Мой мир (СИ)

Тулия подошла к валявшейся здоровенной туше арахнида раза в два больше ее самой. Пихнув эту тушу ногой, она заговорила:
— Когда тебя завалили, арахниды посыпались со скал задавив нас числом. Нас рвали зубами и клыками. Били здоровенными камнями, рубили костяными саблями, — и тулия поддела ногой одну из конечностей мертвого врага, которая выгладила как костяная сабля. — Дальше было, просто. Пять минут мы отбивались как могли. К нам на помощь подошли основные силы экспедиции. Мы, ведь, были авангардом, приманкой для этих мутантов. Их просто смели и заставили бежать. А испуганное животное бежит куда?
Я удивленно слушал ее рассказ.
— …Испуганное животное бежит прятаться к себе в логово. Вот наши основные силы погнали этих монстров, чтобы выжечь это паучье гнездо к чертям. А нас было приказано эвакуировать в своих живых и раненых вместе с группой эвакуации, что мы тут с успехом и выполняем. Ты у нас был на сладкое. Тебя искать не надо. Этот железный гроб издалека видать. Хорошо, что сам вылез, а то бы пришлось за тобой внутрь лезть.
— Я, этого, не понимаю. Ведь все, что вы рассказали, требует времени, как минимум часа два. А для меня прошло несколько минут. — развел я руками и пожал плечами.
— Может ты при падении сознание потерял и поэтому все пропустил, — предположила Кирана. — Пощупай свою голову может шишка или синяки есть?
— Ощупав голову на предмет повреждений, и не обнаружив таковых, я сказал:
— Вроде никаких шишек и синяков!
— Некоторые монстры обладают ментальным воздействием на мозг, — вдруг сказала Тулия. — Скорее всего тебя попытались вывести из строя таким образом, как самую большую угрозу, по их мнению.
— То есть меня загипнотизировали что ли? — спросил я и испугался, что задал вопрос.
— Не совсем, — ответила она. — Для гипноза нужен визуальный контакт и какое-то время для воздействия на живое существо. А для ментального воздействия ничего этого не нужно. Достаточно знать о существовании рядом чужого разума. Сильные менталы могут управлять толпой, слабенькие выключают жертве мозг на небольшой промежуток времени, как в твоем случае.
Я вопросительно смотрел на Тулию. Она снисходительно улыбнулась и сказала:
— Ладно спрашивай.
— А как-то бороться с такими воздействиями можно?
— Есть целая техника борьбы с ментальным воздействием. У нас даже проводится курс по противостоянию слабым ментальным атакам ответила сотница. — Вот от таких случаев в бою. Некоторые мутанты обладают зачатками таких способностей. Но от сильного ментала эти знания тебя не спасут. Ты, наверное, слыхал про пустоголовых самцов.
— Да что-то слышал. Только не понял кто это, — ответил я.
‒ В нашем инкубаторе генные инженеры вывели специальную породу самцов, которые могут полностью отключать свой мозг и тогда мозг недоступен для ментального воздействия. Ментал, какой бы он не был суперсильный не сможет воздействовать на пустоголового, потомучто тот уводит свое сознание и свой разум какую-то иную реальность. Ну ладно, хватит на сегодня лекций. Вон, за нами уже транспорт едет.
Вдали показался бронемобиль и еще какие-то машины, явно не боевые..
— Сейчас нас заберут, а дорогу приведут в порядок, — посмотрев в ту же сторону куда и мы, сказала Кананара.
В транспорт мы погрузились молча и поехали в обратный путь, а строительная техника осталась и начала работать.
Девушки сели на два передних сидения справа от прохода, а мне Тулия сказала:
— Садись рядом, — и указала на два левых сидения. — Заслужил.
Девушка улыбнулась. И я сел.
— Что здесь Гера делает на этом строительном погрузчике? — спросила Кананара у Тулии. — Ты вроде с ней успела переговорить. Она же из другой сотни и не последний там человек.
— Просто у нее было дежурство, — спокойной ответила Тулия. — Вот и послали. Не отвертишься.
— Понятно, сказала Кананара и откинулась на своём мягком кресле, закрыв глаза.
Тулия сделала то же самое. Монотонный гул мотора расслаблял и успокаивал, после напряженного боя. Так мы и ехали до самого лагеря легиона «Чумы», не останавливаясь и не сабля скорость. За бронеплитами не было видно окрестного пейзажа.
 
«Почему они не поставят по планете бытовые порталы перехода через пространство», ‒ подумалось мне — «Это же так удобно. Раз ‒ и ты в своей шахте. Раз ‒ и ты снова на базе. Не надо тратить время на дорогу, убивать ценный ресурс. У них тут какой-то свой мир и что б его понять, нужно о нем узнать побольше и при все при этом не умирать».
Я тоже откинулся на сидении и закрыл глаза.
Так мы добрались до базы без приключений. Меня высадили у знакомого мне здания с ремонтным боксом, где меня встретил Парс-18.
Похоже, теперь я ‒ его персональное задание, а он ‒ мой личный нянька.
— Ты чего, воевал? Да? — спросил он меня, как только мы остались вдвоем временном боксе. — Это, наверное, страшно?
— Если знаешь, что и как делать, то страх уходит, вытесняется делом, которому тебя учили, — ответил я. — По началу да, страшновато. Оторопь берет.
— А тебя что, учили воевать? — спросил Парс.
— Скажем так, меня учили управлять боевыми роботами, а они применяются в боевых действиях и в различных вооруженный конфликтах.
— Да ты теперь особа привилегированная, почти как эти легионерши, — сделал вывод мой гид.
— Я вообще то с другой планеты, не местный и не собираюсь здесь жить, ‒ напомнил я ему. — А там, на родине у меня свободы намного больше, чем здесь, на Мугнии.
— Но ты пока что здесь, а не там, — весомо заявил Парс-18. — И вообще пошли-ка в столовую, а потом спать. Завтра тебе привезут твоего сломанного робота и будет чем заняться в ожидании твоего показа.
— А мне же сказали, что командирша эта, как ее, Хаза уже появилась и скоро будет смотреть товар. — я в растерянности посмотрел на собеседника,
Он усмехнулся и ответил:
— Ты, всего лишь на всего, самец. И когда до тебя снизойдет местная королева — это только ей известно. А пока, она решает свои насущные проблемы. Так что ты не обольщайся в своей значимости.
Меня засасывала местная рутина. Это меня начинало пугать. Как же выбраться с этой планеты, если ты сюда попал и оказался неинтересен, как продавец ненужного хлама. Ведь какой бы ни был у тебя распрекрасный робот слабым звеном в нем является пилот. С помощью слабенькой ментальной атаки этот суперпрофессионал выводится из строя, а сам робот становится горой блестящего хлама, которая ничего не может. Поэтому — то для Хазы терять время на смотрины блестящих погремушек неинтересно. Вот если бы мне самому научиться противостоять ментальным атакам. Тогда можно подрать товар с выгодной стороны и с чистой совестью валить с этой негостеприимной планеты.
Все это роилось у мен в голове перед тем как я уснул в казарме для самцов, после невкусного, но довольно питательного ужина в столовой.
Утром, после подъема, построения, завтрака и распределения на работы, мы с Парсом-18 отправились в наш «любимый» бокс, где нас ждала работа по починке соевого раритетного робота Фишка 4
— Послушай Парс-18, а можно ли как нибудь научиться противостоять ментальным атакам? — спросил я у своего гида, когда мы приступили к ремонту.
— Ну я не знаю. Здесь на нашей планете только «пустоголовые» самые крутые антименталисты, — ответил Парс. — Но как стать таким, этого я не знаю. Знаю только, что живут они недолго. Их боятся даже суки и стараются от них избавиться, как от опасного соперника. Но зачем-то они нужны, раз инкубатор их вновь делает и поставляет на службу к добытчикам.
Это было что-то новенькое и надо было узнать об этом по подробнее.
Пока я настраивался на работу. Пока взвешивал своего безногого робота на подъемных электроталях, что б приступить к ремонту, демонтажу выведенной из строя ходовой части, мне в голову лезли мысль: «как бы провернуть самообучение менталистике и защиты от нее, это открыло бы столько возможностей». И тут раздался знакомый голос: