Эрсус. Зегарн (СИ)
И пятерка высших существ начала битву прямо здесь не сходя с места.
Громкий гул кузнечных мехов, звон оружия и монет, яростные крики Архидемона Огня и молниеносные невидимые выпады Архидемона Иллюзий, все смешалось в единую какофонию безумного сражения, и масштаб битвы всё продолжал нарастать.
Остервенелые крики и проклятия Ацада и Оссы, говорящие об их наступлении и атаках, но ответом им была холодная неудержимость и невозмутимость Верестана и Киноны. Девять. Девять высших существ уже сражались, что было силы и возможностей.
— Дай угадаю… — сквозь шум яростной битвы ехидно проговорила Шалмис, начиная загибать пальцы на руке, — … Ивара, Лислина, ВальдХэрри, Кинона и ты, Тидниаса! Картар огулял всех вас? Или я кого-то забыла? Каково это раздвигать ноги перед человеком, а? Трула была более… благоразумна.
Слова о мёртвой подруге резанули по самообладанию и больно отозвались в душе у Архидемона Тумана, но та не подала виду, а лишь удовлетворенно усмехнулась.
— Шалмис, неужели ты завидуешь? Если ты считаешь, Паллада человеком, то ты полная дура… — выдала демонесса, а по рукам у неё заструился густой туман, который плавно перетёк ей в ладонь и далее по земле, образуя два шипастых и длинных туманных кнута. — А что касательно Трулы, это лишний раз доказывает, что связаться с вами, для себя дороже. И да… — улыбка Тиды стала еще шире, и та по старой памяти потёрла запястья, вспоминая боль от цепей Картара на них, — … Пал очень и очень, страстная натура, это я ощутила на себе.
— Значит, ты еще одна его подстилка, жаль… — повела плечами богиня, а в руках у неё сформировалась огромная матово-чёрная коса.
— Не знаю, тёмная сучка, ведь ты в этом смыслишь больше меня, не так ли? — с усмешкой осведомилась демонесса, намекая на её многолетнюю связь с богом Войны, и туманным кнутом атаковала небожительницу.
Звон и лязг призываемого оружия, рёв глоток Архидемонов, вспышки огня и всполохи всепоглощающей тьмы и мрака, некогда густой и пышущий жизнью лес, шаг за шагом, миг за мигом стал превращаться в уничтоженную пламенем и сражением равнину. Сам же накал битвы только нарастал. И даже сам Создатель не знал, кто выйдет победителем из этой схватки.
* * *План мой был в меру прост и неказист. Отделить Нандгара и Алнота от остальных и дать возможность остальным действовать более расслабленно и моё перемещение для этого подходило как нельзя лучше. К тому же не надо забывать о возникшем численном преимуществе.
А сам меж делом оглядел место куда прибыл. Это место для схватки была весьма знаменательным, впервые на Зегарне я появился именно здесь… среди песков.
В пустыне.
И когда впервые попал в Илларан, я также пришел в себя в подобном месте.
И тоже в пустыне.
Так что закончиться как по мне всё должно также именно здесь. Среди песков. Порочный круг, который должен быть замкнут.
«Дед бы этот момент назвал круговорот дерьма в природе, не так ли? — усмехнулся довольно Некто».
«Ты как всегда прав, — со слабой улыбкой согласился с ним я».
— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! — закричал Нандгар, а его доселе расслабленное и спокойное лицо исказила гримаса ненависти, видимо, впервые за долгое время что-то пошло не по его плану, лишь Алноту было всё равно и тот, оглядевшись пару раз по сторонам, вновь обратил свой воинственный взгляд ко мне.
— Прогуляться решил, разве ты не видишь? Разве ты не оценил столь прекрасные пейзажи? — осведомился я у него, отстёгивая с рук наручи и бросая их под ноги и указывая головой на песчаные дюны.
Теперь всё лишнее будет только мешать, а любое промедление смерти подобно…
— Снова шутишь! Отлично, просто отлично, Картар… — сквозь крепко сжатые зубы процедил Нандгар, сбрасывать со своих плеч тёмную мантию и потирая запястья, — … ты добился своего. Запомни, как только ты испустишь свой последний вздох. Я отложу все свои дела! Я найду то место, куда ты спрятал своих баб и семью! Пытать и истязать я их буду очень долго! Пока они не начнут молить меня о быстрой смерти! И в конце, когда они станут проклинать тебя, и любое упоминания о тебе будет отзываться в их душе и теле нестерпимой болью. Только после я подарю им сладкую и мучительную смерть. И из жизни они будут уходить под мой хохот, а также проклиная тот день, когда посмели с тобой связаться! Не останет…
— Тебе не надоело? — перебил я его, стягивая с себя свой кожаный доспех и подворачивая рукава на белой рубашке, оставаясь в одних штанах, сапогах и рубахе. — Знаешь, Нандгар, я уважаю тебя как стратега и тактика…
Доспех и пламя самопроизвольно стали окутывать моё тело…
— … и ты сам, возможно, считаешь себя великим деятелем, но как по мне ты всего лишь маленький и тщедушный разумный, который возомнил себя Создателем…
Следом в руках начали формироваться два вайвлета в виде молнии. Вся доступная энергия заструилась по венам и телу, а за спиной стали медленно материализовались огромные крылья.
— … ты, словно червь, что копошиться во мраке ночи, и который на рассвете опять отправляется в свою нору, боясь показать своё истинное обличие! Таков твой удел! Ты король, но король среди таких же тщедушных червей в свой норе, как и ты сам! Поэтому твои угрозы для меня не более чем пустой звук и лай подзаборного пса…
Глаза вспыхнули неестественным бирюзовым светом, а вся доступная мощь была сейчас на своём пике и жаждала вступить в сражение.
— … но если это не так, то покажи мне, чего ты стоишь, и прекращай трепаться! — с вызовом бросил я ему, и с каждым произнесенным словом пламя гнева в глазах у Тёмного всё нарастало.
Стоило мне закончить свою речь, как Алнот радостно расхохотался, довольно покачивая головой.
— Хорошо! Превосходно! Признаю, Паллад Драгун… — впервые на моей памяти тот обратился ко мне по имени, — … ты достойный враг! Но, так или иначе, ты умрёшь! Любой, кто перешел мне дорогу и взял моё, сдохнет! НЕ ВМЕШИВАЙСЯ, НАНДГАР! ОН МОЙ! — рявкнул он на бога Смерти, делая пару шагов мне навстречу. — Сейчас ты умрешь, а после я вернусь и добью всё оставшееся отребье!
— Тебе лучше закрыть рот, Алнот, сейчас не время для утешения твоего самолюбия! Если не успеем, то можем проиграть! Ты не умеешь думать головой и мне приходиться делать это за нас обоих! Его нужно прикончить как можно быстрее… — холодно и с явным раздражением процедил Нандгар, также делая несколько шагов ко мне, а следом его попросту накрыло тьмой. — Время шуток кончилось, Картар…
— Коли так, то рискните, я к вашим услугам…
Черты лица бога Войны стали искажаться, как и стал искажаться его облик. В очередной раз всё пространство вокруг заволокло кровавой дымкой, которая смешавшись с тьмой Нандгара, образовала подобие вездесущей красно-черной пелены из тумана. В нос ударило зловонием гниющей плоти, и вместе с этим в воздухе стал ощущаться отчетливый запах железа, крови, замогильного холода и… силы Смерти.
Что-то похожее происходило и с Нандгаром, но тот и вовсе почти сразу потерял свой человеческий облик, сейчас передо мной предстал тот самый монстр, которого я впервые увидел в обители культистов.
Аура бога Войны, как и бога Смерти стали на порядок мощнее, чем ранее. Сливаясь и образуя нечто новое. Теперь это была не башня, а целая гора и прорва задействованной силы, что устремилась куда-то в невиданную ранее высь, в самые облака. Под натиском невиданного ранее могущества, само пространство стало искривляться и разрушиться на глазах. А частицы тонкого мира и Астрального шторма, что постоянно существовал в ином мире, стали огромными порциями попадать и просачиваться прямо на место проведения Зегарна.
В мгновение ока, буря, что пожаловала на наше поле боя из Астрала, стала расти и увеличиваться на глазах, вбирая в себя не только силу двух божеств, но и всё, до чего только могла дотянуться. А дотянуться в пустыне, можно было только до песка и пыли. И вместе с бурей, словно послушные дети, стали формироваться десятки песчаных смерчей и торнадо, который силились уничтожить трёх глупых высших существ, посмевших потревожить покой безумствующего Астрала.