Бывшие (СИ)

Его тепло, аромат, дыхание окутали меня, возвращая воспоминания долгие три года не позволявшие мне уснуть по ночам и воскрешая боль желания, которая, я думала, уже ушла навсегда.
Да уж, я никогда не могла похвастаться осторожностью и предусмотрительностью, и видимо обладала стойкой потребностью в саморазрушении. Этот поцелуй и мое нежелание его прерывать было наглядным подтверждением этих двух фактов. Однако, даже сейчас мне казалось, что наслаждение, которое я испытывала в этот момент, стоило той боли, которую я наверняка испытаю потом, когда он закончится. Потом…
Конечно, я знала, что после этой вспышки желания наступит прозрение, раскаяние, сожаление. Но этот поцелуй был неизбежен. Я знала это с того самого момента, как несколько часов назад спустилась в гостиную и увидела Влада в его сексуальном вечернем костюме. Или со свидания с Викторией, которая навязчиво демонстрировала свои притязания на моего бывшего мужа. А может быть, я знала это даже раньше, когда впервые увидела его на пороге своей квартиры несколько дней назад. Тогда наши глаза встретились, и многое сразу стало ясно и неизбежно…
Влад оторвался от меня, переводя дыхание. Его ладони сжимали мои щеки, глаза лихорадочно изучали мое лицо, будто стараясь воскресить в памяти каждую его черточку. Он вновь наклонился, завладевая моими губами в требовательном жадном поцелуе. Его язык танцевал у меня во рту, а дыхание смешалось с моим. Он прижал меня ближе, его ладони переместились на спину, поглаживая ее, спускались к ягодицам и поднимались обратно. Жар его рук я чувствовала даже через одежду.
– Пойдем в мою комнату, – выдохнул он, и в этот момент я уже знала, что пришла пора разрушить чары.
Я уперла ладони в его грудь и отстранилась. Влад тяжело дышал, из моей груди дыхание тоже вырывалось со свистом. Запах возбуждения буквально пропитал воздух вокруг нас, а атмосфера потрескивала от напряжения. Так было всегда, с самого начала, с выпускного и до последнего дня нашей совестной жизни. Влад был моей слабостью. Он был соблазном, перед которым я не могла устоять, даже зная, что это причинит мне боль. Но только не сейчас.
– Больше не смей приближаться ко мне, – выдохнула я. – Ты потерял это право много лет назад.
– Ты все еще хочешь меня, – ответил он, надев маску надменности, испепеляя меня взглядом, явно недовольный моим отказом.
– Возможно. Но я не животное, которое следует только своим инстинктам. У меня есть разум. А он настоятельно советует мне держаться от тебя подальше, – я окончательно выбралась из его объятия и демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони. – И я, пожалуй, послушаю его совета.
С этими словами я отвернулась от Влада и пошла к себе в комнату, надеясь, что мои ноги выдержат подъем по лестнице, так они дрожали в этот момент.
  
Глава 9. Страсть
 
Даже недолгий путь в Новогорск сложно было назвать приятным. После вечерней провокации Влада я даже смотреть боялась в его сторону, чтобы, не дай Бог, не встретиться с ним глазами. Причем, вовсе не потому, что злилась на него – куда больше меня раздражала собственная слабость и реакция на его поцелуи. И я вполне оправданно опасалась, что стоит ему заглянуть в мои глаза, он получит доказательство, как сильно он и его сексуальность тревожат мое сердце и душу.
Сидя рядом с ним на переднем сидении внедорожника, я делала вид, что заинтересована проносящимися за окном пейзажами и мысленно убеждала себя, что Влад мне абсолютно неинтересен. Но в глубине души меня терзал страх, что если этот день поскорее не закончится, я обязательно натворю глупостей, которые потом не исправить.
Мирослава этим утром была немногословна: едва мы расселись по местам, она достала наушники и включила подкаст любимого блогера. Моя надежда, что дочь снизит градус напряжения между мной и бывшим мужем, оказалась напрасной.
День обещал быть чудесным. На голубом небе ярко светило солнце, было по-весеннему тепло, заливисто пели птицы и на серых обочинах пробивалась зелёная травка. Но несмотря на умиротворяющую картинку за окном, я чувствовала себя как на иголках.
 
Едва на горизонте замаячили домики Новогорска, от тоски у меня предательски заныло сердце. Природа в этих краях была настолько живописной, что даже Мира сняла наушники и, бросив iPhone в рюкзак, с восторгом глазела по сторонам.
– Ты давно был здесь в последний раз? – спросила она у отца.
– Непростительно давно, – он на мгновение замолчал. – Несколько лет назад.
– Почему?
Это вопрос Влад оставил без ответа. Он улыбнулся и, поймав взгляд дочери в зеркале дальнего вида, сказал:
– Самое время освежить воспоминания, правда?
Что-то в этой фразе заставило меня насторожиться. Я почувствовала на себе взгляд бывшего мужа, и не могла не подумать, действительно ли он вложил скрытый смысл в эту простую фразу или у меня развилась скоротечная версия паранойи.
Постоянно в семейном особняке Громовых давно никто не жил. Родители Влада перебрались в Москву лет пять назад, а сюда возвращались лишь на выходные и летом, когда погостить к ним приезжала Мирослава. Дочка обожала это место – именно здесь жили ее приятели, включая лучшую подругу детства Верочку.
Я ожидала, что огромный дом встретит нас пустотой и заброшенностью, но к нашему неожиданному приезду он оказался вымыт и вычищен, в спальнях было застелено свежее белье, а холодильник был забит продуктами.
Впрочем, чему я удивляюсь? Комфорт Влад ценил больше всего в своей жизни и уж конечно, он, собираясь в Новогорск, предусмотрительно организовал и клининг, и закупку еды. А мы всего-то приехали сюда на день!
Оставив рюкзаки и сумки у входа, Влад пригласил нас в гостиную. Пока мы оглядывались вокруг, он ушёл в неизвестном направлении, а через минуту вернулся с подносом.
– С возвращением, – многозначительно произнес он, раздавая нам с дочкой стаканы с апельсиновым соком.
– Когда мы поедем к Леоновым? – спросила Мира. – Вера написала, что ее отец уже развёл костёр для барбекю.
– Скоро, – ответил Влад. – Мне нужно сделать несколько звонков и я буду готов доставить вас, леди, по назначению.
Меня одновременно радовала и страшила предстоящая встреча с Леной и Димой Леоновыми. Когда мы жили здесь много лет назад, Лена была моей лучшей подругой. И даже переезд в Москву из-за работы Влада не помешал нам поддерживать связь. Именно Лена утешала меня, когда мой брак начал трещать по швам и только она знала истинные причины, по которым я, в конце концов, оставила мужа и уехала в Ростов.
Пока Влад разговаривал по телефону, а Мира кому-то увлечённо строчила смс, я позволила себе поддаться ностальгии и рассмотреть фотографии, которыми была увешена одна из стен в гостиной.
Здесь были черно-белые свадебные снимки Марины и Виктора, детские фотографии Влада и Игоря, а на нескольких карточках я увидела себя. Меня удивило, что за три года никто не потрудился убрать меня из этой коллекции.
Вот мы с Владом на выпускном, том самом, на котором он впервые по-настоящему заметил меня: я в красивом платье и с копной кудрей на голове, и выгляжу вполне симпатично, хотя рядом с Аполлоном в темном костюме кажусь себе простушкой. Вот мы играем в баскетбол на площадке у дома – Игорь на заднем плане обнимается со Светой, тогда еще его школьной подружкой, я смеюсь, а Влад поправляет мне кепку.
Я никогда в жизни не смеялась столько, сколько за время нашего короткого романа. Тогда жизнь казалась легкой и прекрасной и ничто, казалось, не способно это изменить.
А вот еще одна картинка из прошлого – с нашей свадьбы. На фото мы стоим лицом к друг другу, держимся за руки и даем друг другу обещания, которые нам не суждено будет сдержать. Две центральные фигуры в белом и черном – мы выглядим такими красивыми, беспечными и счастливыми, что, глядя на фото, мне стало почти физически больно. Тогда я еще не знала, как все обернется.
Чувствуя, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы, я отвернулась от стены воспоминаний и уставилась в пол. Черт возьми, я же давно пережила все это, так почему же это место так легко выбило меня из колеи?