Мой волк, или Отбор для альфы (СИ)

Я вздохнула.
— Опять ты об этом. Пойми, если бы не шиарды, то его нашла бы Тиара. Считай, что она и победила, и проиграла одновременно.
— Но его нашла ты, — упрямо повторил Рэйнар, возвышаясь надо мной. Я смотрела на него и не могла оторвать взгляд. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что мне хочется слизнуть капли воды, стекающие по его торсу.
— И что с того?
— Случайностей не бывает, — тихо сказал он.
— И что с того? — повторила я. — Хочешь, чтобы я заняла место Тиары на отборе?
Когда вопрос слетел с моих губ, я мысленно себя обругала. Теперь Рэйнар будет думать, что я мечтаю его окольцевать, или как там это называется у оборотней.
— Служанка не может стать ирримэ для альфы, — покачал он головой. В его голосе мне послышалась печаль, но я приказала себе попридержать фантазию. — Но мы можем доставить друг другу много удовольствия.
Руки Рэйнара обхватили мою талию, и он притянул меня к себе. Он наклонился, его губы встретились с моими, и я позволила себе минутную слабость. Я целовала его с жадностью, зная, что это единственное, что я могу себе позволить. Взяв его лицо в ладони, я пальцами гладила виски, скульптурные скулы и шею. В живот мне упиралось несомненное свидетельство того, что Рэйнар хочет меня столь же сильно, как и я его, но в какой-то момент я решительно отстранилась.
— О каком сроке идет речь? — быстро спросила я.
— Что? — непонимающе переспросил он, уткнувшись лбом в мой лоб.
— До какого момента продлится взаимное удовольствие?
Рэйнар тихо засмеялся.
— Только ты можешь так выразиться.
— Отвечай, — велела я, дернув его за выбившуюся мокрую прядь волос.
— До конца отбора. Дольше не получится. Ирримэ — это нечто большее…
Я закрыла глаза. Моя богатая фантазия всегда была моим злейшим врагом, что в очередной раз подтвердилось. Рэйнар не договорил, но все было понятно и так. Девка на одну ночь — еще не ирримэ.
— А что потом? Выкинешь меня из замка?
Даже с закрытыми глазами я почувствовала, что Рэйнар нахмурился.
— В Рамаине места хватит всем. Ты получишь хорошую должность.
Мне стало так больно, будто кто-то всадил нож в самое сердце и несколько раз провернул. Рэйнар предлагает мне стать его шлюхой на время отбора. Как мило. Днем я буду прислуживать его невестам, а по ночам обслуживать его в спальне. Глядишь, окажусь настолько хороша, что получу повышение. Вот только сомневаюсь, что спутница жизни Рэйнара не убьет меня однажды, зная, что я развлекалась с ее мужем, когда она за него боролась. Да и я вряд ли смогу каждый день наблюдать за тем, как Рэйнар с обожанием смотрит на свою ирримэ. И хотя я хотела Рэйнара, хотела до боли, так сильно, как ни одного мужчину на свете, я всегда уважала и любила себя. И даже тот факт, что я не собиралась оставаться в этом мире, когда отбор будет закончен, не мог изменить моего решения.
— Ты ведь тоже хочешь этого, Лита. Ты хочешь меня, признайся. Не мне, а себе самой, — хрипло прошептал Рэйнар. Я отстранилась от него. В его глазах сквозило желание, способное растопить самое каменное женское сердце. Однако мое сердце имело броню потолще.
— Хочу, Рэйнар, но этого недостаточно. На меня не действуют ваши волчьи повадки. Ирримэ для меня всего лишь слово, набор непонятных и пустых звуков. Если я сплю с мужчиной, значит, испытываю к нему чувства. Я не бездушная кукла, которой ты можешь воспользоваться для того, чтобы утолить свои потребности. И мне нужен мужчина, который будет со мной дольше, чем до окончания отбора.
Я оттолкнула от себя Рэйнара, высвобождаясь из его объятий. Странное дело, но он даже не настаивал и не удерживал меня.
— Все изменится после первого полнолуния, Лита. Вот увидишь, — почти торжественно произнес Рэйнар. Странно, но он не выглядел расстроенным, скорее наоборот. — А оно уже скоро.
— Ты плохо меня знаешь, — покачала я головой и, уже не скрываясь, отвернулась от Рэйнара и вышла из воды. Его взгляд жег мою спину. Быстро подхватив полотенце и завернувшись в него, я подняла платье и не смогла побороть искушение и не посмотреть на Рэйнара. Он стоял все там же и не сводил с меня янтарных глаз. Залитый лунными лучами, прекрасный и гордый. Может, зря я ему отказала?
 
— Вернемся к этому разговору в полнолуние, — убежденно сказал он.
— Говорят, излишняя самоуверенность ведет к сильным разочарованиям.
— Кто говорит подобную чушь, тот никогда не получал желаемое, — широко улыбнулся Рэйнар.
Я не могла объяснить почему, но всю обратную дорогу до своей комнаты я улыбалась. Хотя радоваться было совершенно нечему.
 Глава 24 
 
— Испытание в детской? А что потом? Нас попросят сделать уборку? Или приготовить для всего замка ужин? — недовольно фыркала Айрин, повыше подтягивая лиф далекого от скромности платья.
— Уж надеюсь, что нас не заставят отбирать у служанок их хлеб, — насмешливо отозвалась Лаури.
— На вас не угодишь: испытание в лесу вам не нравится, в детской тоже мимо. А вы чего хотели? Только менять наряды и расхаживать перед Рэйнаром? — фыркнула Мойра. Она сосредоточенно вертела в руках охотничий нож.
— Нож в детскую? Очень предусмотрительно, — похлопала в ладоши Коррина. — Не найдется еще одного?
— Хольд выразился достаточно ясно — взять то, чему мы можем обучить волчат.
— И ты собираешься научить их метать ножи друг в друга? — зашлась смехом Лаури. Не в пример Айрин она разыгрывала скромницу. Темно-золотое платье с высоким горлом и длинными рукавами должно было, видимо, придать ей по-монашески благочестивый облик. — Или, может быть, в нас?
Мойра покачала головой, но промолчала. Мне она нравилась все больше и больше. Уж лучше бы отбор выиграла она. Так у Рэйнара была бы достойная ирримэ. Однако при мысли об этом в сердце что-то кольнуло. Я прогнала странное чувство. Однако тотчас же в голову пришла другая мысль: интересно, что бы миэри сделали со мной, если бы узнали о сцене на озере? Я поежилась.
Четверть часа назад Хольд собрал всех миэри в общей гостиной и объявил решение Рэйнара. Объяснив, что, помимо прочего, ирримэ должна быть еще и хорошей матерью наследникам альфы, следующее испытание решено было провести в детской. Для прохождения испытания необходимо было взять то, чему миэри посчитают нужными научить волчат. Так, Коррина держала в руках вчерашнюю книгу, из чего я сделала вывод, что она как-то пронюхала о готовящемся испытании, Нория взяла свое вышивание, Мойра поигрывала охотничьим ножом, Дора держала в руках какой-то музыкальный инструмент, Тора листы пергамента и набор красок. Сильфира, Айрин, Лаури и Верена стояли с пустыми руками. Они, видимо, решили действовать по обстоятельствам.
Вскоре за миэри вернулся Хольд и проводил их в детскую. Я поплелась следом, так как Фира еще накануне предупредила меня, что я должна быть на испытании, чтобы прислуживать миэри по мере необходимости.
В детской уже ждал Рэйнар и наблюдатель Сирил. Далла о чем-то тихо разговаривала с одной из воспитательниц. Причесанные и чисто вымытые волчата топтались вдоль одной из стен. Я хмыкнула. Конечно, это сейчас они такие тихие и милые стоят, даже глаза боятся от пола поднять. У меня же в памяти еще свежо воспоминание о неудавшейся воспитательской деятельности. Против воли я посочувствовала миэри.
Рэйнар легким наклоном головы приветствовал претенденток. Он выглядел свежим и отдохнувшим. Ничто в облике альфы не выдавало, что посреди ночи он плескался в озере в компании служанки.
— Моя ирримэ должна быть не только достойной спутницей жизни, но и достойной матерью нашим общим волчатам, — начал альфа, обводя взглядом миэри. — От рождения и до их первого обращения. Я хочу наравне со своей ирримэ заниматься воспитанием будущих наследников замка Рамаин. Так воспитывали и меня, и я считаю такой подход верным.
 
Миэри изумленно переглянулись, мне же слова Рэйнара показались вполне разумными. Ну не хочет он спихивать своих будущих детишек на какую-то воспитательницу. По мне, так вполне разумное решение, однако большинству миэри это, судя по всему, не очень-то понравилось.