Служанка колдуна (СИ)

— Капусту лорду, — вздохнул отец и облокотился на перила крыльца. — Расскажи кому — засмеют. А я ведь не верил городским сплетням. Будто лорд наш — бывший каторжник. Человека убил. И золото у него ворованное. Гензель по потолку в мастерской бегает. Боится, что ему не заплатят. Вот что, Мери, оставайся дома. Матери уход надобен. Елена одна не справится и с ней, и с хозяйством. Колдун обещал, что Хельга выживет. Болезнь вытащил, но силы нужны, чтобы окончательно поправиться. Супов наваристых поесть, поспать подольше. Хватит в замке служить, ты дома нужна.
Плохая новость. Словами не передать насколько. Тысячи просьб, молитв, криков  готовились сорваться с языка. «А как же магия? Я же колдунья. Не надо так, пожалуйста!» Отец уничтожал мой единственный шанс стать кем-то. Я любила маму, очень любила, но в замке от меня куда больше пользы.
— Колдун платит, — упёрлась я. Впервые за всю жизнь возражала отцу. Ещё слабо и неуверенно, но голос набирал силу. — Золотой в день, как раньше. Сам говоришь, маму нужно кормить. На что ты купишь продукты?
— Я достану деньги, — отец не собирался отступать. — То не твоя забота. Марш в дом! И спать. Утром я сам поговорю с Мюрреем. Обойдётся без одной служанки.
— Я — единственная!
— Новых найдёт. Хоть пять, хоть десять, хоть пятьдесят. А дочь у меня старшая одна. И мне не всё равно, где ты окажешься через несколько лет. В собственном доме с семьёй или на улице без денег и без чести. Хорошо, если без ребёнка от лорда. Всё, закрыли тему.
Он повернулся ко мне спиной и пошёл в дом. Пытаться уговорить бесполезно. Я давно его знала. И мама мне сейчас не поможет. Ох, вот и сходила домой. Что же теперь делать?
Карфакс едва ли заступится. Выдохнет, наверное, и обрадуется, что проблема решилась сама собой. С глаз долой — из сердца вон. Другая ученица есть. Умная, начитанная, умелая. Пишет красиво. Не то что косорукая Мередит. Сплошной позор, а не колдунья. Избавиться от такой — удача. Да Карфакс бегом в подвал побежит, вскроет свои тайные сундуки и вынет всё золото, что мне должен, лишь бы не видеть больше. «Не страдать», как он сказал.
Но плакать и переживать я больше не могла. «Вся кончилась», пока стояла у постели матери и разговаривала с отцом. Завтра подумаю, уборка ждёт.    
  
Глава 14. Ночной визит
 
Анабель
Замок опустел. Казалось, очнулись все древние призраки, дремавшие по углам огромного каменного здания. Они шептали, что я бесполезная, слабая и недостойна учиться у такого мага, как Мюррей.
«На кого он оставил замок? На тебя? Ха-ха-ха. Великий маг, а такой дурак».
Назло призракам я отмыла кухню, убралась в жилых комнатах, сама искупалась и только потом ушла в нашу с Мери комнату.
Мысль, что я могла бы чем-то помочь учителю и подруге по-прежнему царапалась изнутри. Не поддаваться было трудно. Я убеждала себя, что оставлять шар без присмотра нельзя, что всё правильно. Мюррей сильный маг, он точно сможет помочь матери Мередит без меня. Но тревога не отпускала
Уснуть я не могла, сидела на кровати в одной сорочке и прислушивалась к каждому шороху. Вдруг мага отвлекли специально? Нет, это не мог быть господин Монк. Кто-то другой. Выманил всех из замка, а теперь штурмовать пойдёт. А что я сделаю? Одного одолею. Наверное. А если там целая армия? Нужно тщательнее прислушиваться к замку. Магия вокруг подскажет, поможет. Здесь её полно. Здесь я сильнее.
Где-то скрипнуло, и я вздрогнула, оглядывая замок сквозь магическое зрение. Окно открылось. В кабинете господина учителя. А самого Мюррея в замке ещё не было. Я бы почувствовала возвращение. Точно почувствовала бы!
Я сорвалась с кровати и побежала туда, схватив первое, что попалось под руку — веник, оставленный в коридоре. Убить целую армию таким оружием не получилось бы в любом случае, но и кабинет учителя не вместит слишком много людей.
Дверь не заперта. Свет я зажгла щелчком пальцев и вскрикнула от неожиданности:
— Господин Монк!?
Приказчик лорда наших земель вздрогнул, замер и больше не двигался. Переоделся ради ночного вторжения в замок. Вместо дорогого камзола с вышивкой раздобыл где-то куртку, как у нашего лесника. Тёмную, не примечательную.
 
«Что вы делаете?» — рвалось с языка, но я и так знала ответ. И он мне не нравился. Без приглашения поздно ночью в дома к честным людям приходят только ради того, чтобы их ограбить.
— Объяснитесь! Немедленно!
— Доброй ночи, — тускло сказал Монк и взял короткую паузу, — леди. С кем имею честь?
Вежливость ночного гостя сбила с толку. Я отбросила веник в угол, огляделась по сторонам и только потом поняла, в каком виде предстала перед мужчиной. Щёки опалило жаром. Как назло рядом не было ничего, чем можно прикрыться. Сорочка у меня короткая и тонкая, я даже перед Мери боялась в ней ходить. Стеснялась. Прятала тело.
— Анабель, — промямлила я, руками прикрывая грудь, с которой господин Монк не сводил взгляда. Конечно! Такое бесстыдство! Бабушка всыпала бы мне за развязное поведение так, что я не могла бы сидеть ещё неделю точно. Рука у неё тяжёлая была. И била колдунья умело, хоть и редко. — Что вы делаете в кабинете хозяина замка так поздно? Вас не приглашали. Что-то ищете? Хотите подбросить?
Гость не спешил отвечать. Мало того, он разглядывал меня с таким осуждением, будто я стоял перед ним совершенно голая! Я не знала, куда спрятаться.
— Леди Анабель Мюррей, надо полагать? — холодно переспросил он, напрочь проигнорировав мои вопросы. — Супруга лорда Альберта Мюррея?
— Ученица, — пояснила я, пытаясь не смотреть в глаза поверенному лорда. — Я не совсем леди.
Лицо господина Монка вытянулось. Он приоткрыл рот, закрыл его, лязгнув зубами, и едва слышно цокнул языком.
— Однако. Теперь это так называется? Ученица? А чем не устроила наложница? Или, скажем, любовница?
Пылали уже не только щёки. Стыдом горело всё лицо. И только после пришла злость. Да, я одета неприлично, но это не значит, что я и учитель… Боги, да это мерзко в конце концов!
Кулаки сжались непроизвольно. Голубой магический шар наполнил меня энергией, и она требовала выхода. Давление стало таким высоким, что сдерживать силу и дальше стало невозможно. Всё, что я смогла — направить поток так, чтобы господина Монка хотя бы не убило.
 Артефакт защищал себя сам. Я была лишь инструментом, через который пропускали энергию. Заряд сырой, неконтролируемой магии вырвался из груди и ударил в поверенного лорда. На секунду показалось, что куртка на нём вспыхнула. Я заслонилась рукой от света, а затем почувствовала запах гари.
Мамочки, только этого не хватало! Поверенный закричал и попытался рукавом сбить пламя. Счёт шёл на мгновения. Ещё два удара сердца, и господин Монк загорится весь! А я стояла столбом и слушала звенящую тишину в голове.
— Воды! — закричал неудачливый взломщик. — Горю! Воды! А-а-а-а!
Колодец слишком далеко. Кувшина на столе слишком мало. Запах становился тошнотворным. Горела плоть. Спасать скоро станет некого. Я ударила тем заклинанием, что у Мери получалось лучше всего. Горацим деи. Простой щит. Если вложить достаточно силы, то он превратится в ураган.
Стены замка содрогнулись. Пламя отчаянно цеплялось за тело Монка, но не смогло удержаться. Весь дым вынесло в окно. Обожженный поверенный рухнул на пол и затих.
— Что я наделала? Что я наделала?
Слова звучали так, будто стонал кто-то другой. Не я. Почему не вспомнила заклинание перемещения воды? Можно было притянуть два ведра прямо из колодца. Через окно. Я убила господина Монка! Плевать, насколько он сам виноват и причём здесь воля шара-артефакта. Я убила человека!
 
Нет, в это невозможно поверить! Надежда, что всё обойдётся, не оставляла меня. В голове возникла формула «стазиса». Не знаю, зачем я кинула её в мёртвое тело поверенного, но заклинание сработало. Над ним загорелся бледно-зелёный купол.
— Жизнь, — потребовала я, складывая из пальцев одну за другой три замысловатые фигуры. Так было проще плести другое заклинание. — Покажи мне жизнь!