Ключник (СИ)

— Успеха вам, странники. Ребят не тронули, допросили дотошно и отпустили. Если чем помочь могу, скажи?
— Да чем ты поможешь? Здесь даже снаряды не рвутся, пока я аномалию не закрою. Один у нас шанс — быстро сделать дело и уйти дальше. Сложный ваш мир оказался. Всё, конец связи. — И Егор отключил рацию.
— Не зря ты разоткровенничался? — поинтересовалась Лина.
— Нам эта информация не повредит, а им поможет. Ладно, давай я покурю, и погнали вперёд, на запад. Маршрут у нас простой, по главной улице до большой площади, за которой торговый центр. Нам даже карабкаться наверх не нужно, просто добраться до внутреннего ресторанного дворика.
Егор открыл дверь и, сев боком, прикурил. С секунду он покрутил в руке подарок Грены, после чего сунул его в карман.
— Погода портится, туча с юга идёт, — глянув в окно, проинформировала Лина. — Но далеко, ещё час, не меньше, а вот ветер крепчает.
— Хим, как вы там? Ветер не мешает? — поинтересовался Раевский.
— Мешает, — последовал немедленный ответ. — Становится неуютно, ещё немного, и придётся садиться. Поторопиться надо, гроза будет страшная.
Егор отправил бычок в полёт, и ветер, подхватив, унёс его куда-то вдаль.
Тяжёлая бронированная машина тронулась и медленно начала набирать ход. Черту города миновали спустя пять минут на скорости сорок километров в час, но Егор жал на педаль, разгоняя неповоротливый броневик. Одно его беспокоило — пробки, аномалия активировалась в семь вечера, люди как раз по домам с работы ехали, так что, впереди их могут ждать колоссальные заторы.
Грязные, усеянные старой листвой улицы, которую сейчас гнал штормовой ветер, много зелени, пустые дома. Окраины сильно пострадали во время боевых действий, восстановить порушенное войной Блок не успел.
— Может, тут нет никого? — вертя по сторонам головой, спросила Лина. — Или нас решили пропустить?
— Я бы на это не рассчитывал, — бросил Егор, переключая скорость.
Наконец броневик разогнался до девяноста. Можно, конечно, и больше, но маневренность у машины, как у утюга чугунного, чтобы перестроиться, приходилось активно крутить руль. Через двести метров впереди замаячила первая пробка, дело было на светофоре, машин десятка два. Таранить Раевский их не стал, просто вырулил на встречку.
— Каскад, город просыпается, — доложился Хим, — мутанты из домов полезли. Много, вижу уже несколько десятков.
— Как выглядят? — резко выкрутив руль, спросил Раевский.
— Похожи на тех, что были в мире ангела, человеки с чёрной шкурой, приличными когтями, выгнутые назад колени, впечатляющие зубы, крепкие, сильные. Сейчас пониже спущусь, что-то странное в них есть.
— Риола говорит, что впереди тоже чёрные из домов лезут, много, сотни, — подала голос Лина. — Дорога пока свободна.
— Чёрт, надо было маршрут глянуть, — саданул кулаком по рулю Егор. — Забыл, а теперь поздно. Справа!
Лина посмотрела в указанном направлении, её глаза расширились от ужаса. Из башен, стоящих вдоль дороги, в сторону машины бежали десятки чёрных. Лина крутанула пушку, глядя на экран планшета, и нажала сенсор огня, машина начала вздрагивать. Короткая очередь в три патрона хлестнула по плотной группе тварей, разорвав нескольких и покалечив ещё двоих, вот только остановить волну эта пушка не могла.
Движок броневика работал на максимум, скорость он так и держал девяносто, хотя, в принципе, километров тридцать ещё можно прибавить, а вообще деления на спидометре было до ста пятидесяти. Твари хоть и шустрые, но не могли тягаться по скорости с машиной, во всяком случае, догнать, пока что от погони удалось легко отрываться. Если не заблокируют дорогу…
Заноза выдала ещё одну очередь по группе, набегающей слева, но те были в полусотне метров и неопасны.
— Лин, не бей тех сзади и по сторонам, не трать боеприпасы, ствол вперёд и смотри, чтобы нас не заблокировали, встанем — хана.
Солнце окончательно исчезло, город накрывала туча. Лина ошиблась, никакого часа, ветер домчал грозу, куда быстрее.
Егор резко ушёл на левую сторону дороги, стараясь обогнуть очередную пробку, вот только на встречке из-за аварии машины тоже стояли сплошняком. Хорошо, что посередине дороги не было никаких отбойников, можно спокойно перестроиться.
 
— Иду вбок на тротуар, приготовиться к удару, — выкрикнул он, добирая влево и снося заграждение.
Машина подпрыгнула на высоком бордюре и, снеся какую-то зелёную, почти полутораметровую изгородь, выехала на велосипедную дорожку. Егор едва не выпустил руль, скорость поползла вниз, но Раевский снова притопил педаль, и броневик рванул вперёд куда активней.
— Сейчас твари окажутся очень близко, расчищай курс.
Дома здесь стояли совсем рядом с дорогой, и пятнадцати метров не было. Броневик, ревущий мотором на весь город, стрельба из пушки, всё это привело мутантов в активное состояние, если не повсеместно, то в ближайших кварталах точно.
— Лина, слева, они из окон лезут! Расчищай путь, пока мы хотя бы на дорогу не выберемся.
Мусорка, стоящая на краю тротуара, улетела в сторону дороги, врезавшись в лобовуху какого-то местного внедорожника.
Загрохотала пушка, и небольшую группу мутантов частично расшвыряло в стороны. Один из них попал под колёса. Мощный передок смял чёрного, погребая под многотонной машиной, но ещё один, которому оторвало левую конечность, прыгнул и правой уцепился за штурмовой поручень, идущий по крыше. Поскольку у него была одна лапа, он мог только закрепиться на машине, и то ненадолго. Раевский принял влево, и на минимальном расстоянии прошёл от чугунного фонарного столба, тот жалобно загудел при соприкосновении с чёрным, который на нём и остался.
Пушка над головой «лаяла» фактически без остановки. Один раз мутанту удалось запрыгнуть на крышу броневика, вот только удержаться не вышло, Лина как раз повела стволом, наводясь на новую цель, и чёрный слетел.
Через полкилометра пробка всё же рассосалась, и Егор смог свернуть с тротуара. К счастью, дома слева закончились, и пошла ограда большого парка. Оттуда никто не лез, твари не любили гнездиться вне зданий.
— Хим, обстановка? — несясь под сто тридцать прямо по сплошной двойной шестиполосной дороге, потребовал Егор.
— Я над тобой. Ветер шквальный, я с трудом держусь в воздухе. Риола не выдержала, она сейчас на моей спине, вцепилась когтями в мою шкуру. У, больно…
— Терпи, мужик, — подбодрил его Раевский, — это теперь навсегда. Что с чёрными?
— Хреново всё. Они лезут из домов. Вас спасает, что они не сразу переходят в активное состояние, им нужно хотя бы пара минут, чтобы оклематься. Но шуму всё больше, за вами несётся толпа, я даже не знаю таких чисел, но это тысячи. Они лезут из ближайших домов, начинают просыпаться те, что в глубине кварталов. Впереди пока чисто, но с боков уже отрезали.
— Ты видишь большой круглый дом со стеклянной крышей, внутри сад? Там этажей десять, и много разных вывесок, ещё площадь должна быть.
— Нет, но вижу впереди много машин, которые перекрывают всю дорогу, а по ним навстречу бегут мутанты, примерно с сотню.
Егор и сам уже заметил, как метрах в двухстах перед ними по машинам скачут чёрные фигуры.
— Лина, спереди, дави огнём!
Загрохотала пушка, а Раевский снова принял влево, там и дома подальше стояли, и деревья не так часто посажаны.
— Держи ровно, — возмутилась Заноза. — Как я стрелять буду, если ты смещаешься? Все пули по машинам пришлись, ни одного чёрного не зацепила.
— Да, как хочешь, так и стреляй, — огрызнулся Раевский, и тут же заорал, — удар!
Он протаранил, зацепив передним крылом какую-то спортивную, наверняка дорогую, тачку, припаркованную у обочины. Ту отшвырнуло в сторону, и броневик запрыгнул на бордюр, скорость сразу упала до пятидесяти.
Машина снова начала набирать ход, но она была ни фига не ферари, тяжёлая, неповоротливая дура, которая не должна ездить больше шестидесяти-семидесяти. Пушка над головой уже долбила, не затыкаясь, посылая снаряды в чёрных, прыгающих с машины на машину, пытались догнать цель, у которой резко поубавилось прыти.