Страж Кодекса. Книга VI (СИ)

Мутно это всё, но главный вопрос в другом: Как провести спарринг? Если я одолею Александра, что произойдёт дальше? У аристократов есть дурная привычка обижаться на свои поражения, затаив желание мести. Моих нынешних сил и мощи рода не хватит, чтобы бодаться с возможным гневом императора, но это пока. Если подобное произойдёт, я умоюсь кровью, но тогда меня больше ничего не будет сдерживать. Возможно, придётся уехать из Российской Империи, чего мне бы не хотелось, ведь я считал её своей пусть и второй, но родиной. Но если такое произойдёт, то я вернусь. Вернусь и отомщу, задавив своё желание не проливать лишнюю кровь в преддверии призыва Неназываемого.
Другой же момент, если я поддамся. Он самый разумный, но сомневаюсь, что император этого не почувствует. Это также может повлечь за собой оскорбление.
М-да, куда ни кинь, всюду клин. В былые времена я бы даже запариваться с этим не стал, а теперь вон, погряз в политике хотя сам этого и не желал.
Ладно, хрен с ним, буду действовать по мере возникновения проблем.
Двери тренировочного зала открылись и внутрь зашёл Александр. Одет он был в тёмные свободные штаны и белую футболку, оставив ноги босыми. Заметив меня и Анну, он улыбнулся, а после подошёл к своей жене и двум старикам. Ко мне же быстро направился уже знакомый Павел, следующий за императором, как тень.
— Дмитрий Борисович, вы уже выбрали оружие? — быстро осведомился он.
Вновь оглядев стойки с тренировочным оружием, кивнул ему.
— Прекрасно!
Больше не говоря ни слова, он убежал обратно к Александру и стал ждать.
— Скажи, Дим, а что папа пообещал тебе за этот спарринг? — наматывала Анна локон волос на палец.
— Пока что — ничего, — спокойно ответил я, снимая синюю олимпийку. Одежду для боя мне доставили утром в гостевые покои, идеально подгадав размер.
— М-м, понятно, — задумчиво кивнула принцесса и с улыбкой произнесла: — Я буду болеть за тебя.
Я бросил на неё взгляд и увидел, что в глазах девушки плясали озорные чертята. Её явно забавляло то, что сейчас должно произойти, и она видела мой настрой. Да я его и не скрывал, думая скорее не о бое, а последствиях.
Стоит признать, что это будет мне уроком. За всеми этими телодвижениями с Амерами, Эмиссарами, Британцами и прочей мутью, я совсем забыл про собственное развитие. Когда мне в последний раз доводилось бывать в Разломе? То-то и оно… То-то и оно… Будь при мне моя сила, то всё было бы проще. В разы проще. Нет, я вполне могу сорвать печати и высвободить её, но какой толк? Без достойной подготовки тела это будет пшик. Мне нужно больше печатей, больше возможностей энергетических каналов и душ в моём Океане, а не то жалкое подобие, которое есть сейчас.
Какой из этого стоит сделать вывод? Качаться, Райнер, и ещё раз — качаться! Африка будет хорошим бонусом в этом продвижении и я не только решу вопрос с Гордыней и Маркусом, но и урву кусок тамошних Разломов.
За всеми этими мыслями я не заметил, что император уже вышел на ристалище и ждал только меня. Вооружен он был копьём с затупленным наконечником, с улыбкой наблюдая за мной. Как и ожидалось, Александр не только штаны в кабинете просиживал, но и обращаться с оружием умел. Копьё лежало на согнутой в локте левой руке, а спокойная и даже расслабленная стойка говорила о том, что он в любой момент может резко атаковать.
Криво улыбнувшись, я вытащил затупленный меч из стойки и вышел на песок арены. Кроссовки на такой местности только мешались, а потому, как и император, разулся и остался босым.
Выбор моего оружия заставил венценосного нахмурить брови. Да и замаячивший в дверях Долгов, которого я заметил, оказался несколько удивлен.
— Если ты решил таким образом мне поддаться, то лучше сразу уходи, — со сталью в голосе сказал Александр, чем ввёл в недоумение зрителей. Они-то не знали, что моё оружие — молот. — Мне нужен бой, а не игра, Дмитрий.
В подтверждение своим словам, он кивнул на стойки позади меня, где покоился двуручный молот. В отличии от остального оружие он явно был новеньким и выглядел слишком чисто. Специально для меня притащили.
 
Я постучал клинком по ноге, задумался и кивнул, сделав ещё один шаг. Император нахмурился ещё сильнее, проявляя недовольство.
К чему все эти мысли о возможной обиде и прочем? Раньше они меня не волновали. С каких это пор Охотника должно парить, обидеться ли какой-то там король или император? Похоже, этот мир слишком изменил моё мышление, переделав его под себя. И теперь я это понимал, столкнувшись с проблемой, которая заставляла думать гораздо шире в политическом плане. Проблемой, которую я начал обдумывать и решать, как обойти. Но наш Орден никогда этого не делал. Любые проблемы он давил. Разрывал на куски! Нас не волновала политика. Не волновало мнение венценосных. Мы были другими и прогибали миры под себя.
Не успел Павел — наш судья — дать отмашку, как я сорвался в рывке и нанёс удар.
Император резко выкинул копьё, отходя с вектора атаки и пытаясь разорвать дистанцию, навязав свои правила боя. Его преимущество в длине оружия, и копьё в этом плане выигрывает у меня. Но это ему не поможет, ведь поддаваться я не собирался.
Обманный выпад, шаг влево, подсечь ведущую ногу. Он среагировал и отпрыгнул, широко улыбнувшись и закрутив копьё, как лопасти вертолёта.
Мы начали кружить по кругу, сдвигаясь по спирали. В зале царила полная тишина, а зрители с нескрываемым интересом наблюдали, позабыв о всех разговорах. Долгов даже зашёл в помещение, привалившись плечом к одной из колон.
Вновь сорвавшись в движении, я начал прессовать Алекандра и наседать на него. Удары сыпались без остановок, сталь меча высекала искры при касании с наконечником копья, и мелкие щепки при ударе о древко. В защите Император оказался весьма хорош, но я продолжал наращивать темп, всё ускоряясь. Печать Усиления вспыхивала всё сильнее, а её контуры насыщались, делая меня сильнее.
Если ранее император в течении боя улыбался, то теперь резко перестал и сосредоточился на сражении, успевая за моей скоростью. Ветер вокруг нас не просто расходился волнами, а натурально свистел. Мелкие песчинки взметались вверх, образуя на уровне колен своеобразный покров.
Широкая ухмылка растянулась на моём лице, а азарт боя начал захватывать с головой. Стоит признать, Александр лучше Харальда. На порядок лучше. Техника доведена до идеала, а стиль копья весьма хорош. Ошибок в его защите не было от слова совсем, а контратаки заставляли меня иногда отступать, давая ему время на короткий миг передышки.
Ещё несколько раз мы сходились и со временем император начал огрызаться чаще, пока в один из моментов мой меч просто-напросто не раскололся на две части. Удивлен я этим не был, в отличии от венценосного, а потому не терял времени из-за заминки.
«Сломалось оружие? Бывает! Мочи врага тем, что осталось!» — всплыли в голове слова Старины Мака и его громкий смех.
В ход пошли ноги и руки, вырисовывающиеся в связки ударов. Рукоять сломанного меча и остатки расколотого клинка стали больше дополнением, чем оружием. Вот только у императора было копьё и он очень хорошо им владел, чтобы не воспользоваться минусами моего положения.
На его обманный выпад я не повёлся, а от удара в левое плечо уклонился, отпрыгивая и разрывая дистанцию. Ему бы продолжить развивать успех, но он замер и стал ждать.
— Эй, парень! — окрикнули меня со спины. — Держи!
Слегка повернув голову, но продолжая отслеживать фигуру венценосного, поймал в полёте… Нет, не меч, молот! Кинул его Суворов, причём, что для него, что для меня, он почти ничего не весил.
Похоже, что не только Долгов и Александр владеют информацией, но и другие люди. Но это неважно.
Кивком поблагодарив Суворова, бросил на песок сломанный меч и взялся за молот двумя руками.
Баланс хромает, а рукоять немного широковата и неудобна, но ничего.
На миг прикрыв вспыхнувшие золотым пламенем глаза, я сделал глубокий вдох, а когда открыл их, то двинулся на императора. На моём лице играла немного безумная улыбка, а кровь кипела от сражения.