ВыЖить (СИ)
— Ты ранен? — я быстро подняла его футболку, чтобы оценить масштаб проблемы.
— Я, конечно, мечтал, чтобы ты меня раздела, Ладушка, но давай попозже, а? — хмыкнул раненый, перехватив мою руку. При этом лицо его оставалось серьезным. — Пара царапин, пустяки.
Я хотела возразить и позволить мне продолжить осмотр, но кабина лифта остановилась, дверь открылась, и… ничего не произошло, все было тихо. Мы шагнули в маленькую стеклянную комнату, в которой стеклянной была даже крыша. Никого.
До меня долетел дурманящий запах озона. Еще только выходя из лифта, я услышала шелест дождя.
Под шум барабанившего по крыше дождя я чуть не свернула себе шею, стараясь разглядеть через мутное от дождя стекло светящуюся огнями площадку…
* * *ИНТЕРЛЮДИЯ номер 3.
Ну, вот и всё, он сделал свой выбор. Обратная дорога домой показалась ему в разы тяжелее, груз вины перед Арсаноэ сдавливал его могучие плечи, которые ссутулились, и теперь его походка напоминала приземистую поступь его далеких предков.
Тролль шел и размышлял над тем, как тьма удивила его, явив ему прекрасный мир, надёжно скрытый от чужих глаз. Стоя на том холме и глядя в черные тучи он, как будто наяву видел тех, кто жил в том мирке. Видел и… ненавидел этих хрупких и изнеженных людишек. Там была чистая, светлая магия, густая, как мёд, и мощная, как мириады солнц! Она почти ослепляла своим жемчужным светом и манила его. Ладьор! Такое название носил мир, сердцем которого был вожделенный кристалл, дарящий ладьорцам ту самую магию, которая скоро будет принадлежать ЕМУ! Маленькие глазки тролля, спрятанные в тени выступающего лба затуманились, а густая слюна свесилась с нижнего клыка, капая на его мощную грудь. Тихо рыча, боевой шаман прибавил шаг. Теперь он знал, ради чего он предал свой клан и ту, которая носила под сердцем их первенца.
Он лишь попросил отсрочки у Великой Тьмы для подготовки к атаке. Бодро шагая, он разрабатывал план, как напасть на Ладьор и отнять у магов их кристалл. Скоро, совсем скоро у камня будет новый хозяин!
Глава 6
Свобода
11 сентября 2027 г. Спустя некоторое время.
Мы вышли из стеклянного укрытия и попали под крупные капли ночного дождя. Усталость моя испарилась, я стояла и дышала полной грудью, совсем не ощущая, что промокла до нитки. Вадик тряс меня за руку и что-то мне говорил, а я глупо улыбалась, глядя по сторонам.
— Ладуня, это вертолетная площадка. Мы на крыше высотки, — донеслись до меня слова Вадика. Внизу горели мелкие точки огоньков, освещавших ночной город. Маленькие квадратики окон домов мигали то тут, то там. Обычная жизнь обычных людей, которые, возможно, и не подозревают о том, что под их мегаполисом есть подземный город.
В итоге, спустя пять минут изучения вертодрома, мы поняли, что покинуть площадку можно только на вертолёте или лифте. Лифт не вариант — внизу нас ждали. А вертолёты захватывают только в фильмах-боевиках или фильмах-катастрофах, где пилотов берут на мушку или вовсе убивают. Конечно, это не наш случай, но что делать, пока не понятно. Да и пилотов тут никаких не было.
На стоянке вертодрома находились два абсолютно пустых военных вертолета, возможно, поломанных.
— А ты умеешь летать на вертолёте? — я с надеждой посмотрела на Вадика. Он весь промок, с вьющихся волос стекали струйки дождя, но даже сейчас он оставался таким красивым, что у меня перехватывало дыхание.
— В онлайн-игре я мастерски летал, у меня был свой собственный боевой летающий «танк», я там такие виражи вытворял! — с азартом ответил Вадим. — Пойдём, посмотрим, что там внутри?
И мы направились к вертолетам. Не успев дойти метров пяти до изучаемых объектов, я обернулась на яркую вспышку, которая явила нам настоящий портал, из которого, как муравьи, посыпались тролли. Портал, Карл! А что, так можно было?! Я думала, что видела всё в этой жизни. Но нет. Вадим тянул меня за руку так сильно, что я практически ехала пятками по прорезиненному покрытию площадки. Тролли подходить к нам не торопились, они по-боевому рассредоточились по всему периметру вертодрома, не оставляя нам пути к отступлению.
* * *Дёрнув ручку вертолетной двери, которая к большому облегчению открылась, мы запрыгнули в кабину, и Вадим занял место пилота. Нормально сидеть ему мешал рюкзак: парень грудью упирался в штурвал, но, казалось, не замечал этого. Он включил аккумуляторы и запустил двигатель. Насосы топливных баков и подсветка приборов активизировались самостоятельно, оставалось только активировать режим «автопилот» и потянуть рычаг на себя.
Но ничего не произошло, мы стояли на месте. Лопасти винта отбивали чечетку, но мы не взлетали. У меня закружилась голова, когда я выглянула в окно. Силуэты монстров становились как будто меньше и качались из стороны в сторону.
— Пристегнись, — прокричал Вадим, и вертолёт подался вперёд. Оказывается, миг назад мы висели в воздухе, а я этого даже и не поняла. «Да, Лада, это называется «позднее зажигание», — мысленно сказала я себе. Но размышлять о моей заторможенной реакции было некогда: мы летели над ночным городом. Ну как летели — резко перемещались квадратно-гнездовым способом, и со стороны могло показаться, что вертолёт бьется в конвульсиях. И все же это лучше, чем быть растерзанными троллями.
— Здесь должна быть рация, включи её! — прокричал Вадик мне почти в ухо. Мягкая подсветка освещала приборную панель вертолёта, но этого света было недостаточно для Вадика. Зная, что я отлично вижу в темноте, он не сомневался в том, что рация будет обнаружена. После обзора кабины я увидела рацию, висящую справа от моего пилота, практически рядом с его дверью. Указав пальцем на нее, я характерным жестом руки попросила передать ее мне. Вадим понял, и через секунду рация была у меня. Я нажимала все кнопки без разбору, пытаясь оживить аппарат.
— «Выбытие», как есть! — громко усмехнулся Вадим.
Дождь хлестал по лобовому стеклу и стеклянной крыше вертолета. Интересная модель “вертушки”, в Дажольске я летала на других, пассажирских. Я посмотрела вверх на крутящиеся лопасти, на которых горели прожекторы. От цикличного хода этих огромных крыльев вырисовывался большой светящийся круг. А вокруг была темнота. Лишь по удаляющимся внизу огонькам было понятно, что мы покидаем пределы города.
— Куда летим? — я повернула к нему голову.
— Нам нужно пробираться к твоим, я Василичу обещал, что…
Договорить не успели — за нами началась погоня. Мы увидели огненные росчерки выстрелов, летящих мимо. Второй вертолет стремительно нас нагонял. Нам активировали ошейники. Я почувствовала, как мой «браслет» завибрировал и начал сжиматься, сдавливая мою шею. Выронив рацию, я схватилась за него обеими руками, пытаясь оттянуть его, чтобы сделать вдох. Краем глаза я увидела Вадика с красным от удушья лицом. Он протягивает руку к приборной панели и, сжав её в кулак, яростно бьет несколько раз по кнопке, находящейся под защитным кожухом. Отчего вертолет сбрасывает свои лопасти и откидывается стеклянная крыша! Больше нет светящегося круга над головой. Темно, дождь льёт в кабину. Рука Вадима находит в боковине моего кресла рычаг и резко дергает его на себя. Меня вместе с креслом выбрасывает вверх из кабины, и я, зависнув на миг в пустом пространстве, начинаю падать вниз.
* * *От скорости падения в ушах засвистел ветер, а стук сердца ощущался где-то в горле. Но спустя секунд пятнадцать, я снова зависла в воздухе: у находящегося подо мною кресла раскрылся парашют! Переведя дыхание, я крепко вцепилась в кресло. Дыхание! Я дышу, давления ошейника больше нет, как так? Плавно опускаясь вниз, я пыталась рассмотреть местность. Вокруг одни кроны деревьев, и прямо на них падала я. Меня цепляло за ветки, слышался треск сучьев, от сильного удара о препятствие меня развернуло головой вниз, но надёжное крепление кресла не дало мне выпасть из него. Так я и зависла, вниз головой, зацепившись парашютом за деревья. Пытаясь прийти в себя, я осмотрелась: до земли осталась пара метров, не убилась чудом. Планшет от дяди Богдана, который лежал во внутреннем кармане моей куртки, упал на землю. Висеть в таком положении было крайне неудобно. Подступала тошнота, и я решила всё-таки добраться до земли. Схватившись посильнее за подлокотник кресла одной рукой, чтобы не упасть, второй рукой я нащупала ремень безопасности и попыталась отстегнуть его. Кое-как ремень отстегнулся, а моя рука, уцепившая мокрый подлокотник, соскользнула с него, и я рухнула вниз.