Черная метка (СИ)
— Да, неудобно вышло, — бросил в мою сторону виноватый взгляд Сархэ. — Как будто мы одни все сделали, а Адрэа в этом вообще не участвовал.
— Я и не участвовал, — примиряюще сказал я, перехватив свирепый взгляд Босхо. Вчера она пыталась со мной поговорить и надавить на совесть, но я не стал с ней ругаться и, терпеливо выслушав, просто ушел, никак не прокомментировав обвинение в том, что в сан-рэ я сделал большую глупость и понапрасну рисковал собой. — Все нормально, ребят. Я не в претензии. К тому же вы действительно молодцы. Лэн Усхэ все сказал правильно.
Кэвин окинул меня полным сомнений взглядом.
— А мне кажется, что нет. Каждый из нас сделал, что смог. И выделять только четверых, зная, что на концерте нас было пятеро…
— Это безобразие, — буркнул Тэри, тогда как Ания лишь непримиримо поджала губы и отвернулась. — И вообще, нечестно. Так что предлагаю на награждение не ходить.
— Нельзя не ходить, — поморщился Нолэн. — Такие мероприятия пропускают только по причине внезапной смерти, иначе это будет неуважением. Так что никуда не денемся. Пойдем. Хотя настроение с этим награждением нам, конечно, подпортили.
Я благоразумно промолчал, не став развивать скользкую тему, так что народ, побурчав и повозмущавшись, все-таки затих. Да и лекция вскоре началась, поэтому нам тем более стало не до разговоров, ну а потом оно как-то само забылось, утряслось, так что вплоть до самого награждения никто из нас к этой теме не возвращался.
Босхо, кстати, дулась на меня целых три дня, наотрез отказываясь разговаривать. Но к концу недели и она угомонилась. По-видимому, решив, что вот такой вот я дурак и с этим ничего не поделаешь.
Собственно награждение должно было состояться в дуэ-рэ, в предпоследнюю неделю зейра и прямо накануне целой серии зачетов, контрольных и промежуточных экзаменов, которые ознаменовали собой конец первого полугодия.
День, кстати, организаторы выбрали не самый удачный — к этому времени в столицу уже пришли самые настоящие холода. С метелями, с сугробами, со всеми зимними атрибутами. Которые хоть в Таэрине и были заметно мягче, чем в северных провинциях, но все же ощутимо влияли на жизнь столицы и создавали массу неудобств.
Так вот, накануне в одэ-рэ по всей академии старательно шуршали. Наемные рабочие ожесточенно драили стены и полы, причем не только в административном корпусе. Дворники усиленно гребли лопатами снег. Актовый зал и даже лестницу к нему старательно украсили, да и то не своими руками, а над интерьером поработали специально приглашенные дизайнеры, так что и само здание, и обстановку в нем было не узнать. Как будто там не обычное награждение планировали устроить, а ни много ни мало зимний бал.
К счастью для меня и моей отчаянной нелюбви к танцам, такое явление, как балы, в военно-магической академии были не приняты. Так что никаких подвохов от грядущего события я не ждал и вообще надеялся, что приду, похлопаю вместе со всеми и по-быстрому свалю. Быть может, даже на внеочередные занятия с Сорти, благо в послеобеденное время уроки нам в этот торжественный день с разрешения лэна Усхэ отменили. И мне тупо надо было занять себя чем-то до вечера, чтобы этот день не пропадал.
С Сорти я, кстати, даже договорился, поэтому крайний срок в половину четвертого мне надо было быть у ворот академии.
По времени мы тоже обговорили, так что к семи он обещал подбросить меня в школу Харрантао.
И все бы ничего, за исключением того, что всех студентов попросили сегодня на награждение надеть парадные белые мундиры, но, как оказалось, торжественная часть с самого начала пошла не так, как я планировал, да и остальной день, можно сказал, полетел кувырком.
Начать с того, что когда мы зашли в актовый зал, то, мягко говоря, охренели, обнаружив, что громадное помещение превратилось в филиал королевского дворца. Обычно серые стены сегодня были выкрашены в белый цвет и увешаны цветами. Над проходами и сценой висели целые гирлянды разноцветных огней. На некогда ровном потолке появилась богатая лепнина, причем, по-моему, даже с позолотой. На полу был положен совершенно новый паркет. Рядом со сценой зачем-то нахреначили кучу записывающей и всякой другой аппаратуры. Да еще и пресса откуда-то привалила, заняв все козырные места и застолбив за собой большую часть проходов, так что продраться сквозь их строй оказалось не так-то легко.
Как только я увидел это безобразие, то тут же малодушно отделился от коллектива и сказал, что толкаться не буду, а поболею за них где-нибудь тут, поближе к выходу, чтобы даже случайно в объективы многочисленных камер не попасть. Ребятам же делать было нечего — строгий регламент… а им сегодня тоже зачем-то озаботились… требовал, чтобы виновники торжества сидели в первом ряду. Поближе к сцене. Так, чтобы, когда объявят их имена, по-быстрому подняться и не заставлять себя долго ждать.
В итоге Нолэн, Тэри, Кэвин и Ания, горестно повздыхав, ушли вперед, направившись прямиком к своим местам. Ну а я пристроился на последнем ряду, причем недалеко от входа. Правда, потом заметил, что и там меня продолжают снимать, и перебрался в другое место, в самый дальний и темный угол, где снимать было уже неинтересно.
Мэнов за пятнадцать до начала торжественного мероприятия зал был забит почти до отказа, так что на фоне красных сидений всюду, словно белые птицы, мелькали парадные студенческие мундиры с золотыми пуговицами и цветными нашивками на «погонах». Причем здесь были и первокурсники, и будущие выпускники. И целители, и «боевики», и маготехники, и артефакторы. Девчонки, естественно, накрасились и завились. Парни добросовестно побрились. И в целом все выглядело настолько торжественно и нарядно, что это даже настораживало.
Наконец все устроились на своих местах и из скрытых за занавесом колонок зазвучала такая же торжественная музыка.
Взволнованно перешептывающиеся студенты тут же умолкли, в едином порыве уставившись на начавший подниматься занавес. Затем так же дружно зааплодировали появившемуся на сцене лэну Усхэ и на протяжении нескольких томительных мэнов старательно внимали тем сильным, правильным, во всех смыслах значимым словам, произносить которые наш ректор был настоящим мастером.
Я, правда, думал, что тут-то все и начнется.
Мол, а что? Ректора мы увидели. Приветственную речь он честно сказал. Пора уже было приступать, так сказать, к основному блюду. Однако господин ректор только попросил наших сегодняшних героев подняться на сцену. Мои друзья, слегка порозовев от волнения, поднялись и под вновь грянувшую музыку торопливо прошли куда было сказано.
И вот тогда пошла какая-то фигня. Потому что лэн Усхэ вместо того, чтобы приступить к награждению, неожиданно отступил назад и в сторону, тогда как из-за закрытой части сцены неожиданно вышел, чеканя шаг самый настоящий почетный караул. Следом за ним на сцену гуськом выбежали четверо совсем еще молоденьких мальчишек, держащих в руках по бархатной красной подушечке, на каждой из которых стояла красивая белая коробочка. Наконец последним на сцену вышел рослый импозантный мужчина в таком же белоснежном мундире, как и у нас…
И вот тогда зал, ахнув, дружно встал, поняв, что в академию сегодня пожаловал сам тэрнэ Ларинэ.
Глава 9
С повелителем Норлаэна я, можно сказать, заочно был уже знаком — его физиономию довольно часто показывали по телевидению, да и репортажи из дворца по тому или иному случаю нет-нет да и появлялись на различных каналах.
Правда, так почему-то сложилось, что тэрнэ было принято упоминать исключительно по фамилии: тэрнэ Ларинэ и все. Хотя у него вообще-то имя было, да не одно. Так что на самом деле его следовало представлять как тэрнэ Альбер Тарос Карон Илтэ Ларинэ, причем это была еще сокращенная версия. А к ней до кучи прилагались также и многочисленные титулы, которые даже навскидку вспоминать замучаешься.
Его ауру я, кстати, тоже видел. Правда, сейчас, когда он был спокоен, она тоже вела себя прилично. Но даже в таком состоянии выглядела гораздо шире, чем у всех нас и в том числе намного шире, чем даже у лэна Усхэ.