Космодесы 5 (СИ)

Кач решил напасть первым. Он сделал ложный выпад, и я, шарахнувшись в сторону, чуть было не попался — его нож дважды свистнул рядом, со звоном ударил в броню, но лезвие чиркнуло по металлу и соскользнуло.
Я тоже отмахнулся, но сделал это неуверенно, жалко, чем вызвал на лице Кача ехидную улыбку.
— А ты, оказывается, не трус, — заявил он, — ты идиот! Научился бы сначала махать ножом, а потом лез…
Договорить я ему не дал — пошел в атаку. Наверняка Кач этого и ждал, для этого подначивал меня, но я разгадал его тактику, так что моя «атака» была фикцией.
Когда он попытался контратаковать, я легко вывернулся, так как ждал этого и ударил ножом снизу вверх, метя в точку на обратной от локтя стороне.
Кач тут же отпрыгнул назад, перекинув нож в другую руку, но я заметил кровь, брызнувшую из раны и попавшую на броню скафа.
Конечно, скаф уже затянул аварийной пеной точку попадания, но рана ведь никуда не делась…
Кач, словно бы недовольный тем, что позволил себя ранить, перешел в наступление. Он пер, как носорог, махая своим ножом с такой скоростью, что я не всегда успевал заметить его.
Тем не менее, пока что мне везло — я умудрялся парировать удары или просто уворачиваться, мне приходилось постоянно пятиться, и даже пробовать контратаковать я не смел — настолько напор Кача был яростным.
В какой-то момент его атака ослабла, и я решился ответить, но это оказалось очередной хитростью противника.
Так как я был сосредоточен на ноже в его руке, я пропустил другой удар, не менее опасный — Кач просто крутнулся на месте, исполнив «вертушку», и его нога прилетела мне в грудь, бросив на землю.
Удар был столь силен, что у меня перехватило дыхание, в глазах потемнело, а когда отпустило, я увидел над собой Кача. Он прижал коленом мою руку с ножом, вторую держал своей рукой. Его торжествующее, довольное лицо было напротив моего…
Я ожидал, что он опять начнет издеваться, говорить какие-то гадости, попытается меня унизить. И казалось, я угадал — он уже открыл рот, но…
  
Глава 22
 
Монстр
 
Что у обычного человека есть во рту? Можно увидеть зубы, язык, внутреннюю часть щек, в конце концов, десны и, может быть, даже гланды.
Вот только у Кача всего этого не было. Рот, скорее даже пасть Кача напоминала нечто, что обычно бывает у червей — эдакая бездна, усеянная множеством то ли зубьев, то ли рецепторов, то ли эдаких присосок.
Я настолько не ожидал этого увидеть, что замер, уставился на открывшийся передо мной ужас и просто дожидался, пока эта «пасть» вцепится в меня.
Оцепенение, охватившее меня, улетучилось уже спустя мгновение. Все же импланты, контролирующие «химию» в организме, — великая штука, как и нейросеть, отслеживающая мое состояние.
Я с силой оттолкнул Кача, шустро отполз назад.
Когда я вскочил на ноги, готовый продолжить бой, Кач тоже поднялся, с презрительной ухмылкой поглядел на меня и заявил:
— Что, страшно? Зря… Ничего плохого бы с тобой не случилось. Ты бы просто изменился… Стал бы лучше, быстрее, умнее…
— Спасибо, я себе и таким нравлюсь, — буркнул я.
— Но ты не понимаешь! Все вы не понимаете. Союз с другой расой пойдет вам на пользу! Погляди на свое тело — оно не совершенно… Зачем тебе влачить столь жалкое существование, если ты можешь стать лучше?
— Нет уж, меня все мое, натуральное, устраивает, — хмыкнул я.
— Почему?
— Дорого как память. Да и бабушка бы не одобрила…
Кач насупился было, но потом до него дошло, что я просто над ним издеваюсь.
Он с ревом бросился вперед.
В этот раз он действовал как-то слишком уж безрассудно. Или я понял, что он вовсе не собирается меня убивать. Его цель — вновь повалить меня на землю и…укусить, заразить, или чего он там удумал?
Теперь наконец-то смысл всего этого поединка для меня стал понятен. Вот что он задумал: «заразить» меня, но при этом для всех окружающих я бы победил, он сдался бы. А далее, я так понимаю, он бы или с моей помощью заставил бы всех их отпустить, или захватил бы всю эскадрилью, заражая офицеров одного за другим.
  
Если, конечно, ему на это хватит сил.
Но в любом случае его план хотя бы на первом этапе я разгадал правильно. Более того, когда первый шок прошел, я понял, с чем сражаюсь. Никакой это не Кач. Во всяком случае, это не тот человек, что когда-то служил в ВКС. Это сраный дубль, катехумен…
Но вот что интересно: когда он стал таким? Недавно или уже тогда, во время бунта?
Нет, наверное, все-таки недавно, иначе бы уже тогда, во время мятежа Нельсона случилось бы нечто…«неординарное».
Кач дважды меня подлавливал, когда я был открыт для удара, но оба раза он упустил свой шанс, чем окончательно убедил меня в моих догадках — моя смерть и его победа Качу не нужна. Он хочет выпутаться из ситуации, причем именно так, как я и предположил.
Но позволять ему это сделать я, разумеется, не стал.
Черт… знал бы, что иду сражаться не с человеком, прихватил бы что-то еще помимо ножа. Ну какого черта я такой честный? Дурак, видимо…
Однако затянувшуюся дуэль нужно было заканчивать. Как только я понял, что сражаюсь не с тем человеком, которого когда-то люто ненавидел, но вместе с тем уважал и даже опасался, все действия твари, вышедшей против меня, теперь выглядели предсказуемыми и примитивными. Да, этот монстр использует приемы Кача, быть может, что-то умеет, но до оригинала ему далеко…
А еще назрел очень интересный вопрос — я знал, насколько живучие эти твари. И хоть убить его было возможно, мне это не нужно. Я должен ранить его. Достаточно для того, чтобы он не смог сражаться, но не настолько, чтобы он подох.
И как быть?
Сражаться и думать выходило плохо — нужно было сосредоточить внимание на чем-то одном. Из-за охвативших меня размышлений я пропустил очередной удар и чуть было не упал, лишь чудом удержавшись на руках.
Ну, тварь…
Я перешел в атаку. Со стороны могло показаться, что мои действия безрассудны, что меня охватила ярость, но это было совершенно не так. Каждое мое движение было точно выверено, отточено в тренировках.
Я наступал, вынуждая Кача защищаться, но при этом то и дело подставлялся, провоцируя его пойти в контратаку.
И он купился.
То ли я настолько явно открылся, то ли он переоценил свои возможности, однако Кач сделал слишком наглый и очевидный выпад, чтобы достать меня.
Я мгновенно схватил его за руку, вывернул ее, развернул лезвие и вогнал его же нож ему между ребер.
Противник зашипел, зарычал, дернулся, пытаясь вырваться из захвата, однако я тут же вогнал ему в грудь еще и свой нож.
Знаю, проклятого дубля это не убьет, но все же он станет куда слабее — раны и для него являются проблемой, пусть и регенерация, живучесть его просто за гранью.
В довершение всего я еще и заскочил ему за спину, выломал руку и с силой дернул ее, ломая. После этого отправил противника на землю.
Кач рухнул, как подкошенный, и даже не попытался сразу подняться. Если бы моей целью было убить его — смог бы сделать это без всяких проблем, но эта тварь нужна мне была живой… Осталось только придумать, как его обездвижить окончательно…
— А ты не так плох… Раньше ты был желторотым цыпленком, неспособным ни на что, кроме как качать права, — просипел Кач, — а теперь…вы поглядите!
— Откуда тебе знать, кем я раньше был и какой стал? — хмыкнул я.
— Ну как же…я помню нашу последнюю встречу. Ты тогда готов был разорвать меня на куски, но понимал, что я тебе попросту не по зубам. А теперь… — Кач зашевелился, пытаясь подняться, но я просто поставил на него ногу, заставив остаться на земле.
— Ну и каково это, когда победил своего самого сильного врага? — поинтересовался Кач.
— Мы с тобой раньше не встречались, — ответил я, — и вообще, с чего ты решил, что самый сильный?
— Ну как же… Кач — это…
— Именно! — усмехнулся я. — Кач! Победа над ним что-то значила бы. Этим бы я гордился. А ты — не он. Лишь жалкая подделка, копия, тень оригинала.