Госпожа Радуга (СИ)
На третьем занятии мы сварили зелье от фурункулов. Причём варили все три курса, так как зелье входило в СОВ. В каждом классе я варила зелье с учеником, у которого было лучшее сочинение по заданной теме. Так и повелось. Одно занятие - теория и разбор, следующее – практика. Варить со мной вместе всем нравилось, так что дети старались. Через месяц я устроила зачёт, рассказав, как сдавала СОВ. Два вопроса по теории и варить одно из четырех зелий на выбор.
По Прорицаниям тоже было интересно, было три класса, дети с тринадцати до шестнадцати лет. Класс состоял из представителей всех факультетов, примерно по двадцать пять учеников. Проще всего было с третьим курсом: гадания по чаинкам и кофейной гуще требовали развитого воображения и умения складно составлять картинку из угаданных символов. Например: увидел ученик корабль, сердце и солнце. Приятное путешествие подарит взаимную счастливую любовь. Больше трёх-четырёх символов компоновать неудобно, лучше выбрать наиболее яркие и их интерпретировать. Всем нравилось, класс прорицаний я сделала светлым и радостным, чтобы дети настраивались на позитив. Эссе я задавала стандартные. К счастью, структура эссе детям была хорошо известна, всё логично, никакого «потока сознания». Дети аккуратно описывали во вступлении, о чём они собираются написать, и приводили три тезиса. Далее следовало три абзаца, тезис и аргументация, в заключении кратко обобщались выводы. С четвёртым курсом мы изучали старшие арканы Таро, времени на Таро отводилось почти полгода, так что было здорово. Великих арканов всего двадцать две штуки и изучать их можно до бесконечности. Я вспомнила своё давнее увлечение и рисовала по памяти пять-шесть интерпретаций нужной карты. Неожиданно одной умненькой девочке из Равенкло пришла в голову интереснейшая идея, и мы начали составлять Таро Хогвартса. Легко получилось разделить факультеты по мастям: Гриффиндор – мечи, ассоциация с мечом Годрика, Слизерин – пентакли, много детей из богатых семей. Равенкло – волшебные палочки или посохи, Хаффлпафф – кубки, вспомним их знаменитую доброту и кубок Хельги. Класс пользовался бешеной популярностью, за первый месяц прибавилось десяток четверокурсников, сбежавших со сложных рун и арифмантики. Тогда я объявила, что очень завидую их возможности изучать интересные предметы, и напросилась посещать руны. Перебежчики вернулись со мной, но от прорицаний не отказались. Ну хоть так. Жизнь моя была полна смысла, времени катастрофически не хватало.
С пятым курсом было сложнее всего, потому что нужно было посвятить три урока гаданию на внутренностях животных. К счастью, я проконсультировалась с Тофти и выяснила, что на экзамене это чисто теоретический вопрос, так что мы тщательно рассматривали картинки и зубрили методики, но никого на столе не препарировали.
Трудной оказалась ситуация со сквибами. Четырёх детей разного возраста удалось отыскать в собственных семьях, все были дико рады, трое (двенадцать, двенадцать и одиннадцать лет) поступили на свои факультеты с опозданием «по болезни», четвёртому мальчику было шестнадцать, он решил сдать СОВ и приехать в следующем сентябре на шестой курс, но было известно, что ещё минимум троих отдали магглам. Через Арабеллу и других дам я пустила известие, что принимаю анонимные послания насчёт местонахождения сквибов. Сначала никто не откликнулся, и Дамблдор долго надо мной издевался, предлагая посулить денежную награду за «материал для опытов мисс Гонт», но я улыбалась, кивала и всё-таки дождалась. Одна-единственная серая сова спикировала на меня за завтраком и бросила в тарелку пергамент. Я не люблю сюрпризов, поэтому напряглась. Дамы-благотворительницы провели поисковую работу и обнаружили шестерых бастардов магических семей, раскиданных по приютам. Ещё нашлось пятеро малышей-сквибов, подкинутых магглам. Они тоже оказались в приютах. Все знали, что Ангел мне не родной, увидели, как я с ним вожусь, и сделали выводы. Меня просили позаботиться о детях. Они готовы были помогать деньгами, но анонимно и через меня. Никто не ожидал, что я всех введу в семью, просили, чтобы я устроила детей получше, насколько это возможно. Я прожила в обычном мире несколько лет и должна была разбираться в маггловских порядках. В списке фигурировали известные фамилии. Малфоев там не было, по причине папиного заклятья, так что его сову отправили ко мне, как от самого чистенького. Я сначала растерялась, но потом кое-что придумала. Я забрала пергамент и отправилась к директору Диппету с просьбой. Я получила короткий список магглорождённых и неизвестных детей, записанных в школьной книге рассылок. Отдельным списком было отмечено трое детей, учеников Хогвартса, проводящих лето в приютах Великобритании. С разрешения директора, я навестила всех троих и предложила провести зимние каникулы у нас. Потом я твёрдо решила найти им подходящий дом на следующие каникулы.
В приют Вула мы поехали с Арабеллой в ближайшее воскресение. Перед этим я разобрала драгоценные изделия, подаренные мне змеями, и продала их скупщикам золота, причём с помощью «парере» взяла справедливую цену. Магические безделушки я также поменяла на деньги по тому же сценарию. Я открыла благотворительный фонд помощи сиротам на своё имя и вложила туда магические деньги. Маггловские я решила отвезти Магде Коул в обмен на некие договорённости.
Приют Вула радовал свежей покраской и новой детской площадкой. Арабелла смотрела во все глаза на быт простых магглов. Миссис Коул узнала меня и приняла великолепно. Она сказала, что рада видеть меня живой и здоровой. По её мнению, я принесла приюту удачу. Я пыталась увести Магду со скользкой темы, но Арабелла вцепилась в неё клещами и раскопала всю душещипательную историю моих родов. Подруга рыдала белугой и порывалась поднять и упокоить Каркарова ещё разок и медленно-медленно. У Генри в библиотеке был целый шкаф книг по некромантии, так что я подозревала, что знаю, какой семейный дар у Арабеллы. Магда заинтересовалась, кто же так насолил милой даме, тогда леди Фоули дополнила пробелы моей непростой биографии. Через десять минут рыдали уже обе женщины, я нервничала и огрызалась. После пачки салфеток и двух чайников чая, мы перешли к деловой части нашего разговора. Мы предложили взять шефство над приютом, в обмен на дополнительную группу детей с необычными возможностями. У нас были готовые наставники: дневная няня Корвина и её супруг. Они согласились ухаживать за сиротами за небольшое вознаграждение. Дневная няня моему сыну была толком не нужна, всё равно он висел на брате, отце и Трейси всё время своего бодрствования. К тому же Татина и папа-змей были на подхвате. Трое маленьких руноследов считали Корвина родным братом, немножко некрасивым, ведь у бедняжки была всего одна голова, но любимым. Родство Бантика и Ангела под сомнение тоже не ставилось. Все дети звали меня мама-мама, Татину – мамой-Татиной, а Трейси всем приходилась бабушкой. Выпрашивали вкусненькое у бабушки безошибочно все хвостатые и двуногие малыши.
Я обещала полностью взять оформление переводов на себя. Ещё бы, пистолетом (фамильным «парере») и добрым словом можно многого добиться. Миссис Коул оказалась настоящей акулой капитализма, и всего через два часа криков, споров и взаимных упрёков мы ударили по рукам. Дети поселились в новом месте через две недели. Мебель в спальнях стояла добротная, одежду мы купили оптом для всего приюта, два новых воспитателя с энтузиазмом взялись за выполнение своих обязанностей. Решено было откормить и успокоить детей, а потом уже тестировать шляпой и вводить в незнакомый мир. Бастардов Блэков было целых три штуки. Они присмотрелись друг к другу, объединились и вели себя шумно и задиристо, как взрослые родственнички. Двое кареглазых близнецов были подозрительно похожи на Хэспер Гамп и, скорее всего, являлись её племянниками. Брат Хэспер погиб три года назад в неравном бою с драконом, у которого он пытался отпилить зуб. Надеюсь, что идиотизм по наследству не передаётся. Близнецы были сквибами десяти лет, шляпа отправила их на Равенкло, а я навестила вдову Гамп. Сначала она открещивалась от малышей, но узнав, что они похожи на Хэспер, что дети - близнецы и маги, разрыдалась и попросила помощи в оформлении опеки. Её муж утащил детей тайком от жены, наврав ей, что они утонули в реке. Бедная женщина поседела от горя, но продолжала жить и пытаться завести ещё ребёночка. С мужем их отношения разладились, когда он погиб, она не особо горевала. Гектор Фоули помог молниеносно оформить документы, и малыши отправились к маме на «усыновление». В двухэтажный дом на краю Хогсмита вернулось тихое, робкое счастье. К Блэкам я не пошла, а привела Чарис в приют. Она только что вышла замуж за Крауча и любила весь мир. Домой она вернулась задумчивая, отвесила мужу звонкую затрещину, аргументируя, что все мужики – козлы, и оформила опеку над трёхлетней черноглазой девочкой. Бездетные Лонгботтомы забрали к себе ученицу Хогвартса, Агнессу. Этой малышке очень нравились травы, Лонгботтомы привлекали её к помощи в их садах и даже платили небольшую зарплату. Глядя в глаза Каллидоры Блек, я не удивилась, когда Лонгботтомы попросили удочерить девочку. В Агнессе явно проступали фамильные Блэковские черты. Не знаю, кто из многочисленных Блэков отметился, но девчушка была полукровкой. Другая сиротка с третьего курса Равенкло проявила способности к зельям, Октавиус взял над ней шефство и поинтересовался, может ли жена быть моложе лет на пятнадцать? Потом он понял, что сказал - у меня и Генри разница составляла двадцать восемь лет - и страшно засмущался. Я провела с ним беседу насчёт целомудрия невесты до совершеннолетия, он признался, что его это только радует, и Трейси оформила опекунство над Лореной. Самая взрослая из девочек была шестнадцатилетней гриффиндоркой Мэлори Смит. Ей нравились прорицания и у нее имелся жених из магглорождённых. Я списалась с Кассандрой Трелони и попросила дать Мэлори частные уроки. В ответ она прислала мне книгу «Ксиломантия» и посоветовала обратиться к сыну Селины Серворфи, автора данного произведения. Генри был знаком с Вилки Серворфи, поэтому мы навестили пожилого волшебника вместе. Когда я увидела его вживую, то не стала миндальничать и прямо спросила, знает ли он о дочери. Вилки удивился и не поверил, пришлось сварить зелье родства. Были допрошены с пристрастием семейные портреты, и родство подтвердилось. Мэлори оказалась его сестрой, а не дочерью, Вилки был последним из своего Рода и очень обрадовался появлению родной кровиночки. Гринграссы усыновили светловолосого мальчика, серьёзного и работящего. За одну осень я распихала кучу сироток. Ну почему никто не сделал этого в каноне? Почему? Мальчишка Том Риддл был талантливый и сильный, если бы кто-нибудь озадачился, я уверена, что история была бы другой.