, Создания четырехмерных объектов, и конечно так полюбившейся нам антигравитации. Клонированное мясо, и прочие сельхоз технологии, медицинские инновации, в том числе по продлению жизни. Деятельность стиллов сделала нашу жизнь намного безопаснее, комфортней и увлекательней, чем была до Сингулярности!
Пока он вещал, Наташа отошла немного в сторону. Она просто глазела на то, как меняется нарисованное на куполе небо, а из-за несуществующего горизонта поднимается такое же, но очень похожее на настоящее, солнце. Ей казалось, что она стала героем мультфильма и была готова к тому, что из-за угла виллы появится кто-то нарисованный…
Солнце на куполе совпало с небесным светилом и купол окончательно стал прозрачным. Через мгновение купол свернулся, стек еле заметными струйками в воду.
Двигун вытянул руку, с явной целью сделать так, чтобы его рука в кадре оказалась подставкой для солнца. Дрон чуть качнулся, поправляя ракурс, и они оба на мгновение замерли.
— Снято! — объявил блогер, опуская руку. — Фу-у-у-ххх… — выдохнул он и обмяк. — Наташа, мы молодцы! Отлично получилось! Предлагаю отметить это событие как следует. Выпьем нашего, русского, настоящего… Сейчас только дронов в багажник загоню…
Глава 37
03.07.2029 14–50 Мальдивы Смапрохилодус
Влад перепутал два параметра в уравнении, потряс головой, чтобы сбить тупость и услышал голос Васи:
— Тебе пора отдыхать. Меня радуют твои успехи в прогнозировании стиллоформирования, но время эффективного усвоения материала закончилось. Предлогаю тебе заняться физическими упражнениями.
Влад отложил планшет на полочку, молча кивнул, встал с дивана и потянулся. Он сделал несколько глубоких вздохов-выдохов, встал на руки и прошелся на них по салону. Сгруппировавшись, бесшумно приземлился на ноги и улыбнулся.
Влад сверил свои ощущения и графики биоритмов, отображающиеся в коммуникаторе и убедился, что ему до сна осталось двадцать две минуты. Он шагнул в кабину утки и набрал на смартфоне знакомый номер.
— Здраствуй, милая! — поприветствовал он и услышал в ответ голос девчонки, лет четырнадцати.
— Привет дядя Влад! Ты уже здесь, в Рядовске?
— Нет, Галинка. Я на Мальдивах. Послезавтра встретимся, как и договаривались. Раньше не получается приехать. Дежурство по Наталье.
— Это та Наталья, с которой не соскучишься? — спросила она хихикнув.
— Да.
— Веселее умной Маши только Лилина Наташа! Помню, помню. Я тоже, как ты, хочу стать телохранителем и работать в НС! Наташек всяких охранять, а лучше элестов. На нас, подростков, не один террорист не подумает, что мы работаем в НС. Все знают, что подростки не работают, тем более телохранителями. Ну почему нам нельзя? Прикрытие, лучше не придумаешь!
— Спроси свою Наставницу.
— Я хочу знать, что думаешь ты. Тебе кажется, что мы, такие маленькие, глупые и неуклюжие, что не справимся?
— Не знаю какие все. Думаю, что ты с моей работой справишься. Не хуже взрослых. Почти во всем. Пойми, и скажи своим товарищам, вами никто рисковать не будет. Полезна ваша помощь или нет, это не важно. Риск это для взрослых.
В трубке обижено засопели:
— И с чем же мы не справимся?
— У всех сотрудников НС стоит нейропрошивка, корректирующая рефлексы. Это позволяет в кратчайшие сроки, не думая, защищать стилла и элестов. До восемнадцати лет прошивку не ставят. Тебе осталось подождать всего то четыре года. Будешь работать в НС, если не передумаешь к тому времени.
— Значит ты за нас просить не будешь?
— Нет. Я буду активно голосовать против привлечения подростков к опасным видам деятельности. Тебе скучно живется? Попросить Абрикоса увеличить нагрузку? — он сделал паузу и продолжил, — Шучу, не пугайся. Это я про увеличение нагрузки. Остальное я на полном серьезе говорю.
— Дядя Влад! Ну почему? — Не сдержавшись крикнула в трубку Галинка.
— А потому! Детство, оно в жизни один раз бывает. Проживи его счастливо. — Ответил Влад твердым голосом, потом смягчился, — Не спеши во взрослую жизнь. Успеешь.
В трубке за пыхтением послышались редкие всхлипы.
— Как твоя мать? — Спросил Влад. — Так же и там же?
— Жена твоя бывшая? Живет как обычно.
— Направь свой энтузиазм на нее. Мне странно, что она до сих пор в дикарях. Ты, что-нибудь с этим делаешь?
— Нет. Абрикос просил на родственников не наседать. Говорит, что нужно, чтобы они сами захотели стать глоферами, увидев наш пример.
— Твою маму твой пример не вдохновляет?
— Не беспокойся. Сдвиги есть. Думаю, что месяца через два она пойдет получать Ледок. Уже мечтаетх с колонистами улететь в космос. Какой-то дядька ее во всю агитирует. Пока раздумывает, говорит, что не может меня одну на Земле оставить. А ей, отвечаю, что разве я одна? У меня в интернате друзья и наставник, Абрикосович, лучше не придумаешь. И Влад заботливый. Ты когда прилетишь, поговори с ней об этом. Мне кажется, она не идет учится, и правда, из-за меня.
— Поговорю. Галинка, ты молодец!
— Я да. А ты нет. Не хочешь петицию подписывать, разрешающую подросткам работу в НС и прошивки раньше восемнадцати! Хорошо хоть Ледок можно с шестнадцати ставить, а то я бы космос увидела, лет в восемнадцать, когда состарилась бы.
— Не спеши ты в космос.
— Ладно. Прилетишь, поговорим. — Выпалила девчонка в трубку и отключилась раньше, чем Влад попрощался.
Он покачал головой, проводил взглядом летающую по отсеку муху и спросил:
— Вася, спроси Сметанку, кто-нибудь из Абрикосовича поговорит сейчас со мной о Галинке?
— Таня сейчас ответит. Вот и она. Говори.
На экране появилась молодая женщина, с доброй милой улыбкой. Мокрая футболка обтягивала ее грудь, с волос стекала вода. За ее спиной в воздухе мелькали струи воды, слышался гул водопада, и мужской смех. Таня внимательно посмотрела в камеру, как будто она не в Австралии, а здесь, рядом, и быстро заговорила:
— Не беспокойся о Галинке, Влад.
— Ну как не беспокоится? Дети выдвигают требования, которые вряд ли кто-нибудь поддержит. Получат по носу и обидятся на весь божий свет.
— Нет, Влад. Не обидятся. Они хоть и юные, но уже глоферы, как ты и мым. А мы…