Бессмертный (ЛП)

Взгляд Серафима со вздохом скользнул по Кайусу и обратно к Адиле.
— Твои братья были двумя половинками одного целого. Когда — то их души были едины, и когда они разделились в утробе твоей матери, душа разделилась неравномерно.
Его темные глаза наполнились чем — то похожим на раскаяние.
— Мы ничего не могли сделать, чтобы изменить ход Судьбы. Кай получил доброту их души, а Гедеон получил противоположное.
Кай воспринял эти слова как удар в грудь. Даже если это была не его вина, он все равно чувствовал вину за несправедливое отношение к своему брату при рождении.
— Из — за этого, — продолжал Эмас.
— Мойра обошла его стороной, но когда Атараха погибла, у них не было выбора, кроме как предоставить Гедеону власть.
— Что теперь происходит с Весами Правосудия? — Спросил Дьюм.
— Адила занимает две должности?
Аатхе еще не подошли ближе, и Кай его не винил. Эмас и Сэм бок о бок были в лучшем случае устрашающими.
Эмас взглянул на Рори, которая в ответ просто кивнула ему. Кай был ошеломлен и молчал, услышав подтекст.
— Сила принадлежит мне, — спокойно сказала его пара, не выказывая никаких эмоций.
Как Весы правосудия во время судебного разбирательства.
— Ты хорошо воспринимаешь новости, — заметила Лорен, скрестив руки на груди с веселой усмешкой.
Рори взглянула на нее и изогнула бровь.
— Я годами выступала в роли судьи и присяжных. Отправлять черные души в ад — это работа, которую я с радостью принимаю.
— Если власть Люкса передается по наследству, даже если член королевской семьи уже занимает должность, — спросил Кай, не совсем понимая, как все это работает.
— Почему сила Люкса не перешла ко мне, а титул Умбры — к Гедеону, когда умерла Атараха?
Крылья Эмаса раздраженно взъерошились, почти обнажив остальную часть его лица.
— Мы не знаем, и Мойра ни перед кем не оправдывается.
— Кто такая Мойра? — Спросила Рори, но все проигнорировали ее.
Она открыла рот, чтобы сказать что— то еще, но Эмас оборвал ее.
— Пора, — мрачно сказал он Сэму, который отказался смотреть на него.
— Смогу ли я попрощаться со своей семьей? — Спросила Стасси у Серафима.
Что?
Кай посмотрел на Лорен, которая пожала плечами в ответ.
— Мне жаль, Анастасия, — ответил Сэм с таким количеством горя и агонии, что Кай понял: они станут свидетелями трагедии.
Дыхание Стасси сбилось, и она прижала окровавленную ткань к груди.
— Ты собираешься бросить меня?
По тому, как они смотрели друг на друга, можно было подумать, что они…
— Она твоя Вечность, — предположил Кай, потрясенный перспективой того, что его друг оставит свою пару.
Рори, Адила и Лорен издали различные звуки удивления, а в глазах Стасси заблестели слезы.
— Я не знаю, что это значит, но он сказал, что я пара Сэма, — сказала она, указывая на Эмаса.
— Но я знаю, что такое родственная душа.
— В некотором смысле, да, — ответил Эмас.
— Это дело рук его матери.
— Матери? — Как попугай повторила Рори, и когда Эмас кивнул, она обвиняюще указала на Сэма.
— Куперы были правы. Ты сын.
Ее взгляд переместился на Лорен, которая ухмыльнулась в ответ.
— А ты рыцарь.
Эмас переводил взгляд с Рори, Лорен и Сэма.
— Я не знаю, о чем вы говорите, и, к сожалению, у нас нет времени обсуждать это.
Кай заметил, что Эмас говорил не так официально, как его сын, и он смотрел на своего друга с интригой.
— Подожди, — вмешалась Стасси.
— Почему я не могу пойти?
— Потому что Сэм подписал контракт перед тем, как покинуть Аравот, — ответил Эмас с выражением сожаления на лице.
Было очевидно, что ему ситуация нравилась не больше, чем им.
— И было бы жестоко заставлять тебя испытывать эту боль.
Она запнулась и посмотрела на свою пару.
— Какой контракт?
Кай наблюдал за тем, как разворачивалось разбитое сердце, когда Сэм вышел вперед и тихо заговорил.
— Я согласилась, что если я когда — нибудь вернусь в эфир, я выйду женюсь на королевской наследнице одного из других девяти королевств и займу свое место на троне.
  
Стасси отшатнулась назад.
— Тогда не возвращайся, — горячо сказала Рори.
Ее враждебность удивила Кая, и он инстинктивно двинулся вперед, чтобы встать между ней и Сэмом.
— Она твоя пара. Ты знаешь, что с ней сделает уход?
— Ты знаешь, что это сделает со мной? — Крикнул Сэм в ответ, делая шаг вперед.
Сила внутри Кая распознала в Сэме угрозу, и он атаковал, повалив его на землю. Сэм не мог уничтожить его, но потребность защитить свою жену была сильнее страха.
— Никогда больше не кричи на нее, — предупредил он с опасными нотками в голосе.
— Будь благодарен, что она заботится о твоей паре настолько, чтобы рисковать гневом гребаного Серафима.
Голубые глаза Сэма потускнели, и Кай наблюдал, как свет покидает его. Он встал и схватил Сэма за руку, чтобы поднять его.
— Твоя пара не единственная, кто будет скучать по тебе, — тихо сказал Кай.
— Мы все будем скучать, и Винкула не будет прежней без тебя.
Сэм кивнул.
— Я тоже буду скучать по тебе, брат.
Рори оттолкнула Кая в сторону и обняла Сэма за талию.
— Прости, что я наорала на тебя.
Когда она отпустила его, он ухмыльнулся.
— Нет, ты не сожалеешь.
Улыбаясь со слезами на глазах, она подняла средний палец, рассмеявшись, когда он схватил его. Его улыбка исчезла.
— Позаботься о Каиусе.
— Береги себя, — ответила она и понизила голос, мельком взглянув на Стасси.
— Я позабочусь о том, чтобы о ней позаботились.
— Спасибо тебе, — ответил он и снова обнял ее.
Рори краем глаза увидела, как Лорен приближается к ней, и ее сердце упало. Они пришли в царства вместе.
— Ты тоже уходишь?
Лорен отмахнулась от нее.
— Хорошая попытка. Ты так легко от меня не избавишься.
Плечи Рори с облегчением опустились, и она отступила, чтобы дать двум Ангелам уединение. Что ж, Ангел и Серафим, хотя технически Серафимы были разновидностью Ангела.
Они говорили тихо, их слова могли слышать только они, и когда Лорен отступила, Рори поклялась, что видела слезу, скатившуюся по ее щеке.
Следующей выступила Адила.
— Ты оставался рядом с моим братом, когда я не могла, и поверил мне, когда у тебя не было для этого причин. За это я тебе бесконечно благодарна.
Кай переместился рядом с Рори, и она схватила его за руку, сжимая ее.
— Тебе не нужно благодарить меня, — ответил Сэм.
— Не бросай его снова.
Рори прикусила язык, чтобы не рассмеяться. Сэм был прав, возлагая на нее ответственность за то, как она обошлась с Кайем. Доводы Адилы были вескими, но они также были и слабыми. Она могла бы найти способ связаться с Каем так, чтобы об этом не узнал Гедеон, но она была трусихой. По крайней мере, ей не следовало прекращать попытки.
Следующим был Дьюм, который пожал Сэму руку и поблагодарил его за помощь Рори. Они не очень хорошо знали друг друга, но Дьюм высоко ценил Сэма и чрезвычайно уважал Серафима.
В последний раз попрощавшись со своим другом, они вышли в коридор, позволив Сэму и Стасси попрощаться без посторонних глаз.
Сердцу каждого должно быть предоставлено утешение разбиться наедине.
Эмас вышел в коридор и попросил группу присоединиться к ним в офисе.
Он все еще говорил, но Рори проигнорировала его, не в силах оторвать глаз от Сэма и Стасси. Они уставились друг на друга, как два несчастных влюбленных, и сердце Рори замерло в груди.
— Мой сын раскрыл свою истинную форму, как и я. Волею Судеб воспоминания всех младших мистиков в обоих королевствах о том, что они когда — либо видели нас, будут стерты, — объявил Эмас, привлекая внимание Рори.
У нее отвисла челюсть, и Анастасия огляделась.
— Я уже теряю память, когда ухожу, — запротестовала она.