Смерть и фокусник

– И вы притащили с собой Стенхауса? Боже мой, думайте головой. Вы все равно ничего не сможете сделать. Там кто-то стрелял, но он сбежал. Харроу побежал за ним, но не смог угнаться. Этот ублюдок застал нас врасплох.
– Где сейчас Харроу?
– Все еще там. Нужно собрать улики. Но давайте сначала проводим мистера Стенхауса в квартиру. У меня есть пара вопросов и к вам, мисс Куксон.
Они направились обратно в фойе, где портье все еще был в панике.
– Что там? Что происходит? – кричал он.
– Просто небольшая стычка во дворе. Все уже закончилось, уверяю вас.
Они сгрудились вокруг стола, пытаясь понять, что только что произошло. Кто стрелял? И кто был мишенью? Вскоре вернулся констебль Харроу, все еще задыхаясь.
Флинт обратил свое внимание на Деллу:
– Вам лучше рассказать нам, что вы здесь делаете, мисс Куксон. И пожалуйста, не лгите.
Она вздохнула:
– Вы загнали меня в угол, не так ли? Я пришла к тебе, Флойд.
– К мистеру Стенхаусу? И зачем?
Она лукаво улыбнулась. Флойд моргнул от смущения, не в силах смотреть никому в глаза.
– Я не знала, что существует закон, запрещающий это. Но как вы, думаю, знаете, мы с ним старые знакомые. Мы до сих пор время от времени переписываемся. Не так ли, Флойд?
– Это правда, инспектор, – вставил Стенхаус. – Мы друзья детства.
Флинт постучал грифелем карандаша по своему блокноту. И посмотрел на Деллу:
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Я пришла сюда, чтобы попросить Флойда об услуге личного характера. И это не имеет отношения к вам, поэтому я не вижу причин, почему я должна рассказывать.
– Я думаю, вы согласитесь, что ситуация неприятная, мисс. Вы уже второй раз вы оказываетесь на месте преступления без исчерпывающего объяснения того, что вы там делаете. Думаю, меня простят за то, что я вижу пугающую взаимосвязь между этими событиями.
– Послушайте, – огрызнулась она, – если вы хотите знать – действительно хотите знать – я пришла к Флойду, чтобы занять денег.
Флинт на мгновение растерялся. Вдруг он заметил Ройса – портье, который подслушивал их разговор.
– Может, продолжим разговор наверху? – предложил он.
Они направились к лифту: Флинт, Делла, Стенхаус и два запыхавшихся констебля. Тесновато, но они справятся. И это лучше, чем вся эта ерунда с разделением группы на части. Автоматические двери со скрипом открылись. Флинт замер.
У его ног лежало то, что сначала показалось ему мешковиной, расстеленной на полу лифта. Только подойдя ближе, он понял, что перед ним – скрюченное тело Пита Хоббса.
– Отойдите, – велел он остальным. И вместе с констеблями подошел поближе к телу, чтобы лучше его рассмотреть.
Делла прикрыла рот рукой и в ужасе отвернулась от этого зрелища. Флинт наклонился над мальчиком и поднес ладонь к его лицу, чуть ниже ноздрей, но дыхания не почувствовал.
– Он мертв, – вынес вердикт Флинт. – Похоже, его задушили.
На горле несчастного лифтера была намотана веревка. Она впилась ему в шею с такой силой, что пошла кровь. Силу тут применили почти дьявольскую.
– Но чего я не понимаю, – продолжал Флинт, не обращаясь ни к кому конкретно, – это как он сюда попал. – Он обратился к Ройсу, который все еще отказывался покинуть стойку у входа: – Лифт вообще двигался с тех пор, как мы с Харроу вышли из него?
– Нет, сэр.
– Тогда как труп попал в него? Вы вообще видели Пита Хоббса? Мог ли кто-то занести его в лифт, пока он был на первом этаже?
– Нет, сэр. Я все время смотрел на двери лифта. Я бы увидел, если бы кто-то подошел к ним. И я могу вам точно сказать, что никто этого не делал.
Флинт посмотрел на потолок лифта, всю площадь которого занимал большой квадратный люк. Но он был закрыт болтами изнутри.
– Итак, – тихо заключил Флинт, – еще одно невозможное преступление.
Они вызвали «скорую помощь», судебного фотографа и нескольких полицейских, чтобы они патрулировали периметр и собирали показания свидетелей. Но Флинт знал, что они ничего не найдут. Он сам все время находился на месте преступления, в том числе в тот самый момент, когда было совершено убийство. И абсолютно ничего не видел.
 
Флинт сам руководил обыском Дюфрейн-Корт сверху донизу, но пятый этаж действительно оказался незанятым. В квартирах было пусто и голо, без признаков проживания людей. По мере продвижения вниз жильцов будили и допрашивали, но никто ничего не слышал, кроме того самого выстрела, который многие приняли за звук заведенной машины. Все окна были наглухо заперты, и нигде не было никаких следов взлома.
Патологоанатом, осматривавший Пита Хоббса, не высказал особых соображений:
– Я могу сказать, что его убили в течение последнего часа. Буквально только что. Задушен. Ему едва голову веревкой не отрезало.
– Вы можете что-нибудь сказать о веревке?
– Я буду знать больше, когда смогу осмотреть ее отдельно. Но пока это маловероятно. Это обычная веревка. Ее можно найти на фабрике, складе, верфи или в любом другом месте, где привязывают вещи.
– Но вы абсолютно уверены, что он был убит в течение последнего часа?
– Абсолютно.
– Тогда это исключает Стенхауса, – пробормотал Флинт. – Он был с нами все это время. Но это не исключает Деллу. Она была во дворе, когда раздался выстрел, но могла убить мальчика раньше.
– При всем уважении, – сказал патологоанатом, – это не могла быть женщина.
Флинт проигнорировал эти слова:
– У вас есть идеи, как убийца мог проникнуть в сам лифт?
– Это не по моей части. Но вы абсолютно уверены в честности портье?
– Это не имеет значения. Я сам был там почти все время. И я не понимаю, как Хоббс мог попасть в лифт. Он не поднимался с первого этажа с того момента, как я сам вышел из него вместе с констеблем Харроу, и никто не входил и не выходил, пока он находился на первом этаже.
Констебль Брим кивнул:
– Это значит, что он умер, пока мы были во дворе.
– Теперь я понимаю, – продолжал Флинт. – Это все была дымовая завеса. Отвлекающий маневр. Он хотел разделить нас. И это сработало. Однако возникает вопрос, почему лифтера пришлось убить.
– Вероятно, он что-то знал или видел.
– Но, – добавил констебль, – у портье был прекрасный вид на двери лифта в любое время. Он уверен, что никто не входил и не выходил из лифта, пока он находился на первом этаже в течение тех нескольких минут.
– И мы были все вместе с момента выстрела.
– Тогда, возможно, – предположил патологоанатом в довольно резкой манере, – вам стоит позвать на помощь своего друга-мага. Похоже, это больше его сильная сторона, чем моя.
Флинт ушел, не сказав больше ни слова. На ступенях здания собралась толпа репортеров. Их объективы щелкали, а фотолампы искрили, когда Флинт вышел на улицу. Среди шума он разобрал обрывки вопросов:
– Это еще одно невозможное преступление, сэр? Все еще нет идей, кто это делает?…один и тот же человек?…это произошло в лифте, это так, инспектор? Что нужно сделать, чтобы остановить убийцу-призрака, сэр?
Флинт молчал. Он остановился на верхней ступеньке, пока фотографы толкались в поисках наиболее удачного ракурса, и спокойно набивал трубку. Разжег ее и вдохнул теплый шлейф табачного дыма. Затем с решительным видом пошел прочь. Фотографы смотрели ему вслед. Близился рассвет.
  
Глава XIII. Безумец, он же Эспина
 
Среда, 16 сентября 1936 года
Переступив порог «Черной свиньи» в Патни, Флинт ощутил дежа-вю. Джозеф Спектор сидел на своем обычном месте в закутке, на этот раз перед ним была разложена колода карт Таро. Было уже утро шестнадцатого, но пыль от вчерашних происшествий до сих пор не осела.
– Вам погадать? – спросил старик.
– Вы слышали?
– О мальчике-лифтере? Боюсь, что слышал. Плохие новости распространяются быстро.
– И что вы думаете об этом?
– Пока мало что. Но кое-что я знаю.
– И что же?
– Вы помните Ройса, портье?