Измена. Закрывая гештальты (СИ)
Но тут, впервые в этом году, меня ожидал приятный сюрприз.
Кот, стерев со щеки злые слёзы, вскинул голову, и, глядя в глаза, честно сказал:
— Мне так жаль, мам. Я такой дебил. Бабушки задолбали нотациями. Эта папина мымра вечно с претензиями: чего все сожрал; чего в комнате не сидится; чего тебе опять надо, отец устал и хочет отдохнуть; езжай к бабкам своим.
Хмыкнула.
Нет, я не предполагала, что Олечка пожелает с Костей дружить. Но и такого откровенного наезда не ожидала. Что же, сыну было полезно полюбоваться жизнью по другую сторону забора. А куда смотрит и что думает Рома мне уже неинтересно. Просто количество претензий к нему выросло. Сейчас адвокату ситуацию обрисую и документы отправлю.
Погладила сына по взлохмаченным и давно не стриженым вихрам, вздохнула:
— Мы с Лерой всегда тебя ждём.
И тут я вспомнила, как дочь недавно, после разговора с отцом, сказала мне:
— Мам, думаю, скоро Кот вернётся.
Как в воду глядела.
Или же уловила перспективы по настроению Романа Николаевича, что более вероятно.
— А можно? Мам, прости, — Костик смотрел на меня огромными глазами, полными слез.
Но держался изо всех сил, чтобы они не пролились. Мужик.
— Ох, Костенька, конечно, можно. Мы с Игорем сейчас тебя заберём, — присела рядом, обняла потянувшегося ко мне, как раньше, сына.
Погладила по спине, посмотрела на сумку с вещами, что стояла у его ног. Вздохнула.
Сын, так и не разрывая объятий, пробубнил в плечо:
— Мам, пожалуйста, можно вернуться? Совсем? Я очень хочу обратно. К тебе.
Эх, Котик-обормотик, нагулялся, да?
— Я же сказала, что мы всегда тебе рады.
— Вы, это ты и Игорь этот твой? — ревниво заворчал Константин Романович.
— Солнце, мы живём с Лерой вдвоём.
И тут сын вновь меня удивил:
— Этот твой мне, конечно, не очень, но если ты его любишь — я потерплю.
Вот что перелом животворящий с подростковыми мозгами делает. Обалдеть.
— Не волнуйся. Как-нибудь разберемся со всеми вопросами. Поехали.
Пока ехали домой, я размышляла на тему того, что наш осторожный роман с Игорем, откровенно говоря, нечто странное. Как и любой роман с Игорем, давайте уж честно.
Да, со мной по-прежнему остается память о прошлом, и да, мне все еще очень хочется быть нужной и любимой.
Ну и, естественно, бродят мысли о том, что теперь-то, при наличии в моей жизни нового приличного мужчины, дражайшие родственники, может быть, уймутся. И мысли эти греют.
Вроде как отделалась легким испугом.
Да, сменила шило на мыло. Но при мужике. Приличная.
Но точно так же честно я готова признаться, что поцелуи и прикосновения Игоря меня не трогают.
Есть ли смысл начинать новые отношения, пока старые еще официально не завершились? Да и при отсутствии физического влечения? Пусть физика — это не все в жизни, но сейчас-то, в самом начале, должно же полыхать?
А также жаль, что будто бы рефреном во всех моих размышлениях о наших с ним отношениях, все время вылезает очень мудрая, но очень больная фраза:
«Не бывает слишком поздно, бывает уже не надо».
И мне всё больше кажется, что я нахожусь именно в стадии «не надо».
Тогда, наверное, пора взглянуть правде в глаза и откровенно поговорить с Игорем.
Он ничем не заслужил сейчас вежливое умалчивание с моей стороны. И так как о своей любви он говорил достаточно часто, то пора объяснить, что взаимностью ему ответить я не смогу.
Когда мы сквозь ночной субботний город добрались до места назначения, и чрезвычайно удивлённая Лера помогла Коту доскакать до его постели, я решила разговор с Игорем не откладывать и пригласила его на кухню.
Но выступить мне не дали.
Опять.
— Не расстраивайся, все решим. Я приглашаю тебя на свидание в следующие выходные. А хочешь с пятницы на субботу?
Конечно, здорово, что он так настойчив. Это вроде как бы даже льстит. Но я не хочу.
Вот просто не хочу и все.
— Нет, Игорь. Я очень благодарна тебе за помощь, понимание и поддержку. Но давай честно. Мы уже не в том возрасте, чтобы юлить, тянуть и терпеть.
Удивленно смотрит на меня.
Вот, я именно об этом.
Ему вообще плевать, что там у меня внутри происходит. У него есть план. Есть понимание, как должно быть. И всех он в рамки эти загоняет, наплевав на то, что у человека внутри.
— Пора признать — ничего у нас с тобой не выйдет. Просто не получится. Чувства угасли, паровоз ушел.
Игорь хмыкает, качает головой:
— Какие глупости ты болтаешь, детка. Все у нас с тобой замечательно. Дети твои теперь в сборе, с мужем ты спокойно разведешься, мы поженимся. Купим большую квартиру и будем счастливо жить дальше, до конца наших дней.
Вдыхаю. Выдыхаю. Собираюсь с мыслями и всей возможной смелостью.
Я, откровенно говоря, чувствую себя ужасно неловко, когда говорю:
— Ты категорически не хочешь меня услышать. Игорь, я ничего к тебе не чувствую. Совсем. Вообще.
Глава 19
Промежуточные итоги и раздача призов
'А снег идёт и идёт
В городе нашем любовь не живёт
Он растает однажды
Но это неважно
Ведь в сердце моём
В сердце моём лёд…'
Ева Власова «Снег»
Воскресный день у меня прошёл в телефонных переговорах. В основном.
Сначала с классным руководителем Котика, потом с его двумя тренерами по очереди, затем с семейным врачом, а после наступило время адвоката.
— Вследствие того, что Роман Николаевич был недоступен, несущий ответственность за жизнь и здоровье Константина его тренер Алексей Михайлович позвонил мне. Именно я забрала сына из травмы с загипсованной ногой. Перелом закрытый, без смещения. А теперь Константин Романович живёт со мной, — кратенько обрисовала ситуацию, выслав в мессенджере врачебные заключения рентгенолога и травматолога.
— Так это его осознанный выбор или безвыходная ситуация?
— Мне Константин заявил, что это осознанный выбор. Но, возможно, у вас есть некая специальная процедура чтобы сей факт подтвердить или зафиксировать? — на всякий случай уточнила.
— Весь вопрос в том: готов ли он это повторить мировому судье или в суде, если полюбовно с Романом Николаевичем договориться не удастся.
Хорошо же.
— Я спрошу сына и вам напишу.
Адвокат мой понятливо хмыкнул и аккуратно поинтересовался:
— Планируете ли вы, Арина Егоровна, беседовать с Романом Николаевичем о сложившейся ситуацией с Константином?
— Планирую непременно. Вот сразу после нашего разговора и позвоню, — честно призналась.
Меня вроде попустило, и орать благим матом на этого недоотца, променявшего ребенка на девку, желание поутихло.
— Тогда жду от вас информацию о том, как пройдут переговоры, — поставил мне задачу в завершение беседы этот замечательный специалист.
— Обязательно.
На том и распрощались.
Что же, пойду выпью чаю, помедитирую на природу за окном, да буду звонить Роману Николаевичу.
Отличный план, как по мне.
Был.
Кто удивлён, что я не успела даже выпить чай?
Этот человек изумительно умел чувствовать момент и всегда использовать его так, чтобы мне было неудобно.
— Кот у тебя?
О, культура общения — наше все.
— День, хоть и недобрый. Кот у меня и жить будет со мной, — уведомила сразу.
Рома хмыкнул:
— Ясно, так и знал, что сбежит, маленький засранец.
— Кормить надо было лучше, — не стала цепляться к словам.
Неохота связываться.
А тут почти бывший муж вдруг рыкнул:
— Куда уж лучше? Вечно сжирал все, что было.
Езус-Мария, какие претензии-то к ребенку? Растущий организм, понимать надо. У нас в холодильнике для этих целей и ситуаций всегда сыр-колбаса-огурцы-помидоры-пельмени есть.
— Готовить не пробовали, а не доставку заказывать? — что бы я да промолчала?
Ну, ответил Рома «в стиле»: