Два мира (СИ)

Дальше Карл Молот с помощью золота и эфира подмял под себя Шветерленд и стал воевать с Ормандией и Ибирью. Уже после его странной смерти Вильгельм Третий заключил династический союз с Бельскими, а много лет спустя открыли Иллирию. Благодаря эфиру и ресурсам Ибири, король сначала покорил всю Ормандию, а потом взял под контроль раздробленный Лаций и нищий Катрон.
И все это произошло за двести пятьдесят лет. С моей точки зрения, срок колоссальный, но для магов это всего несколько поколений. Поэтому автор сборника настаивал, что нужно уважать традиции и обычаи старых королевств, пока у нового не появятся собственные.
В принципе, если отцы и деды нынешних герцогов и баронов застали славную жизнь без железной руки короля, нет ничего удивительного, что многие подняли бунт, как только ослабела хватка. Власть баронов и их привилегии медленно и планомерно сокращали, ничего не давали им взамен, продвигали вперед безродных.
Даже учреждение совета родов и алмазной палаты было подачкой, до болезни Вильгельма они больше говорили, чем решали вопросы.
И да, я это всецело поддерживаю. Насмотрелся на благородные игры, но сейчас мы можем погибнуть из-за такой политики.
Похоже дядя что-то знал или догадывался, потому что в разделе, описывающим обычаи передачи власти, было много пометок. Если им верить, то в случае болезни короля, только род может решить вопрос о регентстве, но мнение других магов они обязаны учитывать. Просто прекрасно.
Ладно, от дел прошлых вернемся к настоящему. Посмотрим кого и как надо уговорить, чтобы не допустить еще одной междоусобицы.
Спустя три часа мои наивные мечты оказались разбиты вдребезги, а я всерьез задумался о самоубийстве. Нет, разобраться в этом оказалось можно, но всего оказалось слишком много. Сайрус что-то смог мне вбить в голову, поэтому сейчас в ней оказалось слишком много вариантов.
– Не беспокойся, я подготовлю все и назначу встречи, – сказал Владислав, зайдя в кабинет. В его глазах я заметил насмешку пополам с умилением. – Кстати, о встречах. У нас ранние гости. Пара твоих приятелей из госпиталя. Говорят, у них важные новости.
– Сейчас выйду к ним.
Я встретил друзей на крыльце и провел их в кабинет. Они оба выглядели смущенными и сильно нервничающими, я легко проник в разум обоих. Да, мерзко и неправильно, но мне так беседу вести проще. И проблем будет меньше. Хватит с меня сюрпризов.
Гости сели на диван, а мы с Владиславом устроились в креслах.
– Вижу, твоя семья очень незначительные промышленники, – пошутил Шванк. – Думаю, король живет беднее.
– Богаче, поверь мне, я был во дворце, – сказал я.
– Как прошла встреча? – спросил Фридрих, ударив локтем друга. – Все хорошо?
– Надо мной морально надругалась, растоптали, закинула на шею удавку и удивилась, что я недоволен, – честно ответил я. – Опыт не новый, но, скажем так, в прошлый раз все прошло не так жестко.
– Эм, это все из-за меня? – растерялся Шванк.
– Не совсем. Нас просто разыграли втемную, теперь на крючке мы трое, исполнитель и заказчик. И все мы должны плясать под дудку рыжей стервы.
– Дерьмо. И с этим ничего не поделать? – спросил Шванк, переглянувшись с Фридрихом.
– Мне нет. На меня повесили долги родственников, – хмыкнул я. – Фридриха могут тоже использовать, он сам знает каким образом. Конечно, он к этой истории не причастен, но можно приплести.
– Если Шванка возьмут, то нас обоих арестуют за покрывательство, – вздохнул барон. – Тем более, всегда можно организовать подобную подставу.
– Верно. Но взялись в основном за меня, на вас ей пока плевать. Но когда получите перстни, ждите приятной беседы с придворным целителем. Только не бойтесь плети и кандалов, они там обязательно. Она намекнула, что в ближайшем пожаре будут нужны все поленья.
Я не врал и не приукрашивал. Фридрих, если все сделает правильно, получит голос в совете через несколько лет. Естественно, его попытаются закабалить прямо сейчас. Уже попытались два раза.
Шванк талантливый целитель с неплохим опытом. Ценный кадр, особенно когда мы потеряли полторы тысячи магов.
 
– Учитывал ситуацию, я думаю остаться с вами, герр Кад… Кайлас, – спокойно сказал Фридрих, специально допустив оговорку. – Мне не улыбается перспектива попасть под каблук баронессы из жалкого ормандского рода.
Янус расхохотался, я сохранил невозмутимо лицо и кивнул. Да, род и его древность для барона важны, я видел это в его мыслях, но гораздо больше Фридриха интересовали деньги. И лучше он получит их напрямую от меня, чем через баронессу.
Я посмотрел на Шванка, он вздохнул:
– Буду честен. Дел я натворил, не по своей воле, но натворил. Нилеи, если узнают, грохнут меня просто из принципа. Да и за другие грешки меня можно прижать, не святой я.
– Конкретнее, – сухо сказал Владислав.
– Лечил на стороне без лицензии, подбирал плохо лежащие вещи мертвецов. Это из свежего. В приюте очень хотелось кушать, поэтому занимался всякой дрянью. Прижать могут за многое, – Шванк развел руками, в его глазах мелькнула грусть. – В лучшем случае заставят убирать чужое дерьмо. Могут и на опыты сдать, если не придушат в подворотне. Так что, если не прогоните, я бы остался здесь.
Шванк откинулся на спинку кресла, демонстративно огляделся, а потом сказал:
– По крайней мере, голодать в таких пенатах не придется. И бедствовать тоже, так ведь, минхер наследник миллионов?
Фридрих покраснел и что-то прошипел Шванку, но тот лишь ухмыльнулся.
– Оставайся, только потом не плачь, – махнул рукой я. – Как у вас все прошло, Фридрих?
– После того, как я доложил ситуацию мефрау Кайлас, я отправился в мастерские, в это время Шванка вызвали к главврачу. Там он дал объяснения в своем духе.
– После этого тебя не выгнали из госпиталя? – притворно удивился я.
Они оба смутились
– Хотели, но передумали. Увы, под удар попал ты, – сказав это, Шванк посмотрел на Фридриха, тот вытащил из внутреннего кармана письмо и отдал мне. Я быстро пробежал его глазами.
– Война окончена, поэтому мы больше не нуждаемся в вашей помощи. За расчетом зайдите через три дня, – покачал головой я. – Ладно, зайду, поболтаем. У меня есть пара мыслей.
– В смысле? – насторожился Шванк, в его голове мелькнули мысли о том, как устраиваю дуэль с руководителем госпиталя.
– Подкину денег. Возможно, что-то закуплю напрямую и передам. Я же прекрасно знаю, что все неприкосновенные запасы мы истратили, а вас ждет огромный поток раненых.
Фридрих одобрил это, а вот Шванк посмотрел на меня с недоверием.
– Итак, в чем выразилась удавка, о который ты говорил? – спросил он. 
– Там много условий. Но сейчас я должен приложить все силы, чтобы подковерная грызня двух принцев не вышла за определенные пределы.
– И ты можешь это сделать? – недоверчиво спросил Фридрих. В отличие от друга он представлял масштаб катастрофы, пусть и приблизительно.
– Конечно нет! Но я могу чуть-чуть снизить накал. Воспользуюсь связями дяди, постараюсь поговорить с отдельными сановниками, – сказал я и усмехнулся. – Буду строить красивые глазки и давить на жалость.
– И держать клинок у горла? – сложив руки на груди, спросил Шванк.
– Было-то один раз! – возмутился я. Видимо, и до них дошла история со Скуратовым.
Поперхнулись оба.
– В смысле?! – в один голос спросили они.
Владислав красноречиво посмотрел на меня, потом быстро сказал:
– Не берите в голову. Это был небольшой инцидент, пострадала только чья-то гордость.
– Все остались живы. И даже здоровы, – с нажимом добавил я.
– Если ты не забыл, то пострадал не только гордость. Крови было прилично.
– Нам стоит об этом знать? – насторожился Фридрих.
– Ничего серьезного. Не страшнее лича, с которым произошел несчастный случай, – буркнул я.
Шванк усмехнулся. Ну да, вторую смерть нельзя назвать счастливым случаем.
– Скажем так, после той истории Михаил Скуратов невзлюбил Маркуса, но при этом дал слово регенту, что не тронет его, – пояснил Владислав.