Мой волк, или Отбор для альфы (СИ)

Я в раздражении почесала шею. Ошейник почти не ощущался, но сам факт его наличия доводил до бешенства. Платье пришлось подоткнуть, чтобы не мешало работе, из-за чего, ползая по каменному полу, я уже содрала колени. Стоило встать, как ранки тут же исчезали, но мне доставляло какое-то мазохистское удовольствие испытывать боль — она поддерживала ненависть к альфе. Радовало лишь, что холодный камень помогал остудить сжигающий меня жар. К тому, что температура тела у меня теперь выше, чем у обычного человека, еще предстояло привыкнуть.
— Опять разговариваешь сама с собой? — добродушно спросила Фира, ставя на стол неизменную корзиночку. На этот раз в ней обнаружилось рукоделие.
— У меня здесь нет друзей, — отрезала я.
И это было правдой. В каком бы углу зала я не оказывалась, вокруг меня образовывалась этакая мертвая зона.
— Все приходит со временем. — Фира не обиделась на мой тон. Она вообще, казалось, обладала неисчерпаемым запасом терпения и доброты. — Они просто боятся, ведь новообращенных здесь не было уже очень-очень давно. Но скоро они привыкнут, не переживай.
— У меня полно других поводов для переживаний, — пробормотала я, обмакивая ветошь в ведро с водой и с силой бросая мокрую тряпку на пол.
Сказать кому — не поверят. Попасть в другой мир и стать волчицей только для того, чтобы оказаться рабыней, которой может помыкать кто угодно! Видимо, все мое везение осталось дома.
Проведя за натиранием полов гигантского главного зала несколько бесконечных часов, я была зла и снова голодна! Теперь понятно, откуда пошло выражение «волчий голод». Зла же потому, что подслушала несколько разговоров, из которых сделала неутешительные для себя выводы — весь замок хорошо охраняется, а подъемный мост на ночь поднимают! Хотя это вряд ли остановит меня. Я все равно убегу, черт их всех дери!
— Ты слышишь меня, Лита? — как сквозь вату донесся голос Фиры.
— А? — очнулась я, переведя взгляд на толстушку.
— Странное дело, у новообращенных слух обычно острее, — засмеялась она. — Пойдем, вымоешь руки и будешь прислуживать за столом.
— Я еще и еду должна разносить?
Я с удивлением обернулась и заметила, что в зале уже яблоку негде упасть.
— Да, альфа приказал, чтобы ты прислуживала за высоким столом этим вечером.
— А если я откажусь?
— Лучше этого не делать, — нахмурилась Фира.
Что ж, этот волк определенно решил тыкать меня носом, показывая мне мое место в этом мире. Однако пришлось стиснуть зубы и последовать за Фирой на просторную кухню с двумя ревущими очагами, в которых запекались туши кабанов. Работа на какую-то секунду замерла, потому что все присутствующие обернулись, потянув носом.
— Госпожа Ингрид, это Лита, наша новенькая, она будет прислуживать альфе сегодня, — пояснила Фира, указывая на здоровенную тетку, крутившую одну из запекавшихся на вертеле туш. — Лита, это госпожа Ингрид, главная кухарка замка.
Сказав, что ей надо проследить, как накрывают столы, Фира ушла. Я сразу почувствовала себя неуютно, особенно под взглядами, которые на меня бросали молоденькие кухарки и поварята. Я тоже не спешила никому улыбаться. Рыжеволосая Ингрид окинула меня тяжелым взглядом и кивнула.
— Вымой руки вон в том чане, — она мотнула головой влево. — И надень чистый передник. Сейчас я сниму мясо с огня и можно подавать. За ужином альфа пьет вино, поэтому, как только его кубок опустеет, не забывай подливать. Наполни кувшин из той бочки, — кивок головой вправо.
Я все сделала так, как говорила Ингрид, мечтая разбить кувшин о голову Рэйнара. Наконец на поднос была водружена наполненная порезанным мясом тарелка. На гарнир было что-то, отдаленно напоминающее картошку. Запах вызвал у меня острую тоску по дому и чувство голода. А вот овощи волки, похоже, не жаловали. По крайней мере, я ничего похожего не заметила. Я взяла поднос с одной большой порцией и, толкнув плечом дверь, вышла в зал.
Глава 9
Вдоль стен уже расставили длинные столы и лавки. Кастовость соблюдалась даже здесь — слуги, не занятые готовкой и обслуживанием столов, ужинали почти у дверей. Далее, на небольшом возвышении, за столами расположились волки-охотники. Я определила это по их неизменным туникам, облегающим штанам и подвескам в виде клыков. Все молодые, стройные, как на подбор. В моем городке столько молодежи сразу можно было увидеть разве что на каком-нибудь спортивном празднике. Фира объяснила мне, что волки достигают полной зрелости к тридцати пяти годам, после чего старение пркращается. Фира была обращена уже будучи старше. Получается, что и кухарка тоже.
 
Занятая размышлениями, я двигалась машинально. Но вот взгляд скользнул по сидящей на возвышении троице. Их стол был устлан белейшей скатертью, а обитые бархатом кресла, на которых они восседали, явно были мягче, чем лавки ужинающих внизу волков.
Янтарные глаза сидевшего по центру стола Рэйнара тут же выхватили меня, продвигающуюся к столу. Уголки красивых губ чуть приподнялись в улыбке.
Сидевшая по правую руку от него Далла, в чрезвычайно шедшем к ее светлым волосам голубом платье, о чем-то яростно спорила с устроившимся слева от альфы светловолосым мужчиной. Я мысленно застонала. Да это ведь тот самый тип, что предлагал мне помощь у колодца! Видимо, это и есть Хольд, гамма-волк. Вот только сейчас он переоделся в ржавого цвета тунику и коричневые штаны. Черт, в следующий раз надо быть аккуратнее в выражениях при общении с незнакомыми волками.
Я снова посмотрела на Рэйнара, он и не думал отводить взгляд, насмешливо следя за мной. Значит, он еще и насмехается над моим положением рабыни! Ноги сразу же стали какими-то деревянными, и я чуть запнулась, расплескав вино из кувшина. Чтоб его! Приказав себе успокоиться, я опустила глаза вниз, чтобы без происшествий добраться до высокого стола.
Когда я подошла ближе, оказалось, что предметом обсуждений являюсь я сама. Жаль, что из-за стоявшего в зале гула голосов мне не удалось расслышать начала беседы.
— Так это и есть наша новая волчица, — широко улыбнулся блондин, пока я ставила перед Рэйнаром тарелку. Как только тарелка оказались перед альфой, откуда-то нарисовались еще две служанки и поставили перед бетой и гаммой их ужин. Так значит, я еще и персональная рабыня Рэйнара на этот вечер!
Видимо, Хольд ожидал от меня какой-то реакции, но я промолчала.
— Эй, ты что, язык себе откусила? — резко бросила Далла.
Я, даже не пытаясь скрыть отвращения, посмотрела на нее. Жаль, что на волках все быстро заживает, и у нее не осталось даже маленького синяка после близкого знакомства с каминной полкой.
— Угу, и съела его на ужин. И твоим закушу, если не отстанешь, — весело пообещала я, хотя больше всего мне хотелось вцепиться в белокурые волосы волчицы и оттаскать ее как следует.
Хольд расхохотался так громко, что затих даже шум за нижними столами.
— Дерзкая девчонка, — весело сказал он. Очевидно, он не злопамятный, и на том спасибо.
— Да как ты… — взвилась волчица, но тихий голос Рэйнара прервал ее.
— Далла, Хольд, я не намерен терпеть ссоры за ужином, — напомнил альфа.
По его тону нельзя было сказать, взбешен он или нет моими словами. Однако волки тут же уткнулись в свои тарелки, правда Далла пробормотала что-то, отдаленно напоминающее «собачий ошейник». Удивительно, как одно лишь слово альфы заставило их забыть про меня. Вот это дрессура! Однако если Рэйнар ждет и от меня подобного раболепия, его ждет разочарование. Я мрачно улыбнулась, а потом поймала удивленные взгляды служанок. Они с вытаращенными от ужаса глазами взирали на меня. Я пожала плечами.
 
С кувшином в руках, как заправский официант, я встала позади Рэйнара, переминаясь с ноги на ногу. Однако глаза против воли скользили по его широким плечам и мускулистой спине. Мощные руки Рэйнара легко могли бы переломить хребет и медведю. Длинные темные волосы волнистой гривой спускались до самых лопаток. Черная туника из матовой ткани и черные штаны обрисовывали каждый мускул совершенного тела. Я тихо вздохнула и покачала головой, поймав себя на мысли, что беззастенчиво пялюсь на него. Да что со мной такое? Во всем виновата его внешность. Он и правда самый красивый мужчина из всех виденных мною.