Инженерный Парадокс (СИ)

Правда, это «готовы» — весьма шаткое. И Феде приходилось, как проклятому, мотаться на переговоры, заручась реальными обещаниями.
Ну и время на это появилось как раз потому, что Гаражные на текущий момент официально не участвовали в конфликте, за что спасибо изворотливости Марка.
А ещё хорошо, что появилась личная машина. В результате неприятностей последних недель в Гараже оказалась куча трофеев, но как разъездная машина годилась только основной транспортник банды. Остальные либо имели повреждения, неустранимые в быстрые сроки, либо выглядели, как счастливый сон патологического садиста, с шипами и черепами. Тоже ведь на такой не поездишь: самому противно, да и люди не поймут. А переделки такого чуть ли не дольше ремонта.
  
Но Марк, Андрей и Либерман провернули какую-то запредельную афёру с взаимозачётом, в которую Фёдор не вникал — просто времени не было. Но в результате банда, помимо транспорта на пятнадцать человек, обзавелась двумя бронированными легковушками, довольно высокого класса и на ходу.
А ещё… есть обида на Марка, что он не позвал, когда начались неприятности. Но тут надо признать: сам Фёдор решал свои проблемы своими силами, стараясь избежать просьб о помощи. А в ситуации у Кузнецовых… были бы жертвы среди парней, гарантированно.
Ну и вдобавок не стоит забывать: Марк — друг. Хороший парень. Но при этом он и аристократ. А у этой публики, какими бы хорошими или плохими не были, свои правила, понятия и честь.
На этом машина подъехала к центральному входу в Гараж, Фёдор вышел и замер: то, что двери были укреплены — это понятно. Но сейчас в дверях, с оружием наготове, стоял Хром, поздоровавшийся, но неспешащий освободить дорогу.
— И как это понимать, Хром?
— Атаман, надо проверку пройти, — извиняющимся голосом произнёс парень.
— Какую, в задницу, проверку⁈ Хром, ты бухой, что ли⁈ Я А-ТА-МАН Гаражной банды! — ошалело выдал Фёдор.
— Так оно так, атаман. Ты прости…. Но Марк сказал «надо». И про тебя узнавали — а он «его особенно»…
— Херня какая-то, — помотал головой Фёдор, набирая Марка.
— Привет, Федь.
— Марк, какого хрена какая-то проверка…
— А ты уже у Гаража?
— ДА!
— Сейчас буду, — произнёс Марк, разрывая связь.
Через полторы минуту Марк выходил из Гаража. За это время из машины вышел водитель и Горелый, телохранитель Федора.
Хром чуть не проваливался сквозь землю, но несколько раз нервно повторил, что проверка нужна. Ради банды и самого Фёдора.
Так что к появлению друга атаман был относительно спокоен, внутренне смеялся, хоть и не очень уверенно. И, естественно, желал знать, что за хренотень творится в Гараже.
— И что за хренотень творится в Гараже, Марк? — поинтересовался он.
— Проверка на алхимию в теле, Федь. В текущих условиях это необходимо, а полномочия ты мне дал.
— На оборону… ну вообще дал. Но причём тут вот это⁈ — указал он на светящийся прибор, напоминающий полусомкнутую челюсть.
— Сделал из чего было, — пожал плечами Марк. — По моему — ничего.
— Да нормально, я не понял, какого ты проверяешь меня⁈
— А если это не ты?
— В смысле? — недоумённо уставился Федор на Марка.
— Кхм… понятно. Тогда, Федь, просто ОЧЕНЬ тебя прошу — пройди проверку. Хотя бы ради дисциплины — мне и так с парнями ругани хватило из-за поголовной проверки. А потом к тебе будет разговор.
— Ну ладно, — прикинул Федя и решил, что в достаточной степени доверяет Марку.
Рука в пасти не почувствовала вообще ничего, а через пару минут в кабинете Фёдора, помимо него, находился Марк и Кирпич.
— В общем, Федя, до меня только что дошло, что ты алхимией не занимаешься, — со смущенным видом сообщил Марк. — А родовой библиотеки у тебя не было. Ты, наверное, считаешь, что алхимия — микстуры и прочая жидкость?
— Ну да, — кивнул Фёдор. — Барыги же ампулы продают.
— Это не алхимия, Федь. Это побочный продукт, отходы, отбросы производства. Почему такие сильные побочные эффекты, Кирпич, ты тоже не знаешь?
— Знаю, служил. Но так, по верхам, так что послушаю, если ты не против.
И Марк рассказал, что алхимия — не фармацевтика и не зельеварение. А трансмутация Даром простых веществ и придание им эфирных свойств.
— Не понял, это же артефакты?
— Они алхимией и делаются. И лет двести назад, по легенде, какой-то барон получил ранение куском доспеха. Магического. Но он не извлёк осколок и вскоре понял, что стал быстрее и сильнее.
— И?
— Сдох через месяц, конечно. Но про находку рассказал. Так алхимия тела, которую сейчас все называют алхимией, и появилась. Инъекции, составы без побочных эффектов, обычно в виде порошка, — на последнем Марк гадливо поморщился, — имплантируемые пластины…
— Импланты? — вскричал Федя, на что Кирпич криво усмехнулся и кивнул.
— Они — вершина телесной алхими. И «да», Федь.
— Это, конечно, чертовски интересно, но почему меня не пускали в Гараж? — подумав, поинтересовался атаман.
На что Марк рассказал, что есть импланты, позволяющие наделить тело пластичностью и морфичностью. Настолько, что носящий его может выглядеть полностью так, как хочет.
— Как в кино? — с кривой улыбкой, но впечатлённый, уточнил Фёдор.
— Ну да, примерно так. Хотя там глупостей много, да и не мгновенный процесс, несколько часов, вроде.
— Это — понятно. Но Марк, ты думаешь, что в Гараж припрётся аристо с имплантами?
— Вообще — может, — совершенно серьёзно сообщил Марк. — Но маловероятно. Просто побочные продукты изготовления импланта-метаморфа есть.
— Зелье, и работает так же?
— Зелье. И работает так же.
— Но только один раз, — добавил Кирпич. — Мой косяк, не подумал. А у «Гиен» может быть, Федь.
— А один почему?
— Потому что принявший такое зелье через двадцать-тридцать часов превратится в слизь и крошки костей, без вариантов, — пожал плечами Марк. — Но отбитых алхимистов среди «Гиен» хватает, сам видел.
— Понял, — кивнул Фёдор.
— Кстати, атаман, — вдруг вскинулся Кирпич. — Двое парней развернулись перед входом, узнав про проверку. И ещё двое сегодня не пришло.
— Алхимисты, — задумчиво и недовольно протянул Фёдор.
— Похоже на то.
Дело в том, что у Гаражных был запрет на дурманящие вещества и алхимию. Причин несколько: от банальной логики, до не слишком приятного фединого опыта: несколько близких людей ещё из детской компании умерли от алхимии.
С алкоголем было полегче, но бухой в умат член компании, появившийся в таком виде в Гараже, или в нём набравшийся, штрафовался на ощутимую долю, а при рецидиве — изгонялся.
Банда на этом потеряла несколько человек, но те, кто были — были надёжными и в сознании. И ждать от них атаки невидимых врагов, с жертвами среди парней, не приходилось.
— Так, по парням мы с тобой позже поговорим, Кирпич, — решительно сказал Фёдор.
— Хорошо, атаман. Пойду пока, — приподнялся Кирпич из-за стола, прекрасно поняв намёк, что друзьям надо пообщаться.
Вышел, а через секунду из-за двери раздался рычащий мат и звуки ударов: имплант Кирпича снова начал сбоить, причиняя нестерпимую боль. А Кирпич — бить себя по голове, призывая дефектное устройство к порядку.
— Марк, слушай, со всей этой хренотенью мы так толком и не поговорили про нападение, — потирая переносицу произнёс Фёдор. — Что там было?
  
— А чёрт его знает, Федь. Пил кофе, отдыхал. И тут взрывы, грохот. Спрятался под кровать… Или под стол, не помню, — мечтательно уставился на потолок Марк.
— Ну… ладно, не хочешь — не говори. А вышел, то что? — улыбнулся Фёдор.