Страж Кодекса. Книга VI (СИ)

Мелкий Трент, перекочевавший ко мне на плечо, важно приосанился и тыкнул себя в грудь.
— Бу-бу! Бу! — пробубнил он.
— Гхм, понял, — рассеяно кивнул ему. — Будем знакомы тогда, Мистер Баблз.
Он по-военному козырнул и спрыгнул на голову мелкой, отчего та захихикала и разжала объятия.
— Что такое, Мистер Баблз? — поднесла она ладонь к уху, где сидел Трент. — Ой, и правда! Я совсем забыла!
Она поставила уже на своё плечо Трента, немного смутилась и заговорила:
— Я знаю, что ты не давал мне имени, отец… На то были свои причины и я понимаю… Но, надеюсь, ты не обидишься, если я уже сделала всё сама?
Ну да, я как-то привык называть её просто Елью или Живым Лесом, а тут такое!
— И как же тебя зовут? — ухмыльнулся я.
Для неё это был очень важным вопрос, судя по всему. Иначе ещё большее смущение и… Что б меня! Реверанс⁈
— Елена… мне понравилось это имя!
У меня задёргался глаз, но я быстро взял себя в руки. Прошлый опыт сказывался и удивить меня пусть и можно, но эффект быстро проходит.
— Тебе подходит, — посмотрел я на растущую на поляне Ель. — Очень даже…
— Тебе нравится⁈ Правда-правда⁈ — з апрыгала мелкая и радостно захлопала в ладошки, но быстро перестала и победно тыкнула пальцем в Трента. — Я выиграла, Мистер Баблз! Отцу понравилось! С тебя яблочко!
Она уже ставки делает и спорить умеет… абзац.
— Скажи, а как ты, ну смогла создать себе тело? — меня это, и правда, интересовало.
— Мама подсказала, — спокойно пожала плечами Елена. — Она очень рада, что я жива и что меня нашёл… М-м, — прислонила она пальчик к губам, пытаясь подобрать слово. — О-х-о-т-н-и-к! Вот! Пап, а что это значит?
Я почесал затылок, думая и над её ответом и над вопросом. Тут так просто и не объяснишь. Причём это касается сразу двух ситуаций.
Выходит, у Елены есть связь с материнским древом? С той самой Елью, семена которой попали в этот мир, а точнее в Сибирский Эпицентр? Похоже, что так. Чем грозит? Хрен знает, но опасности я от мелкой не чувствую, да и не станет она мне вредить. Первооснова же. Мы с ней связаны даже крепче, чем родственными узами. И всё благодаря Трентам, укрепившим эти узы с моей энергией души.
Так, ладно, покумекаю над этим попозже. Тут ребёнок уже аж извёлся весь, вон в нетерпении переминается с ноги на ногу. Но не торопит и ждёт, что говорит о понимании и определённой модели поведения.
— Охотники — воины Кодекса. Защитники миров, человечества и различных рас, — максимально сжато выдал я.
— О-о-о! — аж засияла она. — Теперь поняла! Мама говорила, что Кодекс хороший! Он оберегает и защищает! А ещё он яркий, как солнышко! Я люблю солнышко!
Хм, а вот это странно. Об Охотниках её «мать» ничего не заложила, а про Кодекс, выходит, да?
— А что ещё она сказала про Кодекс? — мне было действительно интересно.
— Ну-у-у, — задумалась Елена и начала качаться с пяток на носки, отчего Мистер Баблз чуть не слетел с её плеча. — Ещё она сказала, что Кодекс строг, но справедлив! А ещё, что он не любит плохишей и наказывает их! Мама чуть не погибла из-за плохого дяди, а Кодекс спас её! Точнее, — закусила она нижнюю губу и нахмурила брови. — Он послал О-х-о-т-н-и-к-о-в! Вот! Я очень хотела увидеть Кодекс, и смогла! Он в тебе, папа! Маленькая частичка света, но такая яркая! Согревающая!
Мелкая резво подскочила и вновь обняла меня до хруста в костях. Даже печать Регенерации активизировалась и начала латать рёбра одного Великого Охотника.
— М-м-м, тепло! — зарылась Елена в мою футболку и распахнутую куртку. — Только… В папе, помимо тёплого и хорошего Кодекса, есть что-то ещё… Злое… Но оно спит крепким сном! Память мамы говорит, чтобы я даже в мыслях не желала посмотреть, кто это…
Я даже знаю, о ком она. Тут к гадалке не ходи и так понятно, кто ещё сидит на нижнем уровне моей души помимо стелы Кодекса.
Краз-Ан-Гор.
— Не переживай, — прикоснулся я к лозам-волосам ладонью, отчего Елена зажмурила глаза. — Он тебя не тронет.
 
— Верю! Тебе верю! — ответила она и, открыв глаза, сказала то, отчего у меня забилось сердце: — Кстати, пап, а ты знал, что не один? Я чувствую… далеко-далеко, тех, кто тоже носит в себе частичку тёплого Кодекса! Некоторые из них ближе, а другие о-о-о-чень далеко! Мама мне показала, но мало… — добавила Елена грусти в голос. — Только мелкие фрагменты…
— И что она показала? — пересохшими губами спросил я.
— Двух О-х-о-т-ников! Вот! — гораздо лучше выговорила она. — Один из них синенький и такой смешной! А ещё у него красивый зверёк! Черненький и… а что такое маркер, пап?
— Эм… — удивила она меня. — С помощью него рисуют. А что?
— Этот зверёк любит рисовать! Вот! Он настоящий художник, пап! А второй О-х-о-т-ник… — задумалась Елена. — Он странный. Тёмный, но добрый. Не понимаю…
Да и сам не понимаю. Синий и с чёрным зверем, орудующим маркером, как художник. И тёмный, но добрый. Скорее всего речь идёт о Сандре и Артемисе, но кто из них кто? Хм, ну у моего ученика вроде бы не было питомцев при жизни. Во всяком случае — я о них не знал, а там, кто знает? У меня вон, Славик и Гримлок появились. Да ещё и Тренты в придачу. Так что, всякое может быть.
— А что ты делаешь? — спросил я Елену, когда та отпустила меня, взяла прутик в руку и начала что-то рисовать на земле.
— Хочу показать! — старательно выводила она каракули, закусив зелёный язык. — Вот! Почти похоже!
У меня опять задёргался глаз, а из груди вырвался тяжёлый вздох.
Художник, да? Ну, тут не поспоришь. Хрен с маленькими крылышками нужно ещё уметь нарисовать. Хорошо, что Елена не знает, что именно тут изобразила.
— Гхм, ты молодец, — погладил её по волосам. Да, к ним явно надо будет привыкнуть.
Мелкая заулыбалась и наслаждалась, а я задумался, как именно она увидела моих братьев? Были мысли, но это на грани фантастики. Впрочем, в моей жизни, особенно в прошлой, чего только не увидишь. И даже древнее живое дерево, способное заглядывать в другие миры и связываться с ними, выглядит не так грандиозно. Но всё же… интересно, можно ли и мне через нашу связь увидеть своих братьев?
Этот вопрос я и озвучил Елене.
— К сожалению — нет, — расстроилась она, потупив глаза в землю. — Мама хотела сделать тебе подарок за то, что ты меня спас. Она показала мне и велела рассказать, чтобы… тебе стало лучше, пап. Она хотела показать, что ты не один.
Я улыбнулся, поднял взгляд к кронам деревьев и посмотрел на небо.
— Да… Хороший подарок.
У меня пиликнул телефон, а когда я достал его и посмотрел на СМС-ку от Терентия, заметил заинтересованную девайсом мордашку. Елена вовсю разглядывала устройство, но терпеливо не спрашивала.
— Ты уже уходишь, да? — в её голосе зазвучала грусть.
Мне, и правда, нужно было идти. Григорий доставил того самого химика-физика, которого скрывал всё это время по моему приказу. Пора бы уже познакомиться с парнем и постепенно внедрять его в дело, раз он проверен и перепроверен по всем фронтам. Да и с его проблемой решение нашлось, пусть и не особо мне нравившееся.
— Да, нужно идти, — кивнул я, внимательно посмотрел на расстроившегося ребёнка, и мне в голову пришла идея. — Хочешь пойти со мной?
  
Глава 3
 
Держа меня за ручку, Елена в припрыжку шла рядом и тихо напевала песенку под нос. Как и любой ребёнок, она оказалась очень контактной, стараясь разными способами обнять меня, прижаться или хоть как-то прикоснутся. Она буквально упивалась радостью, лучась довольством и счастьем.
Я невольно улыбался, наблюдая за ней и ощущая странное тепло на сердце. В прошлой жизни мне пусть и довелось иметь дело с детьми, но то были либо беспризорники, озлобившимися зверятами смотревшими на мир, либо же молодыми Охотниками. Те в большинстве своём были гораздо спокойнее, чем живущая на улицах ребятня, но детьми их назовёшь с натяжкой.