Проклятье, с*ка! 2 (CB)
Есть, конечно, вероятность, получить по рёбрам или в морду, но я могу всегда отбрехаться и прикинуться лунатиком, в крайнем случае, если мы поссоримся, откатить время на пять минут назад. Да уж, ради такого я себя ещё ни разу не убивал. Видимо, пора уже выпустить напряжение…
С непривычки, в Управление мы приехали раньше обычного. В следующий раз, можно выходить из дома минут на двадцать позже. Пожелали друг дружке хорошего дня, и разошлись по своим кабинетам.
Я принялся перебирать бумаги по вчерашнему делу, и снова задумался о странной криминалистке, пытавшейся выведать у меня о моём Даре. А минут через десять заявились Ломов и Сычёв, о чём-то оживлённо споря.
— Прошлый раз ты туда мотался, в этот раз моя очередь! — недовольно ворчал хмурый Сычёв.
— Ладно, давай по-честному — «камень-ножницы»? — Улыбался ему во все тридцать два зуба Ломов.
— По-честному? Это ты называешь по-честному?! Ты же опять выиграешь!
— Ну, следуя простой логике и самой обычной статистике, в этот раз все шансы выиграть у тебя. — пожал плечами пухлый и розовощёкий Сергеич.
— Прошлые четыре раза ты то же самое говорил!
— Говорил. — Пожал плечами толстячок Ломов. — И снова скажу. Или жребий давай тянуть, или соломинки, или кидаем пальцы.
— Да иди ты! Всё это одна хрень! — Сычёв махнул на коллегу рукой. — Ладно, давай «камень-ножницы». Так хоть быстрее, чем искать соломинки и писать бумажки.
— Отлично! — обрадовался Ломов и выставил вытянутую руку со сжатым кулаком перед собой. — И-и-и… Погнали! Камень, ножницы, бумага — раз, два, три!
— Вот хрень! Ну я же тебе говорил! — Через секунду разочарованно выкрикнул Сычёв, выкинув «бумагу» против «ножниц» Ломова.
— Ага! Ну ничего, в следующий раз точно повезёт! — Улыбка на лице Сергеича стала ещё шире.
— Да иди ты, гад! — беззлобно выругался на своего напарника Сычёв и сел за свой рабочий стол. — Привет, Макс!
— И вам доброе утро! — недоумённо пробормотал я. — На что хоть играли?
— Да так… Разыгрывали поездку на новое дело.
— Даже так? — я улыбнулся. — Что за поездка такая, что её нужно разыгрывать?
— Нас вызвали на Марс. — грустно поговорил Сычёв, кинув гневный взгляд на довольного Ломова. — Вернее, в марсианскую колонию. Нужно сейчас выдвигаться, но кто-то должен остаться здесь, на хозяйстве. Ты, точно летишь, тебя же здесь мы одного не оставим.
— Теперь и я тоже. — Самодовольно хмыкнул Ломов. — Собирайся, Макс. Мы летим с тобой на Марс.
— На Марс? — Нахмурился я и всерьёз задумался об этой поездке.
— Угу. — кивнул капитан Ломов и посмотрел на часы. — Поторапливайся, мы уже опаздываем.
— Летим? На космическом корабле, что ли?
— Да на каком корабле, Макс! Через Арку, как все нормальные люди.
Точно! Через Телепортационную Арку. А как же...
— Погодите! — я уткнулся взглядом в документы в своих руках. — А как же вчерашнее дело? Я думал, мы работаем по трупу в переулке?
— Уже нет. Его забрал Белошеев.
— Капитан Белошеев? Муж той странной криминалистки?
— Угу. — кивнул мне Ломов и нахмурился. — А почему это она странная?
— Не знаю… Странная и всё.
— О! — непонятно чему, обрадовался толстяк. — Не я один считаю её странной. Слышал, Лёнь?
— Да слышал, слышал. — проворчал недовольный Сычёв. — Как по мне, обычная девчонка. Тинейджеры сейчас все такие странные.
— Тинейджеры? Лёня, да она уже лет семь как не тинейджер.
— Да? Ну, для меня все, кто младше меня лет на десять — тинейджер. Макс — тинейджер, Ксения Белошеева — тинейдждер, Мишка Потапов — тинейджер…
— У Мишки уже двое детей, почти тинейджеры. Ты вообще знаешь значение слова «тинейджер», Лёнь?
— Да знаю я всё! Не учи учёного!
— А какого хрена у нас забрали дело? — Вмешался я в разговор двух капитанов.
— У них там есть какие-то подвижки. — пояснил мне Ломов. — То ли связь с их текущим расследованием, то ли ещё что-то. Не важно. Да и так будет лучше — мутное это дело какое-то. Стопроцентный висяк.
— А на Марсе что? Кто-то украл партию их знаменитых яблок? — не сдавался я.
— Почти. Серия убийств там. Есть подозреваемый, нам только проверить, допросить и выдать вердикт. Подтвердить выводы «марсиан». Это, как бы, не наша юрисдикция, мы там будем действовать полуофициально, консультантами, нас просто попросили помочь. Давай-давай, Макс! Время! Все вопросы там, нас уже ждут.
— На Марс… Что-то не хочется мне на Марс. Не люблю я красную планету…
— Ишь ты — не хочется ему! — фыркнул мой сегодняшний напарник. — Это приказ, а не экскурсия.
— И дорого ведь наверняка? — всё ещё не хотел сдаваться я.
— Дорого, конечно. — подтвердил мою догадку Ломов. — Даже моей месячной зарплаты не хватит на проход туда-обратно. Да и просто так на Марс не попадёшь, без спецразрешения. Но нам то что? Мы же на задании — разрешение в кармане, суточный проход оплачен. Не парься, стажёр!
— Хм... Ну ладно. А кто подозреваемый то?
— Подозреваемая! — улыбнулся Ломов и важно поднял указательный палец вверх. — Ты будешь смеяться. Алиса Игоревна… — Сергеич выдержал драматическую паузу и закончил: — Селезнёва...
— Не смешно. — тяжело вздохнул я.
— А как по мне — так смешно. Лёнь, смешно ведь?
Через пять минут мы с капитаном Ломовым стояли в переулке между торговым центром и каким-то магазином, напротив огромной Телепортационной Арки. Той самой, мимо которой я частенько проходил, идя на стоянку к своему байку.
Интересная конструкция — метров пять высотой, с пульсирующим, словно живым, натянутым между внутренними стенками корпуса, вертикальным зеркалом телепорта, по которому во все стороны расходилась рябь, как круги от брошенного в воду камня.
— Ну. С Богом! — произнёс Сергеич и шагнул в зеркало телепорта.
— С Богом… Наверное. — неуверенно прошептал я и шагнул следом за наставником.
Самый обычный телепорт. Секунда, обволакивающий холод — и мы уже на другой стороне. Я даже успел сделать первый шаг по марсианской поверхности, успел увидеть падающий с потолка толстый кабель, но сделать ничего не успел.
Громкий треск, крик Ломова, гарь, вонь палёных волос, белое марево в глазах, конвульсии в теле… И я сдох! Как же глупо! Что за день такой сегодня с самого утра? И ведь даже Силу не тратил, чтобы сглазить себя так…
Откат на пять минут назад, мы с Сергеичем только вышли из нашего кабинета, оставив хмурого Сычёва за его столом разгребать бумажки. Было неприятно вот так умирать. Электричество — это очень неприятно, оказывается. Наверное, из всех смертей эта самая паршивая. Запах горелого мяса и вонь ногтей и волос я ощущаю даже после перерождения.
Второй раз это переживать не хочется. Значит, нужно держаться подальше от падающих на голову кабелей. От всех кабелей! А ещё лучше, подготовиться к такому заранее. Резиновые сапоги, перчатки, прорезиненный плащ... Это добро у нас в гардеробной имелось. Не знаю, правда, зачем... Но я видел. Может роба электрика — не знаю. Главное — что есть!
— Михал Сергееич. — Окликнул я идущего впереди меня по коридору Управления Ломова. — Дайте минуту, я кое-что забыл.
— В туалет, что ли? — хмыкнул Ломов и осуждающе покачал головой. — Макс, ну сколько можно?! Ладно, только давай быстрее, жду тебя на пропускном.
Сергеича я нагнал через три минуты. Полностью готовый к путешествию на Марс.
— Макс… — Задумчиво протянул Ломов, оглядев меня с ног до головы. — Ты похож на резиновое изделие номер два.
Не спорю, может и похож. Хотя, что это за изделие такое? Фиг его знает!
— Что? — на всякий случай, переспросил я.
— Что с тобой, Макс? Мы на Марс, а не на рыбалку собрались. Нахрена тебе резиновые сапоги и плащ? — Улыбнулся Ломов.
— Не смешно... Просто, боюсь электричества, а там же, наверняка, кабеля бесхозные разбросаны где только можно.
— Да откуда там кабеля, это же серьезная колония!
— Вот и я думаю — откуда… — задумчиво пробормотал я и пошёл следом за своим наставником.