Служанка колдуна (СИ)

— Тайну можно было не рассказывать совсем, — продолжала сердито выговаривать собеседница мага. — Хватит двух хранителей. Зачем ломать девочке жизнь? Приковывать к замку?
— Она сама захотела учиться. А шар, как ты помнишь, давно часть замка.
— Часть меня, часть вас. И всё потому что забирает нашу силу. Вы ему третью жертву на корм привели? Господин Карфакс, это подло!
Опять это странное имя. Кто и когда мог так называть учителя? Его-то голос я ни с кем не спутаю…
— Это ради её блага. Думаю, Анабель будет приятнее знать, кто питается её силой, чем пребывать в неведении.
— Да? А то, что шар её убьёт, если Анабель о нём проговориться — это как? Тоже приятно?
— Не кипятись, Мередит, артефакт себя защищает.
— Вы его таким сделали! Из-за вас он способен на что угодно! Ещё и уничтожить не можете. Тоже мне, великий колдун.
— Мери, ты забываешься!
От резкого окрика у меня заболела голова и глаза, наконец, открылись.
Я лежала в комнате, под головой чувствовалась подушка, а с потолка свисал пыльный коврик с рисунком. У нас с мамой такой в сенцах лежал. Мы об него ноги вытирали. Да, точно такой же. Белые лошади, рыцари в латах.
— Она очнулась? — удивлённо спросил маг и обернулся ко мне.
Мередит сердито дула на него губы. 
— Артефакт, — простонала я. Голова болела, мысли то лениво ворочались, то носились туда-сюда. Пришлось приложить усилия, чтобы поймать за хвост одну или несколько: будто кусок мыла пыталась сжать мокрыми руками, а он ускользал в последний момент. — Зачем нужен этот шар? Что он делает? Что значит «привязать к замку»? Мне нужно будет жить здесь постоянно, иначе голубое свечение меня сожжет? Или только если расскажу о нем кому-то?
— Болтать нельзя, — кивнул маг. — Показывать, где лежит шар, тоже. Рисовать план, как до него добраться, намекать, как он выглядит. Шар почует любую попытку выдать его тайну и причинит тебе боль. Прости, такие предосторожности были необходимы. Шар исполняет желания. Любые, даже самые безумные и невозможные желания. Триста лет назад за ним охотился король. Думаю, сейчас тоже. Если не его потомки, то потомки его приближённых. Вы с Мередит нужны мне. Я хочу уничтожить шар, чтобы через него не сотворили великое зло, но не знаю как. Артефакт поглощает все известные мне боевые заклинания. Вообще любую магию. И возвращает её, как захочется. Чинит замок, например.
Мередит дёрнулась и открыла рот, чтобы добавить фразу к словам учителя, но промолчала. Пару мгновений они с лордом Мюрреем сверлили взглядами друг друга, а потом он продолжил:
— Возможно, я не всё перепробовал. Вероятно, что-то пропустил. Вы обе молоды и не скованны правилами. Я уверен, вы увидите больше, чем старый отчаявшийся колдун. И найдёте решение.
— А, — я кивнула и снова заставила голову думать. Задача не из простых, учитывая, сколько новой информации дал мне учитель. Желания, король, защита… Котелок вот-вот взорвётся, но времени остудить его нет. — А сколько раз можно загадывать? Сколько угодно?
— Один раз, — ответила Мередит. — А потом шар сам себя уничтожит. Я не ошиблась, учитель?
— Нет, — сухо сказал Роланд Мюррей.
— Почему тогда просто не загадать какое-то желание?
— Какое? — сощурился он. — Мне давно ничего не нужно. Мередит просила жареного гуся. Давай загадаем твоё. Есть идеи?
— У меня всего два желания. Первое — познать магическую науку, и с ним я справлюсь сама, с вашей помощью. Второе нарушит законы мироздания. Темная магия, могущественная и бессмысленная. Вернуть кого-то из моих близких. Верну, а потом потеряю снова, потому что их нет давно. Это только что умершего можно поднять, заставив сердце снова биться. А того, кого уже предали земле… Нет уж, лучше жареного гуся.
Маг фыркнул совсем, как матушка.
— Я потратил триста лет жизни, чтобы поставить на стол гуся? Нет, дорогие мои.
— Так вы всё равно хотите уничтожить шар. Какая разница? Так мы хотя бы вкусно поедим, — я улыбнулась. Мюррей действительно напоминал мою мать. Такой же вредный. Так же хмурится. Возможно, все взрослые маги такие? — Не хотите гуся, загадайте полную сокровищницу золота. А лучше такую, чтобы наполнялась сама по мере опустения. Несметные богатства ведь всем городским нравятся?
 
— Бель дело говорит, — Мередит покачала пальцем в воздухе. — Золото лишним не бывает. Посуду купим, кладовые запасами набьём. Гобелены эти, да простят меня предки, на болото выбросим. В них же пыли больше, чем самой ткани. Рассадник клопов! Жуть какая-то. Избавимся от хлама и каменщиков позовём, плотников. Портному Гензелю нужно чем-то платить. Ну не упрямьтесь, пожалуйста. Сколько проблем сразу пропадёт.
— Ж-ж-женщины, — зарычал от ярости маг. — Вам лишь бы тряпки и посуду! Всё к деньгам сводите.
— Ну вы же хотели свежий взгляд, — невозмутимо ответила Мери. — И никаких правил.
Лорд Мюррей застонал и закрыл лицо руками.
— Так, всё. Приказываю не тратить могущество великого артефакта на девчачьи глупости. Вопрос закрыт. Устраивайтесь спать и утром за книги. Учиться будете!
Злой маг вышел из комнаты и громко хлопнул дверью.
— Учиться, — хмыкнула Мередит. — Заметь, Бель, на пустой желудок. Эх, мужчины. Колдуны. Им лишь бы о высоком. А мы думай, где спать, что надевать и чего в котёл бросать на похлёбку. Ладно, давай устраиваться на ночь. Сил уже нет.
Моя подруга по учению взяла одеяло и постелила себе прямо на полу. Кровать-то одна. И в сон тянуло. Я пообещала себе решить проблему завтра и закрыла глаза.
Мередит
Анабель оказалась толковой соседкой. Утром мы вместе затащили в комнату вторую кровать и пошли готовить завтрак. Я боялась, что её оголтелая прыть и желание сделать всё прямо сейчас станут мешать, но Бель увлекалась работой быстро и закапывалась в неё глубоко. Овощи резала прям красиво. Ещё бы. Пятьдесят лет непрерывной практики. Любой достигнет вершины мастерства. Жаль, Елена не такая. До сих пор за неё всё мать делала, а сестра ныла, что хочет замуж. Куда ей? Муж дрянную хозяйку бить начнёт, когда напьётся. Лучше пусть сидит дома. Целее будет.
— Ну и как тебе здесь? — спрашивала я вторую ученицу.
— Хорошо, — она щурилась на яркий свет из узкого окна и всё время улыбалась.
«Блаженная» — сказал бы Нико и заржал, как конь.
И правда. В замке такая разруха, а она счастлива.
— Почему? — не вытерпела я. Спросила.
— Думаешь, я дома жила лучше? Чище и уютнее — да, но не богаче. А теперь и в замке две женщины. Справимся. Ещё успевать будем лишний раз повторить урок.
Мне бы её веру в добро. Даже Карфакса за его выходку с шаром простила, не моргнув глазом. Плечами пожала, будто ничего не случилось. А зря. Мужчинам нельзя давать спуску. Они быстро чувствуют власть и входят во вкус. Как хозяин трактира. Эх, мало Бель знала людей. Потому и смотрела на всех открытыми глазами. Чистая, доверчивая. Лесное чудо, а не колдунья.
Но практическая сметка у неё была. И с шаром быстро сообразила, что делать и на кухне не терялась совершенно. Повезло мне с соседкой.
— Слушай, Мери, я вот что подумала, — Бель говорила, не выпуская нож и морковь из рук. — Если шар исполняет любое желание, то почему бы не попросить его уничтожить самого себя? Ведь это же логично.
— Святые предки, — выдохнула я и звонко хлопнула себя по бедру. — Да! Одно желание и никаких проблем с магией. Но знаешь что? Сдаётся мне, Мюррей не сильно-то хотел его уничтожить. Триста лет терпел, кругами ходил и не догадался правильно попросить? Ой, вряд ли. Темнит учитель. Вдруг он опростоволосился?
— Это как? — хлопнула ресницами Бель.
 
— Шляпу ветром сорвало, — попыталась объяснить я. — Про господ так иногда говорят. Ухом хлопнул, рот разинул и всё.
— Потерпел поражение, — перевела вторая ученица на язык свитков и книг. — Сделал артефакт, а он не работает, как нужно. Не все желания исполняет, например. Или совсем ничего не делает. Просто заставляет тех, кто о нём знает, молчать.