Король арены 8 (СИ)

Если они мазали, или оставляли подранка, то наступал черёд кого-то из нас троих.
Мы добивали, а то и попросту убивали ту Тварь, которая выжила, дойдя до середины моста.
Результативно получалось.
Вот только я уже вскоре почувствовал себя мясником…
Хотя, если выбирать между мясником и мясом, то я выберу кожаный фартук мясника.
Рано мне на мясо.
Жизнь только начинается.
  
Глава 15
 
Глава 15
— Как-то слишком легко мы в этот раз с Тварями расправились, не находишь? — спросил у меня Федр, когда наше сумасшедшее возвращение в лагерь завершилось.
Ох, и набегались мы сегодня, вытаскивая трофеи из Зоны. А неугомонный приятель ещё и в знакомую рощицу с егерями сгонял, набрав там два мешка грибов.
— Ну, во-первых, у нас теперь семнадцать магов, двенадцать из которых недавно прошли усиление Ядрами, а во-вторых, ребята почувствовали уверенность в своих силах, меньше нервничают и почти не паникуют, как при первых боях, а потому бьют точней и осознанней пользуют заклинания. И, само собой, тактика, — многозначительно помахал я кружкой, с которой только что сдул пену, — Мы стали изобретательней, да и Феникс у меня подрос настолько, что позволил разделить неплохо согласованный удар Тварей на несколько эпизодов.
Да, мы с другом сидим под навесом, намытые до скрипа, и пьём холоднющее пиво под ведро варёных раков.
Раков я купил на погранзаставе у местных пацанов, которые случайно попались мне на глаза, когда они подошли полюбоваться на огромную кучу трофеев.
Продавать раков они не хотели, но увидев золотую монету у меня в руках, парни быстро передумали и даже до лагеря нам ведро дотащили.
Стоит заметить, что после того, как наш отряд, и я, в частности, вложились в укрепление погранзаставы, отношение местных жителей и вояк к нам стало на порядок благожелательней.
Пиво здесь так себе, слабенькое и бледноватое, но хоть такое есть, и на том спасибо.
Отчего-то в Белговорте оно популярностью не пользуется, что очень странно.
— Раз говоришь про двенадцать магов, усиленных Ядрами, то ты уже знаешь, что я для Фэйлы Ядро взял в счёт своей доли и оно ей зашло? — меланхолично начал разделывать Федр рачью шейку.
— Тогда, тринадцать. Я тоже Ядро в счёт доли трофеев взял, для Эмганы.
Мы переглянулись, и оба довольно заржали.
А что такого. Мы не жлобы и нам нравится приятно удивлять девушек.
— Слушай, а почему не для Элины? — отсмеявшись, поинтересовался приятель.
— Моя конкубина заслуживает чуть большего, чем Ядро от обычной Адской Гончей, — пожал я в ответ плечами, — А с Эмганой мы просто дружим. Кстати, что ты про сестрёнок — алхимичек думаешь?
— А что с ними не так? Или ты их хочешь сегодня в гости пригласить?
— Сегодня вряд ли, мы им кучу трофеев подогнали на переработку, и грибы. Эти фанатки теперь работать будут, пока с ног не свалятся.
— Тогда не понял, — чистосердечно признался приятель.
— Вообще-то они обе чертовски талантливы.
— С этим не поспоришь, — согласился Федр.
— Вот я и подумал, что после пятого курса можно будет оплатить их обучение, а самих сестрёнок принять на контракт. Нефиг им с такими-то талантами в армии служить.
— Хм, если они согласятся, и ты не против моего участия, то я в доле, — без всякого раздумья ответил Федр.
— Договорились. Надеюсь, завтра девчонки найдут время поспать, а к вечеру мы их озадачим вопросом о будущем, — с треском отломил я от рака клешню весьма приличного размера.
Раки здесь длинно палые, как у нас на Волге.
Эх, взгрустнуть, что ли… Поностальгировать…
Но нет. Как-то не хочется. Оглядываясь на жизнь там и здесь, могу честно сказать — здесь интересней.
Понятное дело, что спать я ушёл к своей конкубине, к немалой радости Федра и Фэйлы.
Элина порадовала меня, сказав, что завтра она собирается закончить Живой Портрет Адской Гончей.
Не понимаю пока, зачем он нужен, но Предчувствие такую новость отметило благостным и довольно ярким сигналом.
 
Меня это изрядно удивило. Раньше Предчувствие только об опасностях и проблемах предупреждало, а тут вдруг — на тебе!
Хотя… Если вспомнить, я и раньше что-то похожее видел, только совсем мелкое, и не придавал этому значения. Так что, почти засыпая после отличного секса, я даже ещё успел подумать над вопросом — или у меня навык Предчувствия изрядно подрос, или на этот раз Живой Портрет действительно нечто незаурядное?
Утро у нас с Федром началось с тренировок. Их было несколько. Сначала на физуху, потом на магию, а закончилось всё обучением Элементалей.
Не готов сказать, что у наших питомцев всё идеально получалось, но к концу тренировки мы были удовлетворены их результатами.
У всего отряда сегодня снова день отдыха, а у магов полная перезарядка всех накопителей.
Одни лишь наши вояки блаженствуют, получив на руки по два премиальных золотых за крайний выход, с моим пожеланием — пропить их с пользой.
— Ваши благородия яишенку не желают? На кабаньем сале и жилками с кости? — задал нам с Федром вопрос наш то ли адъютант, то ли временный слуга.
Броньша, пацан лет пятнадцати, предложил нам свои услуги сам. Так-то он учится в школе-интернате, и в гарнизонный городок возвращается лишь на лето. За один золотой в месяц, который он нам выкатил, сам себе не веря, что его наймут, он следит за нашими комнатами, таскает бельё прачкам и щедро снабжает нас сплетнями о гарнизонной жизни.
С этим делом у него никаких проблем нет — пацан здесь родился и среди местных считается за своего.
Его мать работает кухаркой у здешнего полковника — алкаша, а это в гарнизонной табели о рангах считается изрядным достижением среди неодарённых.
По крайней мере, Броньшу все знают, в свою очередь и он много чего знает, так как болтун он ещё тот.
— Яичница? С жилками? Ни разу не пробовал. Точно сумеешь приготовить? — приоткрыл Федр один глаз, продолжая загорать под уже полуденным Солнцем Приграничья, отдыхая после тренировки на лежаке.
— Ваши благородия, не извольте сомневаться! Я матушке сызмальства на кухне помогал! — истово заверил нас парень, — Все её рецепты наскрозь выучил.
— Тогда делай, — совсем как барин махнул Федр рукой, немного переворачиваясь, чтобы загар на тело лёг равномерно.
Я же с загаром не мудрил. Отдыхал в тени и думал. Не нравится мне цвет загара здесь, в Приграничье. Какой-то он серый, что ли. То ли дело в Белговорте — там загар так загар. Бронзовый.
И не так быстро смывается, как местный.
— Ваши благородия! Готово! Извольте опробовать! — торжественно известил нас Броньша спустя четверть часа.
Вот жеж, блин. Предложение из тех, от которых нельзя отмахнуться. Парень явно старался, и у него всё получилось, о чём он и пытается нас уведомить.
Что могу сказать…Более вкусной яичницы я никогда в жизни не ел!
Желток — классика! Такой, как я люблю. В меру жидкий, но не затвердевший.
Кабаньи шкварки хрустят и тают во рту.
Хрящики, вымоченные в сливках, проваливаются в рот словно сами собой, заставляя мечтать лишь о том, как эти мгновения можно продлить.
Сказка!
Оценил я и соус, отдельно поданный в глиняных плошках. Кисло-сладкий, чуть солёный и в меру перчёный. В него предлагалось окунать хрящики, с кусочками прилипшего к ним яичного белка.
Короче, яичницу из доброй дюжины яиц мы с Федром смели наперегонки и уже хотели было потребовать добавки, но вдруг поняли, что обожрались. Да так, что у нас глазки осоловели и спать захотелось.
— А скажи-ка мне, Броньша, что ты кроме яичницы умеешь готовить?
— Пожалуй всё. От супов и до компотов. Вот только пироги мне не всегда удаются. Матушка говорит, что я нетерпелив и не могу дождаться, когда тесто как надо подойдёт.