Два мира (СИ)

– Я бы так не сказала. Это разведка боем. Еще год назад о нем никто не знал. Сосланный в захолустье ветеран Катрона – таких сотни. Даламар неожиданно обрел силу алмазного, собрал остатки партии Камета и стремительно поднялся на самый верх. Ланкаст оценивает его, проверяет на прочность, корректирует свои планы в соответствии с результатами. В любом случае, сейчас никто не будет играть по-крупному, все пытаются доказать принцу свою верность и полезность.
– Земли будут раздавать не только за подвиги?
– Верно. Принц-регент обещал, что будет смотреть на воинскую доблесть, но определённые территории уже зарезервированы за старшими и верными Карлу родам. Все пытаются сейчас получить такую же милость.
С этой точки зрения, герцог Скуратов поступил очень глупо. Серьезно уменьшил свои шансы на поместье, публично опозорился. Но если это действительно план верховного, то Скуратов пошел ва-банк и сорвал куш. Теперь он в любом случае получит земли и поток эфира.
– Как вы живете в этом гадюшнике? – наморщив лоб, спросил я. – Я уже хочу перебить половину глав родов.
– Ты очень добр. Я хочу перебить всех, – кровожадно улыбнулась Ольга, но потом рассмеялась, показывая, что это всего лишь шутка. Наверное. – Другой жизни мы не знаем. Не беспокойся, Маркус, ты скоро к этому привыкнешь.
– Карл получил настоящую армию, благородные с радостью будут умирать за его интересы, серьезно ослабнут… Но он отдал им Иллирию. Даже я понимаю, что это неверный стратегический ход.
– Он купил партии землями и эфиром. Предложил самую высокую ставку на аукционе за власть, когда брат уже праздновал победу.
– Вдобавок ко всему, верховный маг убрал топор от своей шеи. Теперь он может объяснить свои действия на Иллирии подготовкой к войне.
– Верно. Теперь он самый верный пес регента. Настолько верный, что позволил убрать своего генерал Гуглеба с поста главы тайной службы, теперь ее возглавляет генерал Пуатье, тесть принца.
– Если у него в руках вся власть, зачем тогда назначать Витольда губернатором на Иллирию?
– Загнанные в угол крысы опасны. Карл выслал брата из метрополии, но дал ему серьезный кусок пирога, чтобы он прекратил играть против него. Возможно, это сработает, возможно, нет.
– После усмирения Иллирии начнется новый передел власти. Даже я понимаю, что в новых условиях партии распадутся.
– Карл перетасует их по своему разумению. Скорее всего, алмазная палата тоже сильно изменится. Когда он достаточно укрепит свою власть, Вильгельм отречется от престола, принц взойдет на трон.
На несколько минут в беседке воцарилась тишина. Каждый думал о своем. Если убрать все ругательства, то я пытался понять зачем Карлу нужна моя переменная в этом уравнении. 
– Думаю, вскоре меня ждет серьезный разговор с Даламаром.
– Верно. Поэтому я поспешила тебя предупредить. Он попытается использовать твои знания и деньги, чтобы укрепить свою власть. И это открывает большие возможности, если вспомнить твои планы. Ты всегда можешь рассчитывать на меня.
Я не стал ничего говорить по поводу моего «родства» с Кадаверами, вместо этого спросил:
– А что с твоими планами, графиня? Планируешь получить поместье на Иллирии?
– Ни в коем случае. Я не смогу его контролировать, стану лакомым кусочком для всех. Просто буду сражаться с нежитью и не думать о наградах. Надеюсь, эту экспедицию я переживу.
На несколько секунд повисла неприятная пауза.
– Знаю, это слабое оправдание, но все свои злодеяния я творила ради семьи, – горько улыбнулась Ольга. – Да-да, дядю и кузенов я убила ради блага нашего рода.
Вот такой парадокс аристократической семейной любви. Что до блага рода… Теперь Бельские лягут не под Скуратовых, но под Риотаб, просто в более комфортной позе.
Да, Ольга – даже со своим диагнозом! – гораздо лучшая глава, чем Антон, но они оба представители вымирающего рода, который вынужден выживать в серпентарии благородных потомков бесчеловечных экспериментов. И шансов у них маловато.
Ольга, задумчиво посмотрела на меня, выдержала паузу.
 
– Если я погибну, могу рассчитывать, что ты поддержишь Бельских? – эти слова она поговорила медленно, каждое слово давалось с трудом, но потом зачастила: – Даже без меня они смогут вернуться в третий разряд через пару лет. Несколько магов и голос в совете – солидное вложение.
– Я сделаю все, что в моих силах, – смотря в глаза Ольги, честно сказал я. – Надеюсь, на ответную милость.
– Благодарю, владыка. Я присмотрю за твоей тетей и невестой. За остальных не просите.
– Даже не думал. Я беспокоюсь только за них. Думаю, вчера я доказал это всем.
– Твоей невесте повезло, – со странной интонацией произнесла Ольга, но быстро сменила тему: – Я начала разбирать воспоминания Антона. Нашла один из его тайников.
Сказав это, она вытащила из сумочки артефакт и передела мне. Я аккуратно взял его двумя руками. Каменный цилиндр толщиной в палец и длиной в половину локтя.
– Накопитель эфира. Но очень мощный. Здесь…
– Пять тысяч единиц. Такая штучка должна быть в десять раз больше. Но это не главное. Попробуй взять силу.
Я аккуратно сделал это.
– Он странный. Вильгельмина?
– Нет, он не из источника этой планеты. Я достала накопители с эфиром всех миров. Они совершенно другие.
Если обычный эфир похож на воду, просто с разными привкусами, то эта магическая энергия напоминала спирт.
– Откуда он?
– Антон получил его в уплату за одно грязное дельце. Маркиз Сушан передал ему информацию о тайнике, где хранилось несколько таких артефактов. Сушан и его сыновья не пережили встречу с твоим дядей. Род вышвырнули в четверки. Увы, выяснить у них я ничего не смогла.
– Раз Сушан прибегал к услугам твоего дяди, он находился в отчаянии. Даже если они что-то знают, не будет об этом распространяться.
– Да, поэтому я решила поделиться с тобой. Ты же иллириец. 
– Да, у каждого жители моего мира есть знакомый артефактор, – вспомнил я старую шутку. – Вообще-то это обидный стереотип.
– Да, поэтому у тебя два специалиста по этому вопросу. Возможно, они что-то поймут. Сейчас у меня нет ни времени, ни сил заниматься этим вплотную, а тема интересная.
Я кивнул, убрал накопитель в карман, потом вытащил из него клочок бумаги с особой фразой.
– Что это? – спросила Ольга, беря записку двумя руками.
– Удавка. Я оставил в голове Ивана Скуратова бомбу. Даже если обнаружит, вытащить не сможет. Думаю, тебе это может пригодиться.
Ольга не была обязана делиться со мной артефактом и этой историей. Это внутреннее дело ее семьи. Она бы легко нашла специалиста. Поэтому я решил «проявить» взаимность. Пусть у Скуратова болит голова не только из-за меня.
Бельская быстро запомнила фразу, потом сожгла бумагу.
– Благодарю, владыка, – серьезно сказала она, а потом непосредственно спросила: – У меня в голове тоже есть что-то подобное?
– Нет, мне достаточно клятвы крови.
– Ты мог поставить её, когда мы впервые встретились.
– После такой драки? Я был не в себе. В адекватном состоянии я бы не стал договариваться с Риотаб, держа тебя в заложниках.
– Просто девичье любопытство… Это твой стандартный метод, как с заложниками, или исключительный случай?
– Заложники тоже исключительный случай, – недовольно ответил я, Ольга насмешливо улыбнулась. – Октавий учил меня, что магия крови гораздо надежнее ментальной. Я вынужден с ним согласиться.
После «случайного» упоминания Кадавера в беседке стало тихо, как в могиле.
– Ты не планируешь участвовать в подавлении восстания? – наконец спросила Ольга.
– Скажем так, у меня сложные отношения с Кадаверами. Я не хочу победы этого некроманта, – уклончиво ответил я.
– Останешься в стороне? Это твоя воля или вынужденное решение?
Очевидно, Ольга намекала на клятву крови.
– Моя воля. Думаю, я один из немногих, кто понимает истинную мощь мертвого легиона и некромантии. Я слишком слаб, чтобы участвовать в этой резне.