Нейтралы (СИ)

Вернулся мрачный Артур.
- Нас декан заловил. Напомнил, что умышленное вселение духа в смертную оболочку карается пятью годами в Азкабане. Какого хрена! Корнер уже согласился!
- Не переживай. Спросишь в клане, кто-нибудь наверняка с подобной ситуацией сталкивался.
- Не факт. Заклинание высшее, модифицированное под конкретную задачу, может сильно отличаться от аналогов, - он вздохнул и оглядел полупустой зал. Луна уже куда-то незаметно исчезла. – Пойдём, что ли?
- Пойдём.
  
Четвертый курс Вторая часть
 
По субботам и воскресеньям расписание многим позволяет поваляться в кровати подольше, однако в этот раз многие спустились в зал раньше обычного. Виной тому был Кубок, стоявший на той же табуретке, на которой лежала Шляпа при распределении. Хотя, возможно, табуретка другая, никто не присматривался.
На расстоянии в метра три от неё тускло сияла тонкая золотая линия.
Некоторые из наших сидели за столом с тетрадками, куда заносили имена пожелавших рискнуть и время. Падма показала мне свою – первым шёл Кассиус Уоррингтон со Слизерина. Я припомнил его сонный взгляд, полноватую фигуру и пришел к выводу, что ему не светит.
- Кто-нибудь из наших участвует?
- Долиш и Дэвис. С Долиш всё понятно – она в аврорат пойдёт, у них это семейное, ей нужно. А Дэвис, похоже, на ту полувейлу глаз положил и теперь выставляется.
- Без шансов.
- Точно.
Несколько студентов додумались сварить старящее зелье и выпить его, надеясь таким образом обмануть черту. Из наших данный способ использовала Сандра Фосетт, девушка с чрезвычайно активной жизненной позицией – возможно, её подвергнут остракизму за недостаточную продуманность эксперимента. Или не подвергнут. Красивым девушкам многое прощается.
На близнецах старящее сработало нестандартно, о чём я попросил Падме сделать пометку в журнальчике. Всех, его выпивших, черта выкидывала сразу, попутно обеспечивая бородой. Однако, когда Фред Уизли пересек черту, а Джордж остался снаружи, реакции не последовало. Только после того, как Джордж тоже попытался опустить своё имя в Кубок, заклинание поступило с ними так же, как и с предшественниками. Черта посчитала их одним человеком?
В полном составе, заявившись, как и вчера, в парадной форме, побросал бумажки с именами Дурмстранг. Школа с очень неоднозначной репутацией, вернее, не школа – институт. Огромная структура, включающая в себя учебное заведение, аналог наших Гильдий, полк стражников и много чего ещё. Каркаров отвечает за подготовку кадетского корпуса, именно своих питомцев он и привез на состязание. Среди них всего одна девушка. Дурмстранг почему-то считается восточно-славянской школой, хотя по факту туда поступают и немцы, и скандинавы.
Постепенно зал наполнялся завтракающими учениками. Кто по одиночке, кто с группой поддержки подходили и кидали бумажки с именами в Кубок, большинство просто садились за столы и принимались завтракать. С улицы цепочкой впорхнули шармбатонцы, шедшая последней мадам Максим тщательно проследила, чтобы у них не возникло проблем с подачей заявок и только потом разрешила им идти завтракать. Похоже, дисциплина у них на высоте. Впрочем, по сравнению с хогвартским развеселым раздолбайством, поощряемым Дамблдором, она везде на высоте.
Занятия отменили, поэтому до самого вечера мы занимались всякой фигней.
Лично я пытался выполнить упражнения по окклюменции, показанные Артуром. У него в клане этой дисциплине уделяют намного больше внимания, чем у Стивенсов, поэтому разбирается он в ней лучше. Мы с ним курса со второго друг друга учим различным мелочам, больше никому не демонстрируемым. Почему мелочи? Да кто ж нам серьёзные-то вещи покажет! По-настоящему ценными знаниями и методиками даже в кланах владеют единицы, только самая верхушка. То, чему учат детей, отправляемых в Хогвартс, проходит по статье «разменный фонд».
Думаю, не совру, сказав, что к шести часам напряжение достигло своего апогея. В Большом зале собрались все обитатели замка, приперлась даже парочка забинтованных гриффов, загремевших в Больничное крыло. Филч стоял, нервно наглаживая кошку, от его мрачного взгляда у детей кусок в горло не лез. Вообще почти ни у кого аппетита не было. Приготовленные эльфами яства остались нетронутыми, взгляды школоты приковал готовый вот-вот разродиться выбором Кубок. Спокойствие демонстрировали немногие – директора, Крауч, кое-кто из персонала школы.
 
Наконец, Дамблдор поднялся со своего места и заговорил:
- Кубок Огня вот-вот примет решение. Думаю, ему требуется ещё минута, - голос великого мага без всякого Соноруса разносился по залу. – Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. Там они получат инструкции к первому туру состязаний.
По взмаху его волшебной палочки почти все свечи в зале погасли, зал погрузился в полутьму. Казалось, время замерло, некоторые торопыги поглядывали на часы, одновременно пытаясь вторым глазом следить за Кубком. Внезапно синее пламя над ним налилось красным, из него вырвался поток искр, и первый из кусочков пергамента выскочил прямо в руку Дамблдора.
Зал застыл.
- Чемпион Дурмстранга – Виктор Крам! – отчетливо объявил директор.
- А он не выглядит довольным, - наклонившись к Артуру, заметил я, перекрикивая шквал аплодисментов, свиста и восторженных криков. Голос Каркарова звучал особенно громко.
- Возможно, он надеялся, что, хотя бы теперь на него перестанут пялиться, - ехидно заметил друг. Насчет «беспристрастности» выбора Кубка наши мнения сходились.
Тем временем Кубок снова затрещал искрами.
- Чемпион Шармбатона – Флер Делакур!
По мозгам отчетливо долбануло шармом, взгляд у парней, особенно сидевших рядом с Делакур, поплыл. У меня способность соображать сохранилась лишь потому, что я был готов к чему-то такому и заранее сосредоточился. Впрочем, подозреваю, со стороны моя рожа выглядела не лучше, чем у того же Дэвиса.
Остальные шармбатонцы, за исключением двух подружек Флер, выглядели сильно расстроенными вплоть до того, что кое-кто открыто рыдал, не стесняясь. Похоже, они восприняли её выбор как личное и очень тяжелое поражение.
Тем временем напряжение возросло до того, что его, казалось, можно руками потрогать. Остался всего один чемпион – тот, которого больше всех ждали ученики Хогвартса. Каждый факультет желал видеть своего представителя, каждый, опустивший своё имя в огонь, надеялся оказаться лучшим.
За клочком пергамента, опустившимся в руки Дамблдора, следили в полной тишине.
- Чемпион Хогвартса – Седрик Диггори!
Вспышка эмоций. Шквал звуков. Взорвавшийся торжествующими криками стол барсуков. Взвывший от разочарования Дом Годрика. Хаффлпафцы повскакивали на ноги и наперебой принялись поздравлять своего старосту, идущего к профессорскому столу. Шум, аплодисменты и смех не смолкали ещё минут десять после того, как Седрик скрылся из вида. Кстати, пока парень шел, он несколько раз взглянул в мою сторону.
Всё это время Дамблдор стоял, добродушно улыбаясь, и ждал, когда же ученики успокоятся. Когда зал угомонился, директор начал заключительную речь, но успел сказать только несколько фраз. Прервав его на полуслове, Кубок выбросил ещё один пергамент.
С абсолютно непроницаемым лицом, в полной тишине Дамблдор долго смотрел на бумажку. Поднял голову. Обвел взглядом зал. Откашлялся.
- Гарри Поттер.
Многоголовое чудовище – толпа в едином порыве развернулась в сторону бедного парня. В полной тишине был слышен только шум отодвигаемых ножек – те, кто не видел Поттера, поднимались с места. Совершенно белый, гриффиндорец повернулся к друзьям и тихо что-то сказал, отрицающе мотая головой.
Макгонагалл подбежала к Дамблдору и принялась что-то шептать ему на ухо. Тот сначала нахмурился, затем кивнул.
- Гарри Поттер, - громко сказал он. – Подойдите, пожалуйста, сюда.
Медленно, путаясь в полах мантии и пошатываясь, Поттер встал со своего места и, словно слепой, пошел к директору. Молча. Его провожали потрясенными взглядами, точно так же, не издавая ни звука. Звенящая тишина сохранялась до тех пор, пока четвертый, нежданный чемпион не скрылся за дверьми.