Пылающая душа
Порошит снег, падает на нос, и я чувствую, что снежинки не тают. Наверное, я все же умерла. Движение, разговоры, попытки сопротивляться – это просто агония. Я смотрю на захоронение, которое должно было стать моим последним пристанищем, и испытываю смешанные чувства. Отсюда начинается моя новая жизнь, а я не уверена, что готова поставить точку в старой.
Шатает, но Эль подхватывает меня под локоть, принимая на себя всю тяжесть тела, готового рухнуть в сугроб.
– Тебе лучше сейчас не пользоваться магией, – советует он. – Дайана, правда. Доверься мне. Я помогу, буду рядом и поддержу. Как всегда.
– Пошел ты! – злюсь я и пытаюсь оттолкнуть его, но сил слишком мало. – Тебя забыла спросить, как мне себя вести. И долго меня будет так плющить?
– Не знаю, – со вздохом отвечает он, понимая, что спорить со мной бесполезно. – Месяц, год, десять лет. У всех по-разному. И точно до того момента, когда ты выпьешь кровь.
– Час от часу не легче, – бормочу я и сглатываю. Никогда бы не подумала, что стану кровопийцей. То, что умру рано и не своей смертью, подозревала, но вот вылезать из могилы обратно я не планировала никогда. По мне – умерла так умерла.
Я злюсь на Эля и понимаю, что не смогу простить ему решение, которое превратило меня в вампира, но, с другой стороны, понимаю: раз судьба распорядилась так, я продолжу борьбу в новой ипостаси.
Беспамятство и смерть хорошо повлияли на информацию, которая скопилась у меня в голове. Она систематизировалась, и теперь я почти на сто процентов уверена, что знаю, кто предал Блэкфлая и, пусть косвенно, приложил руку к моей смерти. Когда окончательно приду в себя, то сразу же нанесу визит этому человеку. А потом найду Блэкфлая.
Только вот не знаю, что буду делать, когда встречу Мрака. Но я непременно пойму это быстрее, чем разберусь, как управлять новым телом, новыми мыслями и новыми потребностями. И точно не собираюсь постигать эту науку год или больше, этот курс придется закончить экстерном. Элю это вряд ли понравится, но его чувства – не то, что способно меня взволновать.
Долгое время в карете мы едем молча. Эль пытается завести разговор, но я останавливаю вампира на полуслове. Надо собраться с мыслями и перестать хотеть его убить.
Мечтаю о ванне с ароматной пеной… И только после этого говорить о серьезных вещах. Пока же просто смотрю в окно на серый пейзаж Северных земель и вспоминаю события последних месяцев. Моя жизнь изменилась безвозвратно. Прошлое кажется далеким и нереалистичным. Шесть лет, проведенные вдали от магистра, стираются из памяти. Воспринимаются как сон.
Приближается весна, скоро станет чуть теплее, но солнце будет появляться реже. Оно вылезет ближе к холодному короткому лету. А пока небо затягивают тучи, а шквалистый ветер, налетающий невесть откуда, гнет деревья, сдувая с них шапки снега.
Волшебное зимнее очарование растворяется в хмурых тучах, черных голых ветвях и буром снеге, который покрывается тонкой паутиной пыли, прилетающей с пологих горных склонов – у Темного хребта добывают уголь. Сейчас мое самое нелюбимое время года в Северных землях, когда красиво только в Сноурге. Скоро польют ледяные дожди, и все вокруг покроется глазурью, похожей на стекло. Промозгло и холодно будет даже в хорошо отапливаемых помещениях. Только вот я этого не почувствую. И почему-то от этого на глаза наворачиваются слезы.
Странно осознавать, что теперь кровь в моих венах течет в несколько раз медленнее, и то, что раньше воспринималось как пробирающий до костей холод, сейчас лишь не заслуживающее внимания неудобство. Точнее, я не чувствую холод, но он делает меня медленной, тупой и слабой, как любое хладнокровное животное, например ящерицу или змею.
С одной стороны, хорошо не чувствовать промозглых порывов ветра, пробирающих до костей. С другой… Именно холод, голод и боль заставляют нас чувствовать себя живыми. Я живой себя не ощущаю, жить мертвой не хочу, и что с этим делать – не понимаю.
За окном мелькают унылые сугробы, горные хребты вдалеке, которые сейчас едва получается разглядеть в снежной дымке, и знакомые, редко разбросанные по обочинам дороги трактиры. Мы едем в Сноург, хотя логичнее было бы увезти меня в Срединные земли. Но так далеко зайти Эль, конечно, не решился. И это правильно, такого я бы точно не потерпела.
– Не опасно? – спрашиваю, не сомневаясь, что Эль поймет, о чем я.
– О тебе никто не знает, – нервно бросает Эль. Он прекрасно понимает, что Сноург – не лучшая идея. Там клан вампиров, много знакомых, МагСтраж.
– Так узнают. – Я невесело усмехаюсь. – Это неминуемо. Не утаишь иголки в стоге сена. Сколько у нас времени?
– Неделя… Две… – Эль пожимает плечами и затравленно смотрит на меня. – Как будешь себя вести.
– Ты же в курсе, что тихо я не умею?
– Дайана, это не шутки. О тебе не должны узнать как можно дольше. Это опасно.
– Эль, ты сделал сильную ведьму вампиром. – Я зло усмехаюсь и смотрю на него с вызовом. – Конечно, это опасно. Нужно было думать раньше, – припечатываю мстительно, не щадя чувства напарника.
– Они придут за тобой и попробуют убить, – признается он. – Этого нельзя допустить. Ты должна стать сильной не только как ведьма, но и как вампир. Иначе все будет зря.
– Зачем тогда обращал? Знал же, что будут проблемы! Знал, что я не останусь в восторге! Для чего, Эль? – спрашиваю я с издевкой. Мои слова жалят, но Эль заслужил грубость, которую я на него выливаю. Он поступил как эмоциональный подросток. Не думал о последствиях, а я не собираюсь скрываться. У меня есть цель, и в голове начинает рождаться план. А еще… Я считаю себя мертвой, поэтому не страшно умирать еще раз. Если успею исправить ошибки, будет совсем хорошо.
– Ди, я не жалею, – признается он со вздохом. – Мы не задержимся в Сноурге надолго. Пара дней, чтобы ты пришла в себя…
– А потом уедем на край света вместе? Так ведь? – уточняю я, даже не пытаясь скрыть сарказм. – Ты на это рассчитывал, Эль? Не будь идиотом, тебе не идет!
Вампир отводит взгляд, подтверждая мою догадку. Наивный. Он думает, что, став вампиром, я резко изменю свои планы или мой характер станет иным? Интересно, с чего бы это?
– Нет, Эль, ты не угадал. Мы никуда не уедем. У меня очень много планов, и отъезд в них не вписывается. Мне надо найти Блэкфлая и завершить начатое. А все проблемы… Что же, это просто проблемы. Боишься за свою задницу? Так я тебя не держу, можешь валить. Хоть сейчас.
– Ты творишь глупость! И не понимаешь, что говоришь! – шипит он, оскалив клыки.
Огрызаюсь в ответ:
– Спешу заметить, и ты тоже. Я не собираюсь отступать от своих планов. А мой план – это Блэкфлай.
– Он натворил столько, что его убьют и без тебя. – У Эля, оказывается, тоже есть зубки, и он умеет ими больно кусаться. Но со мной ему все равно не совладать. – Успокойся и живи для себя. Ты же хотела вернуться к прежней жизни. Это второй шанс, который я даю тебе и который ты не хочешь использовать!
– Не хочу. – Не вижу смысла врать. – И шансов я не просила. Сейчас – совершенно точно. И кто тебе сказал, что я планирую убивать Блэкфлая?
Эль молчит. То ли не хочет спорить, то ли решает отложить скользкую тему на потом. Мне все равно. То, что он превратил меня в вампира, ничего не меняет между нами. Я так же приказываю, а он или исполняет, или идет к демонам в задницу. Чем быстрее он это поймет, тем проще нам будет.
Мы въезжаем в город на рассвете и плетемся по сверкающим улочкам, которые напоминают сказку. Кажется, в этом месте могут происходить только истории с хорошим концом. Но есть я, экипаж и молчащий Эль. Мы совсем не подходим к этому месту, так как несем кровь, боль и разочарование даже самим себе.
Я ожидаю, что экипаж затормозит где-то на окраине, но он уверенно пробирается по петляющим улицам в сторону Ледяного дворца.
Я никогда не считала Эля идиотом, но иной раз его безалаберность и уверенность в собственной неуязвимости поражают. Не знаю, что и кому он хотел доказать, когда снимал дом в самом центре Сноурга. Тут дорого и у всех на виду. Нам вполне подошла бы окраина. Я, конечно, люблю комфорт и удобство, но готова пожертвовать ими ради собственной безопасности и безопасности моего окружения. Или его цель – продемонстрировать прелести жизни вампиром?