Ториан (СИ)

Старший стражник вновь отдал распоряжения, и гномов, рывком поставив на ноги, вывели из таверны.
Тунда ожидал увидеть коней, на которых прискакали лихие стражники, но перед входом в таверну оказалось пусто. Отряд эльфов проследовал через лес пешим ходом.
Стражники связали гномов меж собой и окружили так, чтобы те даже не думали предпринимать попыток к побегу. Первым в цепочке шел Верму, следом Тунда, последним Кирква. Держали путь юго-западнее тому направлению, откуда они с отрядом пришли к таверне. У старшего в конвое оказался про запас такой артефакт, магическую атаку которого Тунда отбить оказался не в состоянии. Откуда только, спрашивается, подобная «игрушка» у стражников?
Гном попытался пошевелить связанными за спиной руками. Нет, ветви ивы, которыми эльфы связали руки, держали крепче веревки и на них наверняка тоже наложены чары. Нет ни малейшего шанса разорвать крепление или ослабить.
Кроме того, Тунда чувствовал, что негатор эльфа по-прежнему работал, удерживая гномов от необдуманных действий.
После нескольких минут напряжения, руки быстро затекли, и Тунда оставил попытку распутать узы. Похоже, придется следовать за эльфами и уже на месте выяснять о дальнейших планах ушастых.
Бодрее всех держался Кирква.
— Ха, зато, вот ведь как! И платить ничего не пришлось!
— Смотри, как бы потом платить оказалось нечем, — буркнул Верма, еле державшийся на ногах.
Один из эльфов натянул поводок, которым скреплялись все пятеро.
— Разговоры следует прекратить, господа, если не хотите неприятностей.
— Будто их сейчас у нас нет, — буркнул Булдук.
Тунда задумался.
Интересно, куда делись те, с кем они сцепились в таверне? Впрочем, неважно. Гораздо больше гнома беспокоило то, куда направлялся этот кортеж. На поясе, в мешочке загадочной теплотой согревал кристаллический шар из Рубиновой скалы. И как только ушастые не заметили ЭТО.
Эльфы перемещались по Фларлану будто тени, не видя перед собой препятствий, идя быстро и незаметно для постороннего глаза. Старший стражник возглавлял шествие. Те, кто составляли конвой гномов, шли с гордо поднятыми головами, даже не глядя на пленников, хотя Тунда понимал — они следят за каждым их движением.
— Эй, гордец, я хоть и не пойму, что нарушил из Устава, — бросил Тунда, когда ему показалось, что один из эльфов обратил на него внимание. — Куда хоть идем, поясни?
Эльф не обернулся.
— На поляну Всевидящих, во дворец Согруэль, что у Дерева Жизни. Вас хотят видеть старейшины, — отрывисто сказал он.
Эльф не успел продолжить — в дело вмешался ушастый, шедший рядом, бросив ответившему:
— Ты хочешь иметь дело с Эвилианом?
Похоже, этих слов, точнее упоминания имени, оказалось достаточно, чтобы эльф помоложе, которого Тунде удалось разговорить, не сказал больше ни слова, и Тунда, несмотря на свои попытки завязать диалог снова, в ответ получил только предупреждение.
Но теряться в догадках оставалась не долго. Сам старший конвоир через несколько минут поравнялся с ними. В глазах его Тунда, помимо уже привычного презрения и высокомерия, прочитал любопытство. Эльф жестом отправил одного из конвоиров вперед, а сам встал на его место рядом с Тундой. Они некоторое время шли молча, и гном с недоверием поглядывал на него, пока эльф не заговорил.
— Зачем вы пришли в Фларлан, гномы?
Тунда, понимая, что эльф задал вопрос именно ему, повернулся к стражнику.
— Когда-то я думал, что Фларлан — лес гостеприимный для тех, кто считается врагом Императора, — ответил гном. — Но, видимо, я перепутал Фларлан и Местальэ.
Тунда заметил, что его слова задели за живое гордого лесного жителя. Эльф еще выше обычного вскинул подбородок и вдохнул свежий воздух.
— Ты прав, гном, Фларлан не знает слова «чужак» и готов принять всех, кто ищет приюта, кто гоним и обижен Империей… — он сделал паузу. — Но Фларлан отвергает тех, кто пожаловал в наш лес с обманом и подлостью. Чья душа нечиста.
— Ты на что намекаешь? — несмотря на то, что руки у Тунды были связаны, гном оскалился.
 
Эльф не отреагировал на выпад.
— Фларлан отверг вас, гном. Поэтому я и хочу узнать у тебя: почему это случилось?
Тунда искренне пожал плечами. Откуда он мог знать, почему Фларлан отверг его отряд, да и вообще, в чем выражалась это самое отвержение?
— Зачем вы пришли сюда? — настойчивее повторил эльф.
— Послушай, милый, — Тунда выдавил из себя улыбку. — Я тебе, кажется, все объяснил в таверне! И зачем мы сюда пришли, и что мы тут делали. Ты мне лучше объясни, куда делись те ребята, которые решили, что они могут запросто распускать руки?
— Мы отпустили их, после того, как наши лекари оказали пострадавшим помощь, — ответил эльф.
— Че-го? Это как отпустили? Ты, голубчик, спятил?
— Не говори, что не слышал уже раз услышанное, — эльф с укоризной посмотрел на гнома. — Их руками сам лес попытался выкорчевывать вас, как сорняк.
Гном так и шел дальше с отвисшей челюстью. За всю свою жизнь Тунда слышал немало бреда, но чтобы такое…
Видя замешательство гнома, эльф поспешил объяснить свои слова.
— Эманации Силы, гном, эманации Силы — не более того. У вас слишком… Гм, — он запнулся, подбирая слово. — У вас слишком выраженная аура неприятия, любезный, и неудивительно, что почтенные люди господина Гекта затеяли с вами перепалку. По сути, вы сами спровоцировали их, будучи носителями такой энергетики.
— Че… Да что за бред, какая к богам Подземным аура? — Тунда замотал головой.
— Вы нарушили спокойствие Фларлана, — продолжил эльф. — И лес возмутился.
И тут Тунду пронзила догадка. Фларлан ответил на колебания Рубиновой скалы?
Так ли естественны те перемещения святыни темных в пространстве?
Словно читая мысли гнома, эльф озвучил догадку Тунды.
— Что вы делали у Хребта мертвых, гном?
Хребет мертвых, так называется у эльфов Рубиновая скала. Но откуда ушастый узнал, что они побывали у хребта? Неужели и, правда, их лес почувствовал чужаков, а их проникновение внутрь скалы нарушило его спокойствие, как выразился эльф?
Глаза эльфа злобно блеснули.
— Мне повторить, или ты ответишь с первого раза?
Тунда почувствовал, как кристаллический шар, по-прежнему надежно спрятанный в мешочке на поясе, обжег его бедро. Сзади застонал Эгорд, а у самого Тунды закололо в висках. Интересно, чувствует ли это эльф?
Похоже, чувствует. И если не он, то его странная магия негатора.
Эльф достал из-под полы туники необтесанный камешек. Камешек светился ярким светом, но его свечение постепенно угасало. Тунда без труда узнал в этом камушке ещё один негатор, только магии. Эльф с удивлением потряс камень и, цокнув, спрятал его обратно под тунику, что-то скомандовав стражникам. Те закивали в ответ. Отдав распоряжения, он вернул взгляд на гнома.
— Что вы делали у Хребта?
— Пересекали его! — вспылил Тунда, не найдя ничего лучше, как перейти в наступление.
Эльф кивнул, словно удовлетворился ответом.
— А не замечали ли вы ничего, когда пересекали Хребет Мертвых, гном?
Тунде показалось, что в словах эльфа проскользнула нотка обеспокоенности и даже тревоги.
— Почем мне знать, я в этих местах не жил никогда. Камни камнями, черные, а так ничего особого в твоем Хребте нет.
— Волнений? — эльф пропустил слова Тунды мимо ушей.
— Тебе ли не знать, уша… хм, эльф, что у нас, гномов, с магией все просто. Не магики мы и дел таких не знаем.
Шар в мешочке нагрелся сильнее, и Тунда даже начал прихрамывать на одну ногу — чересчур сильно обжигал кристалл тело, хотя материя мешочка, в котором он лежал крепко привязанный к поясу, оставалась целой и невредимой.
Эльф, казалось, ничего не замечал. Он больше не задал ни одного вопроса, хотя некоторое время шел рядом с гномами, но потом резко прибавив шагу, напоследок бросил:
— Совет старейшин не будет долго выяснять суть беспокойства духов.
Тунда понятия не имел, что это за Совет старейшин, и куда их вообще ведут, но, по всей видимости, впереди их не ждало ничего хорошего. Мало того, что их в том, что в таверне от рук Тунды и его бойцов полегло несколько человек. Их обвиняли в