Белый воротничок (СИ)

— Э, мужик? Алле! — окликнул я еле ворочающееся тело в потрепанном и грязном армейском ватнике старого образца и в ватных же штанах зеленого цвета уже из новой «коллекции» Юдашкина.
— Я полицию вызвала, они уже едут! — наконец заметив меня, женщина взяла себя в руки и выдала что-то вразумительное, вместо тихого скуления. При этом тон ее был такой, как будто ее позиция была совершенно естественной и ничем не примечательной, с таким видом на лавочках сидят. Тут же поправив волосы и одернув юбку, барышня уже спокойнее осмотрелась, видимо в поисках способа, слезть с временного укрытия. Одновременно, со скоростью автомата, поясняя ситуацию:
— Я как из подъезда вышла, я на работу сегодня припозднилась, газовщики должны были прийти, но что-то у них там не получилось. А он на лавке сидит — пьяный. Я, как только вышла, сра-а-азу почувствовала, перегаром несет, как будто водкой обливался. У-у-у пьянь подзаборная, когда ж вы все помрете? Сволочи!!! Жить нормальным людям не даете, твари такие! — женщина начала все больше распаляться, видимо злясь на себя за испуг и раздраженная тем, что способа спуститься с детской площадки пока так и не нашла.
— Тчё. мммаать, — чуть сильнее заворочался алкаш. Попытки подняться ни к чему не приводили. Руки не могли найти опору в жирной весенней грязи.
Когда я перевел взгляд на пьянчугу, тот уже бросил все способы коммуникации с окружающим миром и просто отрубился. Это ж как нужно было нажраться, что б как корова мычать. Да он шевелится с трудом. Опасности явно не представляет, как же он ее на верх-то загнал? Со стороны дома Печати послышался вой сирены.
— О, вот и полиция приехала. Молодой человек, помогите спуститься, пожалуйста, я от страха, сама не знаю как, сюда забралась. Вы не смотрите, что он сейчас тут валяется, он от самого подъезда знаете, как шустро за мной побежал!? Все норовил за… — женщина замялась, — обхватать хотел. Совсем алкашня разошлась, это ему повезло, что он утром меня подловил — сумка пустая, а так я бы ему прямо по черепушке его гнилой заехала. Ну что же вы стоите, помогите, наконец, спуститься, а то я как эта, башня, что в Париже стоит, возвышаюсь тут.
За моей спиной скрипнули УАЗовские тормоза, а в окнах ближайшего дома отразились проблесковые маячки. Я не оборачиваясь, с усмешкой подошел к площадке и подал руку жертве нападения. Приняв предложенную руку, она попыталась аккуратно соскользнуть с детской горки. Нога женщины под ее немалым весом внезапно подогнулась, и неловко взмахнув руками, она обрушилась с высоты конструкции прямо на меня.
Г. Самара. 21 марта, поликлиника № 6, полдень
В сознание я пришел, так как будто вынырнул с глубины. Сначала, появился свет, а потом и звуки проявились. Тихо застонав, я постарался вздохнуть полной грудью. Не получилось — грудная клетка болела нещадно. Каждый вдох отдавался болью в теле.
— О, очнулся спасатель, — послышался смешок откуда-то сбоку.
Я еще приходил в себя, но уже появилось чувство пространства. Лежать было неудобно, но от мысли о том, что нужно принять какое-то другое положение сразу стало дурно.
— Я где? — поинтересовался я у неведомого весельчака.
— В травме ты, в шестой поликлинике. На тебя, потерпевшая навернулась, когда мы подъехали. Вот хохма то, думали все — кончился герой «спаситель-защитнег»! — голос продолжил насмехаться — По словам очевидцев, ты ее из лап смерти вырвал. Правда, очевидцев, кроме нее нет.
Шутник вновь хихикнул. Я все же открыл глаза, чтобы взглянуть на этого кадра. Щурясь от яркого света дневных ламп, я собрался встать, но тут же на грудь надавила рука. Я даже дернулся, не столько от боли в ребрах, сколько от неожиданности.
— Тише, тише, сейчас врач подойдет, посмотрит тебя, тогда и встанешь. Он обещался минут через десять подойти. Как знал, что ты очнешься. Подозрение на сотрясение у тебя. Будешь потом девчонкам рассказывать, как спасал прекрасную даму из лап ужасного маньяка-насильника и попал в больницу с тяжелейшими травмами — не унимался ехидный голос. — Ты осмысленный разговор вести как, могешь? Мне протокол составить нужно, а в этом деле без тебя никак. Очень уж за тебя спасенная гражданка волновалась, уже целую историю про твое скоропостижное увольнение из-за неявки на работу нам наплела. «Вон он как одет прилично и за меня вступился, сразу видно серьезный молодой человек, вы уж ему там справку, какую напишите, что он не прогуливал, а меня от опасного преступника спасал, медаль то точно зажмете, а он, между прочим, вашу работу выполнял»! — передразнил кого-то голос, по всей видимости, принадлежащий полицейскому.
  
— Товарищ, не имею чести видеть погоны, не могли бы вы перестать, столь мерзко, пищать! У меня голова и так раскалывается. Скажите правду — вы мне мстите за вашу даму сердца? — решил я урезонить шутника. Со стороны донесся звук, как будто кто-то поперхнулся, но через пару секунд голос возобновил вещание.
— У Вас, гражданин, есть подозрение на легкое сотрясение, и теперь я вижу, что небезосновательно! Ты в сознание долго не приходил, вот тебя сердобольная тетенька практически сама к нам в машину запихнула с наказом — везите, а то начальству пожалуюсь. А у нас как раз месячник толерантности, — последнее слово представитель закона почти выплюнул, — представляешь?! На прошлой неделе настоящий бордель за городом накрыли, как в фильмах показывают сисек вокруг до фига. Аж глаза разбегаются! Пол отдела на задержание выехало. Хе-хе. Все бабы полупьяные, кто вообще под наркотой, и клиенты такие же, у них там какая-то крупная гулянка-оргия намечалась, а ты знай только и говори «Извольте пройти к машине, прошу не оскорбляйте меня, я представитель власти, я при исполнении. Это может повлечь за собой административную, а возможно даже уголовную ответственность». Сюси-пуси. Дерьмократы, млять.
Я даже забыл о боли от такой проповеди! Повернул голову в сторону разглагольствующего блюстителя правопорядка. На больничной каталке напротив, свесив ноги и совсем по-мальчишечьи помахивая ими, сидел молодой парень с лейтенантскими погонами и крутил в руках форменную кепку. Увидев, что слушатель в моем лице открыл глаза и повернул голову в его сторону, полицейский посерьезнел, достал из черной наплечной сумки планшет и уже абсолютно другим — официальным тоном начал:
— У тебя с собой документов никаких. Кстати, так не положено, документ должен быть с собой всегда, но тебе, — начал было строго полицейский, но не удержался и улыбнулся, — как спасителю человеков простим. Сейчас анкетку заполним: имя, фамилия, место работы, дата потери невинности…
Я только брови от удивления поднял и поперхнулся так и не сформированным ответом.
— Ага, информацию воспринимаешь адекватно. Шучу я так, шучу, — рассмеялся парень. — Ну давай быстро тебя прогоню по стандарту. Ты трудишься где? Иль безработный?
— «Росглобалтех», — под настороженно-недовольный взгляд полицейского я все же, хоть и кряхтя, принял сидячее положение.
— Нормально ты устроился, — протянул он и тут же продолжил бомбардировать вопросами. — Голова не кружится? Меня в каком количестве видишь? Я по званию кто?
— Не жалуюсь. Один, но шуму от тебя как от целой роты. По званию ты рядовой, это прям точно, у тебя на лбу написано, а погоны со звездами липа, как пить дать, — так же быстро отрапортовал я, заметив зарождающее возмущение и поняв, что сообщение дошло получателю продолжил изгаляться. — Не багровей — кокарда расплавится.
— Уел — поняв, что я издеваюсь, лейтенант перешёл на серьезный тон. — Надо до прихода доктора анкетку заполнить, это обязательно. Итак, мне нужны: фамилия имя отчество, год рождения и адрес прописки.
— Громов Александр Святославович, тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения, прописан по адресу проспект Карла Маркса 195В, кв. 77, не привлекался, не состоял и не участвовал, — бодро ответил я, одновременно разминая шею. Вроде уже и не сильно болит, да и ребра отпустили. Так, покалывает, видно приложился об стальную горку. У нас в стране даже детские аттракционы способны убивать людей, ну если уж не убивать, то калечить точно.