Эволюционер из трущоб (СИ)

— Встали у стен, живо! — рявкнул Углов, заставив нас освободить место для экзекуции.
Прохорова и Петрова, Васильева и Уткина выстроили в ряд, после чего Юлия Ильинична принесла четыре гибкие лозы. Понятия не имею, где она их взяла, но от одного взгляда на них у меня лично мурашки побежали по спине.
— Прохоров — первый. — Углов взял лозу и щёткнул ею в воздухе.
— Это не мог быть я. Я спал, — жалобно проблеял Артём.
— К стенке, живо, — процедил сквозь зубы куратор, и Артём занял позицию, уткнувшись лбом в стену.
Первые десять ударов он держался достойно. Даже не пискнул. А вот оставшиеся плети, по всей видимости влетели чересчур болезненно. Сначала он дёргался и пищал, потом вскрикивал в голос, а на последнем ударе и вовсе рухнул на колени. Подельники же его проявили на порядок меньше стойкости. Плакса Уткин даже сделал вид, что потерял сознание, однако эта уловка его не спасла. Парня просто схватили подруки и подставили спину Ивану Викторовичу.
Наказание продолжалось минут двадцать. Хлёсткие удары разрывали воздух, а после оставляли горячие и крайне обидные полосы на спинах и задах провинившихся. Пока Артём и команда стояли лицами к стене, наш строй улыбался. Видать, каждый вспоминал, как Прохоров портил им жизнь, а то и калечил. Что ж, с моим появлением компании Артёма придётся либо перевоспитаться, либо пожалеть о всём содеянном.
— Отведите их в лазарет, — сухо бросил Углов, вернув розги Юлии Ильиничне. — А вы все навсегда запомните! Тот, кто ворует у рода, заслуживает наказания! Сейчас это розги, а когда подрастёте, то вас за подобное просто повесят. Свободны.
Куратор ушел, а тренеры поволокли бедолаг в лазарет. Толпа учеников стояла, как завороженная, глядя в спину Прохорову. Никто не верил в то, что и на него нашлась управа, даже заработанные баллы не спасли. А дальше… Дальше я схватил Серёгу за рукав робы и потянул в столовую. Когда мы оказались у дверей, я весело заорал во всё горло:
— Сегодня вам никто не помесает есть с центлального стола!
С толпы спало оцепенение и ребятня, вереща, понеслась за нами следом.
— Зачем ты им сказал? — спросил Серёга, несясь со всех ног в центр банкетного зала.
— Они тозе пострадали и имеют плаво отметить наказание Плохолова, — усмехнулся я и с ходу схватил жареную куриную ногу.
Вкуснейший жирок от невероятно хрустящей чесночной кожицы растаял во рту. Зажмурившись от удовольствия, я второй рукой схватил из тарелки пару картофелин, запечённых со специями и отбежал подальше от стола. И правильно сделал! Там началась такая давка, что накинь я на себя даже покров маны, меня бы раздавили к чёртовой матери.
Сидя в дальней части кухни, я любовался пиршеством. Ребята были счастливы, лопали за обе щеки, обсуждая наказание тиранов. Пока они пировали, я прикончил курицу, запихнул в себя одну картофелину, а вторую доесть не смог и впал… Нет, не в депрессию. Хе-хе. А в медитацию!
Тоненький ручеёк маны соскользнул с моих пальцев и растёкся по картофелине, проводя диагностику. Не знаю, откуда этот корнеплод, но он явно непростой. В нём порядочное содержание маны. Одной картошкой я смог восстановить четверть резервуара, а это очень много!
С ядром маны, заполненным на четверть я могу поддерживать морозный покров около двадцати секунд. Или призвать Мимо в статичной форме на полчаса. Что значит «статичная форма»? Всё просто. Если мимик будет изменять внешний вид, то это потребует дополнительного расхода маны, а если он останется со своим текущим обликом, то мана практически не используется.
От размышлений меня отвлекла мрачная процессия, вошедшая в столовую. Артём и компания едва переставляли ноги, корчась от боли. Увидев, что статисты жрут еду Великого Властителя Пансионата, Прохоров заорал, срывая глотку.
— Кто вам разрешил⁈ Я вас всех поубиваю!
Но вокруг центрального стола стоял такой гомон, что Артёма банально никто не слышал. Ребята передавали друг другу блюда, хохотали, ели от пуза и наслаждались жизнью. Впервые за долгое время.
Прохоров ускорил шаг и через боль добрался до коротко стриженного парня, после чего дёрнул его за плечо на себя. Коротко стриженный повернулся, держа в зубах клиновидную кость от куриной грудки. Он сперва улыбнулся, а после ойкнул и шмыгнул в сторону, поняв, что пахнет жареным. Ощутив прилив уверенности, Прохоров снова завопил, усилив голос маной. Ага, я так и знал, что он может её контролировать!
 
— Если вы сейчас же не свалите, то я клянусь богами, вы умоетесь кровью и будете молить меня о пощаде! — надрывно дыша, он уставился на толпу, которая, словно всполошенные крысы, ломанулась во все стороны.
Вот только было уже поздно. От угощений на столе остались одни объедки.
— Посли на тлениловки. Пусть этот дуласёк покусает помоев, — усмехнулся я и потащил Серёгу в спортзал.
  
Глава 14
 
Сегодня мне повезло! Ведь я застал самое начало дня, посмотрел как наказывают Артёма, а ещё получил по морде… Первым занятием по расписанию были единоборства. После недолгой разминки тренер показал нам комбинацию ударов, которую я худо-бедно повторил, а после велел разбиться на пары и опробовать изученное в бою.
Как вы понимаете, годовалому короткоручке тягаться против пятилетки довольно тяжело. Я использовал покров маны, уклонялся в девяти случаев из десяти, но так или иначе, получал по голове. Впрочем, на нас были защитные шлемы и мягкие перчатки, чтобы причинить серьёзный урон, нужно было постараться.
Правда, было совсем не больно, ведь против меня стоял Серёга. Можно сказать, что он стал моим первым другом в этом клоповнике. Сергей работал аккуратно, обозначал удары и сильно в них не вкладывался. Как и раньше, я восторгался его техникой. Такой мелкий, а двигается чертовски хорошо. Ноги так и скользят по канвасу, руки лёгкие и хлёсткие.
— Посему ты не даёс сдаси Плохолову? — надрывно дыша, спросил я, пропуская над ухом прямой удар.
— Кто сказал, што я не огрышаюшь? — спросил Серёга, шипя, как змея, из-за мешающей говорить капы.
— Так он зе тебя всё влемя задилает.
— Он поэтому меня и задирает. Я один из немногих, пытающихшя пробитьшя на вершину.
Серёга, не прекращая говорить, пробил связку «прямой-боковой» и на долю секунды завис, отдёргивая руку назад. Чем я и воспользовался. Мой кулак влетел в район печени противника, вот только он его совсем не почувствовал. Увесистая плюха прилетела мне по уху, и я, поплыв, сел на пятую точку.
— Пвасти. Невашитал, — сказал Сергей и помог мне подняться.
Прозвучал свисток тренера, и мы, закончив учебный спарринг, перешли к работе на снарядах. Сняли перчатки, шлемы и начали околачивать груши. Первое время даже было приятно. Бьёшь со всей силы, а она тебе в ответ «Бабах!». Ощущение, будто своим ударом ты можешь снести гору! Правда если присмотреться, то груша даже не сдвинулась с места.
Веселье очень быстро закончилось, когда неокрепший детский кулак начал опухать. Между костяшками появились кровоподтёки, а после неудачной поставки кулака, подвернул кисть. Было чертовски больно, но хуже всего оказалось то, что я содрал кожу на костяшках, теперь удары по груше стали настоящей пыткой. Услышав сирену, я расплылся в довольной улыбке, и побежал к расписанию.
Хоккей? Да вы издеваетесь? Я даже на коньках стоять не умею. В прошлой жизни я никогда на них не катался. Зачем? Если мне куда-то нужно было добраться, я телепортировался! Или, на худой конец, призывал петов, которые везли меня в нужном направлении.
Кстати, жаль, что в эту жизнь вместе со мной не перешел мой заклятый друг Драург. Так звали чёрного дракона. Я гонялся за этой тварью по всей планете целых пять лет. Проклятая рептилия умела пробивать теневые коридоры и постоянно ускользала от меня за мгновение до поражения. Но, в конечном итоге, я смог не только одолеть Драурга, но и подчинить его своей воле. Хорошая была зверушка…
— Чего завис? — спросил Серёга, остановившись рядом.