Давай начнем все сначала (СИ)

Я взяла телефон и позвонила в частную клинику. Надо записаться на аборт, пока не упущено для этого время. Мне не нужен ребенок от подонка, который растоптал мое сердце. Но от осознания, что я не стану женой и матерью, слезы снова полились из глаз. Как это пережить?
Константин
Я стоял и смотрел на окна материнской квартиры. Как только разведусь, продам эту квартиру, куплю другую и уеду отсюда, чтобы начать все сначала. На душе была настоящая зима, и казалось, что мое тело сковано льдом. Только вот сердце было горячее и не могло справиться с обрушившейся на меня горькой правдой жизни. Моя семья, которую я любил, лопнула как мыльный пузырь. Ребенок не мой, и жена оказалась подлой лицемеркой. Что еще сделать, чтобы слезы перестали капать? Казалось, что я уже все выплакал, но оставалось только сжимать кулаки, и снова искать ресурсы, чтобы быть сильным.
Я приехал из Нихитожинска и начал работать, как вол, пытаясь забыть обо всем на свете, но мой рабочий день был только до шести часов вечера, и я возвращался домой, чтобы оказываться в пучине одиночества и боли. И нашел себе вечернюю подработку. На машине будет удобно, и не так устану, но не буду оставаться вечерами один и думать обо всем этом, это поможет справиться с чудовищной болью, которая резала сердце. Если бы можно было обратиться к врачу, чтобы он зашил раны от обрушившихся на меня испытаний жизни.
Сердце екнуло, когда на кухне материнской квартиры появилась Даша, и мои глаза сузились от презрения. Еще одна подлая предательница. Надо бросать эту привычку наблюдать за окнами. Но это было непросто для меня за столько лет. Я старался не думать о письме, но порывался поехать на кладбище, чтобы постоять на могиле мамы и мысленно произнести монолог, думая, что это принесет мне облегчение.
Я отошел от окна и сел за стол. Вспоминал, как Алена пыталась оправдаться, но я больше не слепой осел, чтобы всему верить. Хватит с меня. И не собирался ее прощать, но хотелось вырвать сердце из груди, чтобы не чувствовать чудовищной боли от ее слов. Впереди много работы, она мне поможет. Лучше я буду один, чем снова так страдать, отдавая всего себя женщинам, которые это не ценят.
  
Глава 13
 
Даша
Я старательно вязала крючком очередную фигурку и радовалась, что нашла способ хоть немного заработать денег. Проанализировав мои возможности, я поняла, что большие игрушки вязать нет смысла. Это долго, а уверенности, что купят не было, мастерства не хватало. Немного потренировавшись и включив фантазию, я создала простые вязаные фигурки влюбленных человечков. Уже две недели продавала их, и мой маленький «бизнес» немного помогал держаться на плаву. Люди охотно их брали, и меня это очень выручало. Я вкладывала в изделия огромную любовь к Вероничке и старалась для нее, может, поэтому их так хорошо разбирали, стоило только встать в час пик у метро? Вязала и постоянно разговаривала с дочкой. Нежно говорила ей, как люблю мою девочку и очень жду.
Декретные деньги должны были поступить на следующей неделе, и я очень их ждала. Пряжа заканчивалась, а я уже присмотрела моточки дешевле, чтобы выходило экономнее.
Я была очень рада, что когда-то увлеклась вязанием. Без него можно было просто лечь и плакать от бессилия. Но я не имела права. Я должна быть сильной духом ради дочери. Денег уже практически не было, и я экономила, как могла. Организм давал сбой от недоедания, и я чувствовала сильную слабость, но упорно продолжала работать. При мысли, что станет легче, когда получу деньги, я еще быстрее заработала крючком. Если получится связать больше изделий, выручка будет значительнее, чем в прошлый раз. Молилась, чтобы хватило сил продержаться до выплат от мужа подруги. На них была самая большая надежда.
Я с благодарностью подумала о Лиде. Слезы выступили на глазах, и я мысленно поблагодарила судьбу за встречу с прекрасным человеком и преданной подругой. Что бы я делала без нее? Всю жизнь Лида мне помогает и не оставляет в беде. Чем тогда я ее привлекла в первом классе? Дочь родителей-алкоголиков в оборванном платье. Со мной никто не хотел дружить. Но я всю жизнь помнила, как она подошла и дружелюбно предложила пойти к ней домой и подумать над домашним заданием по русскому языку. Так завязалась наша дружба. Лида всю школьную пору всем делилась со мной. Тетрадками, ручками, карандашами и сейчас продолжала, и я была очень благодарна. И кроме моей искренней любви к ней, я ничего не могла больше дать.
 
Подруга бы не отказала, если бы я попросила в долг. Но в какой бы это был раз? В тысячный? Лида никогда не просила ничего обратно, но мне было стыдно. Я еще не отдала деньги за посещение психолога. Через две недели арендаторы их квартиры переведут мне двадцать пять тысяч. Вадим напрямую дал мою карту. Я смогу купить еды и поесть нормально, но это не значит, что перестану вязать. Просто буду стараться накапливать деньги. Лида и ее муж много делают для меня. Щеки покраснели от стыда. Нет, надо иметь совесть, я никогда не смогу с ними расплатиться.
Остался месяц до родов и скоро увижу Вероничку. При мысли о моей девочке я отложила вязание и снова прошептала слова любви. Нежно погладила живот и представила, как прижму ее к груди. Я должна все сделать, чтобы мой ребенок был счастлив. Продажа изделий на долгую перспективу не подходила. Нужно будет искать подработку, куда можно будет ходить с ребенком. Другого выхода не видела. Я почувствовала, как в животе заурчало, а в горле пересохло. Холодильник совсем пустой, и надо хоть овощей сварить, чтобы силы появились. И налить чай, раньше любила его пить с лимоном и сахаром, но сейчас позволяла себе очень редко.
Я пошла на кухню, когда поняла, что ноги становятся ватные. Голова закружилась, и я схватилась за косяк двери, чтобы попытаться не упасть, понимая, что теряю сознание. И потом меня окутала темнота.
Я открыла глаза и поняла, что лежу на полу. Мое сердце бешено заколотилось, и я попыталась встать. Но не смогла, поняв, что у меня нет сил. Слезы покатились по щекам, и в приступе надвигающейся паники, я схватилась за живот, пытаясь ощутить пинки дочки.
Стала расширенными от страха глазами рассматривать спортивные брюки в поисках крови, и, понимая, что телефон остался в комнате. Ужас моего положения проник в сознание, и я уже хотела позвать на помощь. Но кто поможет? Я одна.
«Нет, я не могу снова потерять ребенка. Я не переживу».
Эта жуткая мысль била прямо в сердце, протыкая его насквозь, и я стала исступленно пытаться встать, попутно ища кровь на домашних брюках. Но крови я не увидела и заплакала от облегчения, когда ощутила пинок дочки. Снова легла на пол и выдохнула, пытаясь собраться с силами, и почувствовав, как уходит тяжесть с сердца. Главное, с Вероничкой все хорошо. Теперь я всегда буду носить телефон с собой.
Я услышала, как открывается входная дверь, и мои глаза расширились от ужаса, а сердце зашлось от страха. Панический холодок пополз по спине, и я покрылась мурашками. Грабить у меня нечего, но лишние проблемы были совсем не нужны. Кто вошел? И у меня нет сил оказать сопротивление. Неужели я забыла закрыть дверь? Что же делать?
И неожиданно услышала голос Кости:
— Даша, почему ты упала?
Бывший муж склонился надо мной, и я увидела его серьезные глаза. Как он здесь оказался? Как понял, что мне нужна помощь?
Константин
Я помог подняться Даше и усадил за стол. Она была бледная, и дрожащим от волнения голосом попросила налить воды. Бывшая жена пила, уткнувшись взглядом в чашку.
Снова я здесь, в маминой квартире. Только ее здесь нет. Я так привык наблюдать за мамой из окон моей квартиры, тем самым убеждаясь, что у нее все в порядке. И рефлекс сработал машинально, когда увидел, как бывшая жена падает. Схватил ключи и не думая, сорвался с места, а когда уже пробежал полпути до квартиры, понял мою ошибку, но решил все же посмотреть, что с Дашей случилось.
Сердце перестало колотиться от волнения, а сознание приходило в норму. А я стою рядом с предательницей. Разве мне мало испытаний за все время? Но я чувствовал, как сердце прожигается давно забытой болью. И понимал, что ее поступок волновал с тех пор, как она снова появилась в моей жизни, и я увидел ее беременной. Почему она решила изменять? Почему у нас не было детей, хотя мы не предохранялись? Задать бы ей эти вопросы. Только вот хотел ли я знать ответы? И главное, зачем? Сознание заполнялось яростью. Хватит думать об этом. Не собираюсь прощать ей измену, что бы она ни сказала.