Инженерный Парадокс (СИ)
Ну вот, может займутся чем-то полезным. И заработают себе на снаряжение. А то завели моду ныть: ну когда Марк каждому армейскую штурмовую винтовку сделает? Ага, сделаю и в задницу по самый приклад засуну!
Сколько раз говорил — не только собиратели, но и они сами должны искать полезное, если хотят стволы. А так, с наглядным примером, может дойдёт.
На этом я вернулся к стоящему на столе трехмерному принтеру. Домой сегодня опять не попаду, но, в отличие от пулемёта, с этим инструментом мне чертовски повезло…
Глава 9
Новгород, особняк Барышниковой
Баронесса сидела на белоснежном балконе, с видом на приусадебный сад и дома Новгорода в отдалении. Но не любовалась видом и не отдыхала: она связывалась с знакомыми, партнёрами, подчинёнными с помощью терминала. В общем, занималась тем, чем и положено заниматься главе рода.
Правда уровень её актёрского мастерства поражал: если бы нашёлся наблюдатель, то он, скорее всего, подумал бы, что на балконе сидит не одна, а несколько женщин.
Безжалостная начальница, расчётливая стерва, наивная дурочка, влюблённая женщина.
Масса масок и ролей, прекрасно отыгранных, но после окончания разговора не оставляющих и следа на устало-недовольном лице Барышниковой.
Наконец, вздохнув и отпив из бокала, она вызвала очередного собеседника. И на этот раз не играла: лицо было усталым, раздражённым.
— Поступил счёт на полторы тысячи рублей за твои художества, — через губу процедила она, смотря на молодого, чрезмерно пухлого парня с водянистыми глазами навыкате.
— Ну-у-у… я-а-а…
— Я тебе, братец, выделяю достойное содержание! — уже повысила голос она.
— Так это… — практически блеял собеседник, отводя глаза.
— И ты знаешь, откуда? — захлопала она глазами.
— Бордель, — вздохнул собеседник.
— Именно! Бордель! И я бы плюнула на твои художества… Но это третий раз за месяц!!! Трахаешь девок — трахай! Но не калечь! Не можешь без этого — вали в Нижний город! ДОСТАЛ!!! — фактически проорала баронесса.
— Ирочка…
— Баронесса Барышникова! Значит так, братец. Если ты так любишь развлекаться, принеси роду пользу, — совершенно спокойно, как будто не было предыдущего взрыва, продолжила женщина. — Мне нужен Марк Мечников, живой или труп. Навести Мечниковых, погости у них, собери хоть какую-то информацию. За этой… Софьей Мечниковой поухаживай, в конце концов. Может узнаешь что-то.
— Сделаю. А деньги…
— Сделаешь — увеличу твоё еженедельное содержание на полтысячи. Не сделаешь — урежу на ту же сумму. И… впрочем, не такой ты и дурак, сам всё понимаешь.
С этими словами она разорвала связь, в задумчивости откинувшись в кресле. Её семья, Барышниковы, была невелика: двоюродный брат и пара сестёр. Но на ней, как на главе рода, оказался груз ответственности за них. И ведь не выкинешь бездельников, если не хочешь оставаться изгоем в рядах аристократов. При этом, если сестры худо-бедно приносили пользу, помимо своих загулов, то этот придурок…
Нет, иногда и он приносил пользу: обладатель не самого слабого Дара, не говоря о компании из таких же отмороженных дружков. Вдобавок, если Николай Барышников кого-то допрашивал, то выходило это у него так быстро, что матёрые палачи удивлялись. Хотя на сам процесс работы братца Барышникова старалась не смотреть: даже для её закалённой психики это было слишком эффективно.
И тут размышления баронессы прервал звон терминала, смотря на который она чуть ли не почернела лицом. Гневно занесла руку… Но расслабилась, откинувшись на кресло, и даже ухмыльнулась.
— Нет, это положительно становится смешным, — вслух произнесла она, просматривая данные. — Уже девятый. Так, обнаружен в ста пятидесяти километрах от Новгорода… пещера… — просматривала она доклад егерей. — Нет, действительно, не лес, а проходной двор. Отозвать этих трудоголиков, что ли? — задумалась она.
Но, подумав, решила оставить всё, как есть. Пусть ищут, хотя в то, что Марк скрывается в лесах она уже совершенно не верила. Но при этом никаких иных следов его пребывания не было. Что самое главное — денежных.
Сделать из нескольких работников новгородского филиала Его Императорского Величества Банка осведомителей стоило Барышниковой в свое время массу времени и сил. Но теперь она была уверена, что стоит Марку воспользоваться своим счётом или одним из заначек её бывшего мужа, место она узнает через считанные минуты.
Сделать что-то иное, конечно, не выйдет. Да и сам факт передачи такой информации, если всплывёт, будет стоить осведомителям головы. Кроме того, у служб империи к Барышниковой появятся неудобные вопросы… Но никто не узнает.
Но, тем не менее, выходило что Марк вообще не трогал деньги. А где жил, да даже что ел — непонятно.
— Ну не сдох же он, втихаря, да ещё так, чтобы тело не нашли. Мне назло, — не слишком весело ухмыльнулась баронесса.
И, как будто отвечая на её вопрос, терминал пискнул. Бросившая ленивый взгляд на монитор, Барышникова вскинулась, кинулась к терминалу, разворачивая данные.
А через секунду особняк Барышниковой оглашал разъярённый крик:
— ЧТО?!! СТОЛИЦА ПОДНЕБЕСНОЙ ИМПЕРИИ?!!
* * *Я стоял на пороге жилого дома, смотря за разгрузкой и припоминая утренний разговор с Федей.
— Вот, Марк, как и договаривались, — сообщил друг, кладя на стол в моей комнатке пачки денег. — По-моему, ты слишком много им предложил, — откомментировал он.
— Мы с тобой говорили, Федь, — пожал я плечами, убирая деньги. — Средства у меня есть, но висят мёртвым грузом. Получить три четверти того, чего нельзя использовать — лучше, чем не иметь ничего.
— Так-то так, но не слишком ли ты опасаешься? Имперский Банк даже в Нижнем известен честностью.
Что, в общем, так и было. Даже секретные службы Империи могли получить данные о вкладчике только по решению суда. Никаких «мне можно и положено» не было, судя по всему, мне известному.
Собственно только подобная щепетильность и позволила существовать подобной структуре, в немалой степени поддерживающей честность государства.
Аристократические корпорации просто не стали бы хранить деньги в организации, которая «сливает» их данные, и может арестовать счета в угоду сиюминутным интересам. Но Имперский Банк этого не делал, так что оставался основным и, фактически, единственным, оставив корпоративным банкам роль местечковых отделений.
— Имперский Банк надёжен, а розыск меня незаконен, — признал я под кивки Феди. — Вот только Барышникова ОЧЕНЬ хочет меня найти, это раз, — стал загибать я пальцы. — В банке работают люди, а в Новгороде у Барышниковой ОЧЕНЬ серьёзные связи, это два. И, наконец, есть пусть небольшая, но возможная вероятность, что меня сдаст не банк, а продавец, если я буду платить со своих счетов, это три.
— С последним, Марк, ты, как по мне, перегибаешь, — задумчиво отметил Федя, на что я просто пожал плечами.
— Тем не менее, рисковать я не намерен. Проблем у этой семьи не было?
— Да нет, — с улыбкой отмахнулся Федя. — Ван призывает на твою голову «благословение Небесного Императора».
— Что тоже неплохо — не только решил свои проблемы, но и помог оказавшимся в заднице людям, не тратя чрезмерных сил и средств.
Тем временем грузчики навалили перед воротами здоровенные кучи бетона, арматуры, стальных плит. Стройматериалов, в общем, и уехали. И кучу начали растаскивать нанятые рабочие.
А я посмотрел на стоящего рядом Медного и, на всякий случай, в последний раз уточнил: