Магическое ателье леди Кейт (СИ)

Я не хотела и не собиралась задерживаться здесь надолго, но поиски обратного пути займут время. А, значит, надо позаботиться о еде и пище.
В кухонных шкафах я нашла запасы гречки, сушеной кукурузы и гороха - они хранились в подписанных жестяных банках. Еще обнаружился кофе, сахар, соль и специи. Выходит, местный рацион не сильно отличается от нашего. Хорошая новость.
Задняя дверь привела в запущенный сад, но в окружении крапивы и чертополоха росли фруктовые деревья: яблоня, груша и слива. Под ногами, скрытые буйно разросшейся сорной травой, прятались остатки грядок. В самом конце у забора, затаились кусты малины, смородины и крыжовника.
Я сорвала крупную упругую ягоду и улыбнулась, ощутив кисло-сладкий вкус. На первое время сойдет – от голода не умру.
А еще я нашла колодец. Он находился в дальнем углу сада и почти полностью зарос вьюнком. Если бы не деревянный «козырек», я бы его и не заметила. Далеко внизу чуть дрожала темная вода. В горле как назло пересохло. На жердочке под «козырьком» висело ведро. Я вытряхнула из него засохшие листья и осторожно покрутила рычаг.
В подобных вещах опыт у меня был нулевой – я выросла в городе, а на тетиной даче мы пользовались колонкой.
Ведро со скрипом опускалось вниз. Получается, кажется. Молодец, Катя. Правда, тащить его обратно было тяжелее – стоило чуть ослабить давление на рычаг, как наполненное ведро устремлялось вниз. Зато теперь ясно, отчего у деревенских барышень такие сильные руки.
Наконец, ведро было благополучно водружено на бортик колодца. Я зачерпнула воду ладонями. Свежая. Ни намека на затхлость. Что ж, одной проблемой меньше – обезвоживание мне не грозит.
Вдоволь напившись, я вернулась в дом. Несколько минут повертелась в торговом зале, размышляя, как поступить. Ответ нашелся сам собой, когда в ноздри попала очередная порция пыли, которая властвовала здесь безраздельно.
Что ж, если придется задержаться тут на неопределенное время, не лишним будет навести порядок. Хотя бы минимальный – иначе я попросту задохнусь.
К тому же физический труд помогал упорядочить мысли – пока руки были заняты делом, мозг составлял план действий.
Оконные створки поддавались неохотно, со скрипом, и чтобы открыть их, пришлось заплатить двумя сломанными ногтями. Но дело того стоило – как только внутрь попал свежий воздух, дышать стало легче.
Наполненный светом и воздухом дом смотрелся уже поприветливее. Но и масштабы запустения открылись во всей красе: пыль, грязь, паутина по углам...
Подгоняемая любопытством, я вернулась в мастерскую. Швейная машинка напоминала первые модели «Зингера» - я никогда не работала на таких, но видела в музее. Чугунную станину покрывал ровный слой пыли, но сама конструкция была в идеальном состоянии. Ножной привод тоже функционировал, хоть и со скрипом. «Ну, это не беда, можно смазать или отрегулировать», мелькнуло в голове. Я тотчас одернула себя. Не о том думаешь, Катя.
А сама так и продолжала крутиться возле машинки. Вот уж действительно - настоящий антиквариат. Я провела кончиками пальцев по рукаву, стирая пыль. «Фабрика «Годфри и сыновья», гласила выгравированная золотыми буквами надпись.
Рядом, на краю рабочего стола лежал пыльный отрез желтой ткани. Шелк. Натуральный.
...Мастерская оказалась настоящей сокровищницей. Чего здесь только не было! Ткани, фурнитура: шерсть, кружева, пуговицы, бисер, цветастые мотки лент... Все это было разложено по полочкам, ящикам и шкатулкам: госпожа Левер явно ценила порядок.
В нише под подоконником лежала стопка журналов, названия которых окончательно убедили меня в том, что я каким-то образом перенеслась в другой мир. «Новинки эльфийской моды. Весна-лето 785-го», «Дикий шик: перенимаем традиции викингов»
Краем глаза я поймала собственное отражение в напольном зеркале. Старичок Таф принял меня за внучку госпожи Левер. Но не могу же я вот так просто занять ее место! Во-первых (и в главных) это незаконно, а во-вторых, даже если Кейт не вернется, обман все равно очень быстро раскроется. Уже хотя бы по той простой причине, что я ничего не знаю ни о самой Кейт, ни о ее бабушке. Любому, кто знал их, достаточно поговорить со мной пять минут, чтобы понять - перед ним самозванка.
 
Но с другой стороны... Идти-то мне некуда. И не к кому. По крайней мере, сейчас. Я вздохнула. Хочешь-не хочешь, а придется задержаться тут хотя бы на несколько дней. Освоиться, осмотреться. А там видно будет.
В подсобке нашлась швабра, совок, несколько метел и пылебойка. Отлично.
Первым делом я взялась за шторы. Не знаю, сколько времени это место стояло покинутым, но пыль въелась в портьерную ткань так сильно, что за ней едва угадывался настоящий цвет. Пришлось снять.
В дальнем конце участка стояли несколько шестов с натянутыми меж ними веревками. Губы сами собой растянулись в улыбке – эти сушилки-выбивалки очень напоминали те, что стояли во дворе нашей девятиэтажки, когда я была еще ребенком.
При мыслях о доме внутри опять заворочался страх. Подумаю о нем позже. А сейчас займусь шторами.
Пришлось замотать нос тряпкой, чтобы не надышаться пылью, клубами вылетающей из портьер, пока я отбивала их пылебойкой.
Следом пришла очередь постельного белья из спальни Кейт: я решила, что, если высшие силы не вернут меня обратно до вечера, переночую в ее комнате.
Я стащила с кровати покрывало и простыню, сняла наволочки с подушек и пододеяльник с одеяла. Свалила все в кучу на полу и огляделась. Ощущение неуместности происходящего и самого факта моего пребывания здесь было таким осязаемым, что тянуло под ложечкой.
Свалилась с потолка (причем в прямом смысле), а теперь хозяйничаю в чужом доме. Как-то это… неправильно.
Взгляд ухватил небольшой портрет в круглой рамочке. Он стоял на верхней полке стеллажа, и оттого не бросался в глаза.
В груди беспокойно закопошилось странное чувство, когда, подойдя ближе, я взяла его в руки, чтобы рассмотреть. Девушка на портрете отдаленно напоминала меня саму. Не двойник – нет, но сходство, определенно было. Форма лица и губ, те же карие глаза и темные волосы длиной ниже плеч. Даже во взгляде и улыбке имелось что-то общее.
Значит, так выглядит Катерина Левер?
– Что же с тобой случилось? – спросила я вслух.
И вздрогнула. Всего на секунду мне померещилось чье-то присутствие за спиной. Я резко обернулась. Никого.
Вот блин. А мне еще тут ночевать, судя по всему.
В углу раздался шорох, а следом резко захлопнулась дверь.
Я подскочила, схватила первое, что попалось под руку, а именно – пылебойку и сжала ее обеими руками.
– Кто здесь?!
Груда тряпья в углу зашевелилась и поползла в мою сторону.
– Мяу!
Наружу выглянула серая голова.
– Кузя!.. – с губ сорвался вздох облегчения.
– Мяу!
Я плюхнулась на старый матрас. В воздух тотчас взметнулось облако пыли.
– Смерти моей хочешь, бандит?
Кузя втянул носом воздух, сердито чихнул и с оскорбленным видом вышел из комнаты.
 Глава 6 
Занятая вытряхиванием постельного белья и полосканием штор, я не заметила, как опустился вечер. Солнце уже наполовину скрылось за верхушками деревьев на горизонте, и сад тонул в мягком закатном свете.
Закончив развешивать портьеры, я оглянулась на дом. Возвращаться туда было… страшновато. Но и на улице, понятное дело, не заночуешь.
Свечей я не нашла – только масляную лампу, но заправить ее было нечем, но даже если бы и было – я все равно не знала, как это делать.
От мысли, что придется коротать ночь в полной темноте, начинало крутить живот. Может, заглянуть к мистеру Тафу и одолжить свечи? Я вздохнула. Не люблю просить что-либо, но сейчас, видимо, придется.
Рассудив, что с пустыми руками идти неприлично, я набрала в саду яблок и немного малины. Сложила все это в корзинку и, подумав, добавила пучок мяты.