Магическое ателье леди Кейт (СИ)

Я прижала ее к груди.
- Все хорошо, милая. Теперь все будет хорошо.
 Глава 51 
Слезы катились по щекам, и я даже не пыталась сдерживать их. Кида все еще была в полусне: несвязно бормотала и смотрела на меня расфокусированным взглядом. Собрав остатки энергии – те жалкие крохи, что еще оставались в источнике – я просканировала ее магическим зрением. Так и есть – мерзавцы усыпили ее магией. К счастью, жизненные функции не пострадали – и то лишь потому, что мы вовремя перехватили Ласлоу.
Доза магии была слишком велика для маленького организма – еще час-полтора, и Кида впала бы в кому, а, может и вовсе погибла.
Ласлоу, закованный в наручники, сперва угрожал связями, потом ругался, а когда понял, что это не сработает, перешел на мольбу.
– У меня есть деньги, – жалобно лепетал он, переводя затравленный взгляд то на меня, то на Джеффри. – Я заплачу. Только назовите сумму.
У меня тряслись руки от желания как следует наподдать мерзавцу, но сейчас были дела поважнее. Надо позаботиться о Киде.
Короткая дуэль с Альмутом забрала почти всю мою энергию, но состояние Киды ухудшалось. Я не могла полностью снять с нее чары, но мне еще было по силам ослабить их. Что я и сделала.
Через несколько минут ее дыхание выровнялось, на щеках появился румянец.
– Кейт?.. – медленно открыв глаза, она посмотрела на меня. – Это, правда, ты?..
Голова кружилась, в ушах стоял гул, а черты лица Киды сливались в цветные пятна. Тело сделалось ватным, руки и ноги отяжелели.
– Да, милая, это я. Мы едем домой.
Магическое истощение. Прежде я не доводила себя до такого, но распознала его по симптомам.
– Тебе плохо? – с тревогой спросила Кида.
– Все хорошо, – я попыталась улыбнуться, а миг спустя провалилась в темноту.
***
В глаза ударил свет. Даже сквозь закрытые веки он казался слишком ярким. Я сморщилась и, кажется, застонала.
– Не волнуйтесь, шериф, – произнес незнакомый женский голос. – Опасность миновала. Госпожа Левер скоро очнется.
Уже очнулась. Я хотела произнести это вслух, но губы не слушались, ровно как и веки – они будто налились свинцом.
Сознание возвращалось медленно и неохотно: в памяти вспыхивали и сразу гасли какие-то отрывки, лица, осколки событий. Праздник середины лета, турнир, раненый Хардвин…
Кида! Меня словно током ударило. Последнее, что я помнила – ее бледное лицо на моих коленях.
– Кида!
Ее имя криком сорвалось с губ, я распахнула глаза, резко вскочила, но тотчас рухнула обратно, на что-то мягкое и пахнущее цветочным мылом. В глазах потемнело.
– Тише, тише... – я узнала голос Джеффри. – Тебе нельзя делать резких движений.
Я все еще не видела его лица, но чувствовала руки, бережно приподнявшие меня. Цветные пятна и всполохи света понемногу сливались в более или менее ясную картинку. Я, наконец, увидела его лицо.
– Где Кида?!
– С ней все хорошо, – он улыбался, но смотрел с тревогой. – Она дома, с Эллой. Очнулась еще прошлым утром.
Страх немного отпустил. Так, стоп. Прошлым утром? Это сколько же я проспала?
– Больше суток, – Джеффри ответил на незаданный вопрос.
Его волосы были растрепаны, лицо помятым, а на щеках и подбородке пробивалась щетина, хотя с момента нашей первой встречи я всегда видела его гладко выбритым. Ответ напрашивался сам собой: все это время Джеффри сидел возле моей постели.
– Как вы себя чувствуете, Кейт?
К кровати подошла женщина лет сорока-сорока пяти. На ней было свободное горчичное платье, перехваченное кожаным пояском, на котором болталась сумочка с торчащими из нее пузырьками. Длинные рыжие кудри держала зеленая лента в цвет глаз, смотревших тепло и дружелюбно.
– Меня зовут Ханна, – представилась она. – Мы с вами коллеги.
– Вы швея?
– Да у меня даже заплатку поставить не получается, – Ханна тихо рассмеялась. – Я ведьма.
Не то, чтобы я считала себя уникальным экземпляром, но, насколько мне было известно, других магов в Ирфенесе не водилось.
– Я приехала из соседней деревни, – Ханна будто прочла мои мысли. А, может, действительно, прочла, кто ее знает? – Меня привез шериф Бартел.
 
– Ты чуть погибла, – сказал он хмуро. – Ханна буквально вытащила тебя с того света.
– Вы почти полностью истощили себя, – пояснила ведьма. Улыбка сошла с ее лица, взгляд сделался серьезным. – Это очень опасно.
– Знаю, – вздохнула я. – Но выбора не было.
Джеффри, судя по его лицу, придерживался иного мнения, но, к счастью, ему хватило догадливости промолчать.
– Сейчас вашей жизни и здоровью ничего не угрожает, – Ханна коснулась моего лба. – Однако вы еще слабы и на восстановление уйдет несколько дней.
Я только сейчас поняла, что нахожусь в незнакомой комнате. Она была чистой, светлой, но обставленной очень просто – только самое необходимое. Кровать, шкаф, рабочий стол и один-единственный стул.
– Где я?
– В моем доме, – Джеффри подошел к постели.
– Ваше состояние было слишком тяжелым, – пояснила Ханна, – и мы решили, что лучше не пугать ребенка.
Я кивнула. Верное решение. И все же осознание, что все эти дни я провела в доме Джеффри, на его кровати, вызвало некоторое смущение.
– Когда я смогу вернуть домой?
– Думаю, уже сегодня. Но, пожалуйста, соблюдайте постельный режим.
Ханна ушла, оставив нас наедине. Джеффри подошел к окну, и несколько секунд смотрел на улицу, хотя я знала, что мысли его не покидали пределов комнаты.
– Будешь ругать меня?
Он хмыкнул и повернулся.
– Как будто в этом есть смысл. – Джеффри подошел к постели. – Я очень испугался за тебя, – тихо сказал он. – Но ты все сделала правильно.
Вау. Это что-то новенькое. В кои-то веки он признал мою правоту.
– Я не простила бы себя, если бы с Кидой что-то случилось. – На сарказм сейчас не было ни сил, ни, честно говоря, желания.
– Как и я не простил бы себя, если бы потерял тебя. – Джеффри присел на край постели.
У меня перехватило дыхание – то ли от его слов, то ли от близости. А, может, от всего сразу.
– Ну… теперь-то все позади.
К щекам прилил жар, и, наверное, я выглядело глупо, но меня это не слишком волновало.
Несколько бесконечно долгих секунд мы смотрели друг на друга, а потом… Не знаю, кто первым подался на встречу, да это и неважно. Наши губы соприкоснулись, я ощутила тепло, колючую щетину на его щеках, и мир вокруг исчез. Джеффри целовал осторожно – я даже не ожидала, что он способен на такую нежность – но, почувствовав мою отдачу, осмелел и прижал меня к себе. Внутри разлетелся рой взбесившихся бабочек, голова стала пустой и легкой, а низ живота напротив налился тяжестью.
Пальцы Джеффри перебирали мои волосы, отчего по спине бежали мурашки; вторая рука лежала на пояснице, он тяжело дышал и, кажется, прошептал что-то.
– Обещай, что никогда больше не сделаешь ничего подобного, – сказал он, отстранившись.
– Никогда не стану целовать тебя? – подколола я.
Сердце до сих пор стучало, как бешеное, голова шла кругом.
– Не станешь подвергать себя опасности.
– А то что? Наденешь на меня наручники?
Эта фраза сама собой слетела с губ и тотчас разбудила фантазию.
– И пристегну к кровати, – хищно оскалился он.
– Меня бы устроил такой вариант.
***
Домой я вернулась в тот же вечер. Едва успела шагнуть на порог – в холле вспыхнул свет.
– Ура! – громкий, нестройный хор голосов заставил меня подскочить.
Здесь собрались все: Элла и Кида, Ханна, констебли, мастер Фоинсон, Хардвин с племянниками и сосед мистер Таф.
Кида стояла впереди и держала на подносе исполинский размеров торт, украшенный малиной и взбитыми сливками.
– С возвращением!
У меня защипало в глазах.
– Ты знал? – я повернулась к Джеффри.