Потомок бога (СИ)

— Скоро уже закончится перерыв, — в какой-то миг бросил я взгляд на свои наручные золотые часы. — Мне нужно идти, да и вам тоже.
— Тебе. Мы же на ты.
— Да, тебе. Но мы можем встретиться вечером. Здесь есть чудесный парк, — сказал я, решив, что нашёл ту, с кем можно весело проводить время.
Всё-таки плотские утехи не чужды даже богам. Что уж говорить обо мне после стольких лет заключения?
— Замечательная идея, — улыбнулась Анна.
Да, второкурсницу звали именно так, и происходила она из мелкого провинциального рода Петровых.
Мы с ней договорились о встрече, после чего я вошёл в аудиторию и застал там прелюбопытную картину.
Новый парень Лады настойчиво шипел, глядя на конопатого кадета с постным лицом:
— … Да этот Громов никакой не боец, он просто злобный… злобный… — Блондин замешкался, подбирая слово.
— … Злобный гад? — с усмешкой предложил я свой вариант, чем обратил на себя внимание всей аудитории.
Мигом воцарилась полная тишина. Даже слышно было, как медленно стареет Чернов, сидящий на стуле около окна.
Толстой и Румянцев отвлеклись от разговора с улыбающейся пышечкой-хохотушкой и уставились на блондина.
А тот выпрямился во весь рост, развернул широкие плечи и с вызовом бросил мне:
— Вы используете свою силу, чтобы запугать других. Но я вас не боюсь!
— Ну и зря, — ухмыльнулся я, слегка запрокинув голову. Этот упырь оказался выше меня, а стояли мы на расстоянии полутора метров.
— А кто вы такой без своей магии, а? — насмешливо выдохнул блондин, презрительно наморщив нос.
— Красавец, стрелок, фехтовальщик, наездник, лидер, юморист, душа компании…
— … Да если бы вы хоть наполовину были таким, то я бы не смог увести у вас Ладу! — победно сверкнул глазами кадет и гордо подбоченился.
— Вы в силу своего слабого ума кое-что путаете. Вы не увели её, а я отдал, посчитав, что мне нужна девушка получше. Улавливаете разницу? Или вам нужно позвонить Ладе и спросить её мнение на этот счёт? Так звоните. Или вы уже замучили её звонками? Вы же явный подкаблучник, который ничего не может сделать без разрешения девушки. Вы вьётесь вокруг Лады с жалобным взглядом побитой собаки. Как вы уговорили её встречаться с вами? Надавили на жалость? Сказали, что вы из рода бездомных котят?
Блондин вспыхнул до корней волос.
Доброслав же гулко захохотал. Толстой вторил ему. А спустя миг к ним присоединились ещё кое-какие кадеты из числа «мяса».
— Вы… вы… — процедил блондин, скрежеща зубами.
Ярость душила его, аж вены на шее вздулись, а из горла донеслось клокотание.
— Молодые люди, у вас есть ещё пятнадцать секунд, чтобы повеселить всех заключением дуэли, — желчно проскрежетал Чернов, с кряхтением встав со стула. — Постарайтесь уложиться в отведённое время, а затем я начну лекцию.
— Не будет никакой дуэли. Я не дерусь с такими… кха… слабыми бойцами, как этот. Его же куры могут заклевать. Нет, мне не нужна такая позорная дуэль, — презрительно процедил я и взглянул на красную физиономию блондина. — Но если ты всё-таки вызовешь меня, тогда мне придётся защитить свою драгоценную, незапятнанную честь.
Признаться, я на пару мгновений даже зауважал паренька, всё-таки сумевшего подавить свои эмоции. Он лишь фыркнул напоследок и отвернулся. Тут же по аудитории разлетелись разочарованные вздохи.
— Ничего-ничего, не расстраивайтесь, кадеты. Ещё будут дуэли. Молодых идиотов в нашей академии хватает, — усмехнулся Чернов и хлопнул в ладоши. — А теперь вернулись на свои места. Начинаем лекцию.
Я с независимым видом уселся на своё место и услышал удивлённый шёпот Румянцева, плюхнувшегося рядом со мной:
— А я думал, что в вашем сердце нет места жалости. Оказывается, я ошибался. Вы пожалели паренька, хотя имели полное право вызвать его на дуэль. Ваша репутация жестокого бойца дала трещину. Однако вы набрали несколько очков в глазах девушек. Они любят благородные поступки.
— Это вам сказала ваша новая подруга? — иронично кивнул я на хохотушку.
Здоровяк хотел что-то ответить, но напоролся на недовольный взгляд Чернова и промолчал.
  
Преподаватель же спустя пару секунд снова принялся рассказывать нам о монстрах, поглядывая на быстро успокаивающихся кадетов.
И надо сказать, что вторая лекция пронеслась так же незаметно, как и первая. Она была не менее интересная. А по окончании оной наша группа «мясных» новичков отправилась в общежитие. Там мы переоделись, сменив кители на спортивные шмотки, поскольку дальше нас ждали две тренировки.
На первой я показал, что стреляю из пневматической винтовки как богиня охоты Артемида из лука. А на второй мою разящую саблю смог бы остановить разве что местный бог-кузнец Сварог. Ну, это я, конечно, преувеличиваю. Любой бог в девяти случаях из десяти выбьет из меня всю дурь.
— А ты хорош, Громов, — похвалил меня кудрявый тренер по владению холодным оружием. — Надо будет тебя ставить со старшекурсниками, а то новичков ты громишь. Шилов говорил, что ты и в магии далеко всех опережаешь. Так держать, парень. Тебя уже сейчас можно выпускать за Стену. А если поднапряжёшься и хорошо овладеешь теоретическими дисциплинами, то закончишь академию за пару лет и выйдешь отсюда с офицерским званием.
— А так можно? — удивился я, смахнув пот, заливающий глаза.
Моё новое тело ещё не добралось до идеальных кондиций. Всего после пяти боёв мышцы одеревенели, а сердце лихорадочно билось в груди.
— Пусть меня поразит молнией Перун, если так нельзя, — весело усмехнулся тренер и похлопал меня по плечу. — Ладно, иди отдохни.
Я двинулся к единственной трибуне по нагревшемуся песку арены. И попутно в моей голове родилась прелюбопытная мысль, навеянная природной подозрительностью.
Может, Громов гораздо хитрее, чем я думал? Что если он всё предусмотрел ещё там, на лесной поляне, где призвал меня? Я ведь получил тело Александра ровно на два года, а оказывается, академию можно закончить как раз за это время. Совпадение?
Впрочем, мне без разницы, как на самом деле обстоит дело. Главное, что я получил своё и теперь наслаждаюсь жизнью.
А вскоре насладился и плотным обедом. Он, как и завтрак, прошёл в напряжённой атмосфере, но гром опять не грянул. Все поели и опять разошлись.
Лично я отправился к барону Орлову, обитавшему на первом этаже общежития. Перед его кабинетом не восседала секретарша, так что я просто постучал костяшками пальцев по дверному полотну.
— Войдите! — отрывисто рыкнул Орлов.
Я открыл дверь и вошёл.
Кабинет оказался похож на прокуренное логово частного сыщика из какого-нибудь фильма. Шкафы с папками соседствовали с картотекой, обосновавшейся около потрёпанной низенькой софы. А под потолком медленно крутилась крыльчатка вентилятора.
— Новичок? — строго глянул на меня хозяин кабинета, восседая за рабочим столом. — Представься, раз зашёл. И впредь так делай.
— Александр Громов, господин барон.
— А-а-а, уже наслышан. И чего ты явился? — спросил Орлов, указав рукой на стул.
Я уселся на него, оценил суровый вид барона и серьёзно проговорил, добавив в голос командные нотки:
— Я человек прямой. Дед воспитывал меня именно в таких традициях, военных. Так что я сразу перейду к делу, если вы позволите.
— Вот это правильно. Нечего рассусоливать, — одобрительно кивнул дворянин.
— Я хочу улучшить условия проживания в общежитии. Думал с этим вопросом обратиться к ректору. Он как раз сегодня вызывал меня. Но решил, что нехорошо через вашу голову обговаривать подобные вопросы. Да и, если честно, ректор вызвал у меня противоречивые чувства. Какой-то он… сами понимаете.
Барон опять хотел одобрительно кивнуть. Дескать, да, ректор ещё тот жук. Но он всё же успел остановить движение головы и твёрдо проговорил:
— В бюджете академии нет денег на улучшение условий. А даже если бы они были, я не сторонник таких перемен. Кадеты быстро размякнут, станут изнеженными, а Пустошь им такого не простит. Там порой приходится по несколько дней обходиться без воды, а спать на голой земле. Еда же из разряда — что поймал, то и съел.