Мой мир (СИ)

Я шел от флажка до флажка, стараясь контролировать ситуацию. Временами что-то задевало ноги, но в этой темно-зеленой жиже мне было не разобрать что там. Пейзаж постепенно менялся. Вдали показалось нагромождение камней и коряг и несколько кряжистых толстых, но невысоких деревьев. Ближайший флажок вел меня в ту сторону. Хоть там был и островок суши, но уж больно место для всякого рода засад подходящее. «Я бы его обошел, но это болото не провалиться бы.» — мелькнуло в моей голове. Идя вперед и пристально рассматривая пейзаж спереди, я на прочь забыл смотреть по сторонам. А зря. Выйдя на берег, этого негостеприимного островка, я начал обходить ближайший камень в человеческий рост, как вдруг, сверху на меня что-то кинулось. Я успел среагировать: присел и выставил вверх трезубец. На трезубец навалилась неподъемная тяжесть, такая, что чуть не вывернула мне руку. Пришлось выпустить трезубец и спешно откатиться в сторону. В руках остался только стилет. Что-то толстое и длинное больно ударило, а затем, начало обвиваться вокруг моего тела. Похоже какая-то змея. «Везет мне на гадов» — мелькнуло в моей голове.
Я воткнул стилет в кольцо из живой плоти, которое сдавило мою грудь. В метре от меня раздалось страшное шипение, с повизгиванием. Давление на мою грудь перестало нарастать, но не ослабело, а змеиное кольцо толщиной в мою ляжку некуда не делось. Я вытащил свое оружие из тела гада и с размаху вогнал стилет в образовавшуюся рану. Брызнула оранжевая жидкость и вновь раздалось шипение, а хватка начала слабнуть. Так я проделал раз десять и почти рассек пополам живое кольцо. Гад изворачивался вокруг меня и бился в конвульсиях, а потом затих. Перепачканный в оранжевой крови, пошатываясь я пошел искать свой трезубец. Он оказался воткнутым в большую голову этого гада, а его зубцы торчали из черепной коробки. Страшная челюсть с острейшими зубами длиной по десять сантиметров была открыта, ее зафиксировал мой трезубец. Из пасти продолжала капать слюна вперемешку с оранжевой кровью. Поднатпрягшись, я вытащил оружие из головы хищника и попытался понять, что это было за животное. Похоже на змею с двумя головами и общим телом. Шейные отростки каждой головы были метра по три, дальше сочленения, где головы прирастали к общему телу. Сложно сказать какой длинны было это чудовище, потому что часть его туловища терялась в мутной воде.
«Надо отдохнуть», — подумалось мне. Но не тут-то было. В голове раздался страшный рык и басовитый рокот: «Ты убил мою Клуню! Ты не должен был убить мою Клуню! Ты ее ужин! Ты ее еда! Жалкий самец — еда для Клуни!!!» Я пошатнулся под такой ментальной атакой и чуть не упал.
Такой ментальный натиск не выдерживала даже моя сетка. «Что там мне говорили о борьбе с ментальными атаками. А да пустоголовые. Надо очистить голову от мыслей.» — и я постарался ни о чем не думать. Вопли в голове стали утихать и слабнуть.
«Еда для моей Клуни, я лично убью тебя и нарежу на кусочки!» — уже более слабо раздалось в моей голове и фон угроз стих, но какой-то звон — «присутствия врага» остался, и я это чувствовал
«Замри!» — раздалась ментальная команда врага. Я постарался сделать в точности наоборот и бросился на землю, хотя мне стоило это больших усилий.
Упал я за небольшой бугорок, в который воткнулось что-то среднее между копьем и дротиком размером в полтора метра. Другое такое же оружие пролетело надомной в пятидесяти сантиметрах, а третье в метре.
«Ты странный самец! Неправильный самец! Но это не дает тебе право жить!» — продолжал гнуть свою линию эмоциональный ментал. Я приподнял голову из-за бугорка и увидел его. Небольшого роста примерно метр шестьдесят сантиметров весь покрыт чешуей черного и тёмно-зелёного цвета с блестящим отливом. По-моему, у него когда-то было четыре руки, а сейчас только три под правой болтался обрубок. Лица я рассмотреть не упал, потому что он как раз наклонился что бы подобрать палки-дротики. Надо было уходить с линии обстрела. С одним стилетом в руках против метательных дротиков мне не выстоять, темболее под таким ментальным прессингом.
 
Неподалеку, с права, торчала коряга, за которую я и прыгнул. И вовремя, в корягу тут же воткнулся самодельный дротик. В своем новом укрытии, я наткнулся на выводок змеек в пять хвостов или десять голов и быстро порубил их, памятуя о том, в каких монстров, они вырастают.
Я не стал двигаться к скале, которая стояла по среди островка, а пошел по краю вдоль коряжника. Каким-то шестым чувством я почуял неладное и замер. Коряга впереди зашевелилась и в болоте стали исчезать кольцо за кольцом части такого же монстра. Над поверхностью черно-зеленой жижи в десяти метрах от меня проплыло две головы гада с которым я уже имел честь познакомиться. Проводив взглядом рептилию, постояв несколько минут я хотел было двинуться дальше, но вовремя заметил перепрыгнувшего корягу врага. Этот чешуйчатый гад не видел меня хотя и стоял в метре, но был повернут спиной ко мне.
«Я чувствую ты рядом, хоть и пытаешься скрыть от меня свои мысли. Все равно ты станешь едой!» — билось у меня в голове. Руки его сжимали сразу три копья дротика, Он напряженно изучал окрестности.
И тут я решился. Метнулся к нему, воткнул в спину стилет, который ушел по самую рукоятку в плоть охотника за головами. Он моментально среагировал. Развернувшись он отбросил два копья, а третье использовал как удавку, навалившись он припер меня к коряге, прижав мое горло и начал давить. Не ожидав от противника такой прыти, я выпустил кинжал, оставив его в спине врага и теперь судорожно пытался нащупать рукоять, второй рукой пытаясь отсрочить удушение. Наконец ухватив стилет, я выдернул его и в панике, раз за разом, начал вгонять лезвие в тело врага. Удар, затем еще и еще. Но силы покидали меня, и я отключился.
Глава 10
Очнулся я уже ночью. Вокруг было темно, и только поверхность болота слегка светилась. Вероятно, в воде присутствовала примесь фосфора. Кромешной тьмы не было. Полумрак. Довольно красивое зрелище ночное болото в здешних краях. Вокруг летали светящиеся насекомые разных размеров и форм. Обворожительное зрелище. «А может я уже в раю» — пришла отстраненная мысль. Ее надо было, срочно, проверить.
Я пошевелил рукой, потом другой, затем сел. Вроде все в порядке, только болела грудь и дышать было тяжеловато, но в общем, самочувствие терпимое.
«Все-таки я не в раю, а на болоте-полигоне. Плохо! А ведь как красиво вокруг! Если бы не само болото.» — лезли в голову пацифистские мысли, а ведь здесь меня несколько раз пытались убить, да и днем болото красотой не отличалось.
«Надо собрать свои «зубочистки», как их называет Тулия», — я встал и начал озираться.
Рядом с собой я нашел только два брошенных жабойдом дротика. Подобрал их. Самого трехрукого нигде не было видно. В полумраке сложно изучать обстановку, да и следов не увидишь. Пропал мой враг вместе с моим стилетом. Я пошел искать трезубец, который остался в Клуне, убитую мной вначале. И этого здоровенного гада, тоже, нигде не было видно. Исчез с трезубцем. В руках у меня остались только две заостренные палки. Что ж, это лучше, чем ничего. Мне пора было выбираться из этого красивейшего места, пока еще видно куда идти. Следующий флажок я заметил метрах в пятидесяти от себя. Так и шел, от флажка к флажку, без приключений до самых ворот, любуясь окружающей красотой болота.
Подойдя к воротам, попытался дернуться в них. Они оказались закрыты. Побарабанил кулаком по гладкой железной поверхности. Никакой реакции.
Перед воротами была сухая площадка, метров тридцать в длину и столько же в ширину, и я, не мудрствуя лукаво, улегся спать прямо на землю. Ждать утра бодрствуя сил не осталось. Едва коснувшись земли, я провалился в черное небытие.
Очнулся от того, что кто-то меня, бесцеремонно, пихает в бок.
— Смотри-ка, та грязная скотина ‒ жива! — услышал я женский голос, когда попытался отодвинуться от чьего-то назойливого сапога. И тут же открыл глаза и уставился на говорившую, непонимающими глазами.