Кречет. Кровь есть кровь

Что же до золотой клетки, то Настя ведь тут как-то появилась, и братья служат, один уже прибыл на театр боевых действий, второй вскоре появится, командуя линкором. Так что ограничивать его особо не станут. Нет, ну реально хорошая партия. Хм. Это если князь в принципе согласится брать себе зятя ниже по социальному статусу. С другой стороны, достаточно переключить сестрицу, а уж она-то дожмёт. Гадом буду. Это же не девушка, а каток. Да я уже давно не трепыхался бы, если только не был бы ей братом.
Осуществлять задуманное я взялся буквально сразу, усевшись за стол напротив Насти. Та восприняла это нормально, ведь сидим мы глаза в глаза. Зато рядом с ней оказался Николай, с которым она вошла сюда под ручку. Ну и в процессе застолья он ухаживал за ней.
– Так всё же, каким космическим ветром вы тут оказались? – спросил я.
– Служба, – улыбнулась она в ответ. – У меня высокая сопротивляемость к длительным перегрузкам, по сути, наша наследственная особенность, доставшаяся нам от папы. Так что я служу пилотом-фельдъегерем курьерского корабля и доставила для командира отряда срочные депеши.
– И князь отпустил тебя? Это ведь рискованно, – не сдержался Малой, с лёгкостью обращаясь к ней на «ты».
– Отнюдь. Риск не так уж и велик. Курьерский корабль отличает высокая скорость и манёвренность. Стало быть, иди ещё догони меня. Депеши всё время находятся в утилизаторе, и в случае опасности уничтожить их не составит труда, как и отформатировать искин. А далее я имею полное право сдаться, и насчёт достойного содержания в плену мне сомневаться не приходится. Вот и выходит, что риск не более, чем при обычной прогулке в системе Альсафари, и моя служба не идёт ни в какое сравнение с вашей.
– А если у тебя попытаются выведать секретные сведения? – не удержался от вопроса Николай.
– А смысл что-либо у меня выведывать? Фельдъегерь получает запечатанный пакет и понятия не имеет о его содержании. Ему известен только адресат. Перед стартом почта помещается в утилизатор, который в случае необходимости может активировать либо фельдъегерь, либо искин, который действует строго по инструкции. Так что терзать меня бесполезно, я всё равно ничего не знаю.
Под разговоры мы приговорили ещё по несколько кружек, после чего я легонько прихлопнул ладонью по столешнице и постановил:
– Прошу прощения, Анастасия Семёновна.
– Для твоих друзей я уже Настя, и только ты страдаешь ерундой. Может, уже хватит? Выглядит по-детски.
– Как-нибудь в другой раз. Вынужден вас покинуть, у меня ещё есть дела.
Простившись, я вышел из бара, и тут же рядом нарисовался Андрей. Глянув на меня, он хитро улыбнулся и поинтересовался:
– И какие это у тебя нарисовались дела?
– Да вон в бордель схожу, – кивнув в сторону заведения на противоположной стороне, ответил я.
– В центр психологической разгрузки, – поправил меня Малахов.
– Да без разницы. Суть-то одна, – делая первый шаг, отмахнулся я.
– И тебе наплевать на то, что она тебя видит через окно? – присоединяясь ко мне, спросил он.
– Буду только рад, если она на меня разозлится.
– А о парнях ты подумал? Им это ничем не аукнется?
– Не переживай. Я уже и от её отца, и от братца наслушался, чтобы не смотрел в её сторону. Так что только благодарны будут. Хотя хочешь верь, хочешь нет, а я и так никогда на неё не зарился.
– Это-то я знаю. Парни со «Страшного» порассказали. Но как по мне, то ты не прав. Девочка-то хорошая, правильная. Княжна, но без закидонов. А ты… Уж извини, но мне показалось, что ты решил свести её с Малым.
– Хорошая пара получится. Он гений.
– Не думаю.
– Тогда сам попробуй. Ты и вовсе будущая звезда политики. И я сейчас не ёрничаю, уверен, что не так скоро, но ты всё же станешь фигурой имперского масштаба. В крайнем случае в числе первых в нашей системе.
– Твои слова да богу в уши. Но ни Малой, ни я её не интересуем. А вот тебя она с одной стороны взглядом пожирает, с другой прибить готова. Так что не отвертишься.
– Без шансов, – на секунду задержавшись перед дверьми заведения, возразил я, а когда те разошлись, вошёл в обитель порока…
  
Несмотря на длительное воздержание, желания не возникло. Нет, с физиологией полный порядок, и эротичное одеяние жрицы любви подействовало должным образом. Но вот именно желания-то и не было.
Хозяйка комнаты отлично поняла моё настроение, и вскоре перед нами оказался крепкий кофе, а беседа полилась сама собой. Причём направление ей задавала девушка, вынуждая меня отвечать ей, всё больше отвлекаясь от охватившей меня раздражительности.
Из заведения я вышел. А нормально так. Бодренький и настроение хорошее, и раздражительность куда-то подевалась. И вообще мне было хорошо. Андрей решил задержаться ещё на часок, а мне и этого вполне хватило.
– Клим!
М-да. А ведь мне и впрямь хорошо было. Я обернулся и увидел, что на увитой плющом площадке кафе сидела Настя с чайником и корзинкой выпечки. Сестрица улыбалась во все тридцать два зуба и призывно помахала мне. Я обречённо направился к ней. Ну вот не просто оно всё. С одной стороны, я хочу общаться с сестрой, с другой – не могу дать ей то, чего она хочет. А если рассказать? Нет. Тогда может узнать и отец.
– Здесь отличный чай с настоящими горными травами с Перуна. И выпечка закачаешься. Сергей, которому поручили создание базы, специально не стал организовывать свои заведения, а помог открыть предпринимателям. Конкуренции, конечно, нет, но народу тут немного, все, считай, соседи, и за плохое качество будет неудобно. Тем более, что на базе радостей не так уж и много, – наливая мне чашку, рассказывала она.
– Анастасия Семёновна, я не идиот и прекрасно понимаю, что нравлюсь вам. Но неужели вы не видите, что я не испытываю к вам взаимности, – не сдержавшись, произнёс я в лоб.
– Я как раз чувствую обратное, Клим, – на секунду замерев, ответила она. – Правда, не могу понять, что именно ты чувствуешь. То, что я тебе не безразлична, это точно. Но и того, что ты видишь во мне женщину, я пока тоже не замечаю. Пока, Клим. Я не буду тебе откровенно навязываться, но и сдаваться не намерена.
– А ничего, что я вышел из борделя?
– Из центра психологической разгрузки, – поправила она.
– Какая разница, если суть одна. И что, вы ни капли не ревнуете?
– К кому? К психотерапевту? Ты что же, станешь ревновать меня к гинекологу?
– Начнём с того, что я в принципе не собираюсь вас ревновать. Не вижу для этого ни единой причины.
– Ну, это только пока. Попробуй вот эти пирожки с клюквой. С настоящей. Обалденно вкусно!
 
Глава 5
 
Бегство
 
Сергей, который мой старший брат, смотрел на меня… Да как-то странно смотрел. Оно вроде и с пониманием, и в то же время с осуждением. Это когда же я ему насолить-то успел? Вроде ничего такого не учудил. И сестрицу я избегаю как чёрт ладана. И вообще, чего меня было вызывать? Вроде бы всё уже условлено, через три дня нас доставляют до камушка, на котором и подобрали, после чего мы уходим на свободную охоту. Заняться ему нечем? Так хозяйство здесь большое, вопросов уйма, только и успевай разгребать.
– Клим Витальевич, а нельзя было как-нибудь иначе? – наконец произнёс он явно недовольным тоном.
– Что иначе? – искренне не понял я.
– Отшивать мою сестру как-то по-другому, а не по борделям шляться у неё на глазах.
– Это не бордель, а центр психологической разгрузки, – вернул я ему слова нашей сестрицы.
– Да уж лучше бы в бордель. – И снова стрельнул в меня злым взглядом.
– В смысле? – не понял я.
– Ревность обуяла Настю, и она всю ночь проревела.
– С чего бы ей ревновать меня к психотерапевту?
– Вот именно что к психотерапевту. Ты даже здесь не сумел ничего нормально сделать, – махнув на меня рукой, разочарованно произнёс он.
– Да что опять не так-то?!
– А то, что утром она пошла в центр и вытребовала у безопасника запись…