Давай начнем все сначала (СИ)

— Нам все понятно. Пожалуй, первая начну я. Андрей Андреевич, мы развелись с Костей. С его разрешения я могу рассказать, что за правда была у его мамы, которую я тогда переживала. Костя был неродным сыном, и родители его не любили, но это усугубило наш развод. Теперь судьба снова свела нас вместе, но Костя не верит, что я потеряла ребенка. Мы приехали в этом разобраться.
Видимо он был профессионал, если и испытывал эмоции, то практически их не выдал, и только записывал что-то в блокноте. Он посмотрел на меня, и задал уже мне вопрос:
— Константин Антонович, почему вы не верите жене? Что служит причиной?
Казалось, что я балансирую на краю пропасти. Сейчас вот скажу и все узнаю.
— Даша мне изменяла, когда мы были женаты. И вторая жена предала, сказав, что ребенок, которого она носит от меня. Как вы думаете, почему я должен ей верить?
Я видел, как мужчина удивленно перевел взгляд на Дашу. Сердце грохотало так, что я боялся не услышать следующий вопрос. Или я в театре, или психолог тоже ничего не понимает, как и я. Но виду не подает, потому что профессионал. Между ними действительно ничего не было? Бывшие любовники так себя не ведут. Их выдает мимика и взгляды. Но, видимо, Даша была готова к этому, потому что гордо подняла подбородок и выдержала его взгляд. Он продолжил что-то записывать.
— Дарья Леонидовна, я не припомню, чтобы вы рассказывали об этом. Это правда?
Ее голос был взволнован, и, кажется, что она сейчас расплачется.
— Нет, Андрей Андреевич, мы подошли к самой сути нашего конфликта. Костя думает, что я изменяла с вами. Он следил за мной и увидел нас вместе. Я тогда обманула его, когда записывалась к вам на консультации.
Рука мужчины дрогнула, и он перестал записывать. Изумление проскользнуло на его лице, но он быстро справился с собой. В глазах психолога пряталось непомерное удивление и профессиональный интерес. В его взгляде читался вопрос: «Как он мог так подумать?». Но я его стойко выдержал. Не отступлюсь от моего мнения, пока не смогу убедиться сам.
— Я все понял. Константин Антонович, готовы ли вы поговорить со мной об этом в присутствии Дарьи Леонидовны? В основном сейчас беседа пойдет между нами.
Ладони вспотели, и голова кружилась. Что он хочет сказать? Подтвердить связь или начать убеждать, что ее не было? Но раз я здесь, отступать больше некуда, и просто кивнул.
Психолог отложил блокнот и внимательно посмотрел на меня.
— Константин Антонович, я понимаю ваше состояние. И причину вашего недоверия. Измена тяжела для любого любящего человека. Но раз вы согласились встретиться со мной, предполагая, что я любовник, значит, у вас есть чувства к Дарье Леонидовне. И желание выяснить правду. Иначе бы вы сюда не пришли. Скажите, что вы тогда увидели?
Он залез мне прямо в душу. Только теперь понял, как психолог прав, и что мной руководило, когда принимал это решение. Хочу знать правду, потому что люблю Дашу. И только пытался отрицать очевидное, боясь самого себя. Посмотрел на нее. Ее глаза блестели, и она мне улыбнулась. Теперь я не знал, что и думать.
— Даша меня обманула, я приехал сюда и засек время. Она вышла вместе с вами через час и улыбнулась, а вы отправились ее провожать к метро. Тогда я и подумал, что она изменяет.
Я видел, как мужчина взял в руки телефон и начал кому-то звонить. Потом выяснилось, что это был председатель ТСЖ.
— Договорился с Эдуардом Максимовичем, что он вышлет мне видеозаписи, как только сможет, с камеры моего подъезда за разные даты. Дом у нас элитный, а председатель очень щепетильный. Тщательно следит за порядком и хранит резервные копии. Я имею привычку провожать поздно вечером клиенток до метро, если у них есть такое желание. Никогда бы не подумал, что это может кого-то скомпрометировать. И верю, что это докажет невиновность Дарьи Леонидовны.
Пока я был в этом не уверен и ждал дальнейшего развития событий.
— Константин Антонович, как видите, обстановка в квартире сугубо деловая. Я профессионал, для меня клиенты и их психологическое здоровье важнее всего. Но при этом моя консультация стоит дорого, и я не хочу заставлять людей арендовать дополнительно кабинет. И я купил эту квартиру, чтобы вести здесь приемы.
 
Он действительно был дорогим специалистом. Мне было интересно, откуда у Даши было столько денег, чтобы оплатить ему пять консультаций? Психолог говорил серьезно и профессионально, не пытаясь с пеной у рта доказывать, как я не прав, а приводя аргументы, которые пока мне казались слабыми.
— Простите, пока это мало меня в чем убеждает.
— Константин Антонович, тогда, пожалуйста, расскажите, как вы уличили вторую жену в измене? Как это произошло?
Я снова посмотрел на Дашу. При ней рассказывать? Но она тихо сказала:
— Костя, хочешь, я выйду?
Ее понимание ситуации нежно улеглось на сердце, и на глазах навернулись слезы. При ней не хотелось рассказывать. И я кивнул. Сейчас ее присутствие было необязательно. Она ушла, а я остался один на один с соперником.
— Я приехал к ней в другой город. Алена была в командировке, и увидел ее с любовником перед отелем. Она сияла от счастья, как только он вышел к ней. Обняла и поцеловала, а любовник притянул к себе.
Сердце заныло от ее предательства, но я порадовался, что уже не так сильно, изнуряющая работа помогла справиться. Их взгляды и движения, у меня не было сомнений в ее измене.
— Теперь еще раз вспомните нашу встречу с Дарьей Леонидовной. В подробностях.
Я помнил тот день хорошо, и это предательство приносило боль. Даша вышла и печально улыбнулась Андрею Андреевичу. У него был спокойный вид, и мужчина что-то говорил ей. Стоп. Мне показалось, что по голове ударили чем-то тяжелым. Но ведь взглядов и движений с их стороны не было, как у Алены. Эти две встречи были настолько разными, и я даже охнул от посетившей меня мысли:
«Она не изменяла, ей действительно тогда было плохо. Здесь нельзя сравнивать счастливую Алену и несчастную Дашу».
— Я вижу, Константин Антонович, что вы все поняли. Я прав? Давайте еще дождемся записи.
На моих глазах появились слезы, и я перевел взгляд на психолога. Он сочувственно мне улыбнулся и мы пожали друг другу руки.
— Дарье Леонидовне было действительно тяжело два года назад, она потеряла вашего ребенка и узнала правду от свекрови, которую не рассказала даже мне. Теперь, когда я знаю ее суть, понимаю, какой ад творился в душе моей клиентки. Такое в моей практике впервые, чтобы мне надо было помогать вслепую, не зная сути проблемы. Из этого кабинета не выходят тайны и секреты клиентов, я умею молчать. Но не смог ее убедить в этом. Дарья Леонидовна любила вас и свекровь, и решила страдать сама, но не предать любимых людей. Вот ее слова, которые она мне сказала тогда: «Я не могу рассказать, чтобы не предать доверие Марии Федоровны, и не могу рассказать Косте, потому что ему будет больно. Но как справиться самой не знаю. Внутри жжет за любимого мужа. Но верю, что вы сможете мне помочь». И только надеялся, что смог облегчить страдания всеми доступными способами. Пять консультаций подряд я обычно не назначаю или очень редко, но Дарья Леонидовна была очень упряма.
Пелена от слез снова застилала глаза, а ощущение, что я тупой осел не пропадало. Я считал предательницей ту, которая всегда была верна. И во имя любви ко мне совершила ошибку. Теперь мне казалось, что я родился заново. На сердце была такая легкость, и хотелось скорее выйти от психолога и попросить прощения. Сказать ей о моей любви, и снова добиваться, если надо. И теперь надеяться, что она простит меня. Я чувствовал, как на сердце появляется лучик радости, и озаряет меня надеждой.
— Андрей Андреевич, я искренне благодарен вам за помощь. Вы не представляете, какой груз я нес на сердце два года, считая Дашу подлой предательницей.
— Я рад, что смог помочь. Для этого я работаю. А вот и видео мне прислали.
Мужчина протянул мне телефон и воспроизвел запись. Я увидел Дашу и психолога. Сразу увидел ее заплаканные глаза, которые тогда издалека не мог увидеть, и его спокойное выражение лица. Даша ему печально улыбнулась, но мужчина продолжал что-то говорить, оставаясь внешне равнодушным. Запись оборвалась, а у меня окончательно распалась иллюзия ее «измены».