Рождественский папа (ЛП)

В шоке мой рот открылся в форме буквы "о", прежде чем я закрыла его с щелчком.
— Тебе не следует так говорить на публике.
Он усмехнулся и опустил руки, придвигаясь немного ближе.
— Есть много вещей, которые я не должен делать на публике, сладкие губки. Почему бы тебе не помочь мне исправиться?
Ухмыльнувшись, я перебросила волосы через плечо в попытке доказать, что его слова не оказали такого пагубного влияния на мои женские естества. Грязный байкер.
— Не слишком ли ты староват, чтобы позволять женщине изменять в тебе хоть что-то?
Он не сбился с ритма и быстро ответил.
— Ради тебя, сладкие сахарные губки, я бы попробовал.
Ага точно.
— Перестань называть меня сладкой и что бы ты там еще ни придумал.
— Почему? — Спросил он, подходя ближе. — Это именно то, что ты, блядь, из себя представляешь, маленькая мамочка. Милая. Притягательная. — Его рука поднялась, и его пальцы погладили кожу вдоль моего подбородка. — Такая чертовски неотразимая, я знаю, что потеряюсь во всем этом меде и сахаре. Я могу с радостью впасть в диабетическую кому всего через пять секунд, когда мои губы будут требовать твоих.
Я ахнула, все мое тело ожило от тепла и ощущений, которые я не могла даже представить. Рот Джейса завис всего на дюйм над моим, когда его голова опустилась ниже.
— Скажи это.
— Сказать что?
— Скажи мне, что это правда.
— Что правда? — Спросила я шепотом.
— Кто ты для меня, — приказал он, его тело почти заключило меня в клетку. — Сочная, спелая маленькая засахаренная вишенка, готовая к употреблению.
  
7
 
Моргая, я, заикаясь, ответила:
— Ч-что?
— Ты слышала меня. Ты моя праздничная конфетка, которая только и ждет, чтобы ее развернули.
Каким бы дрянным его язык не был, у него это действительно получалось. Парень был таким пугающим и большим, что его мягкие слова и соблазнительное мурлыканье задели меня за живое обещанием, которое было трудно проигнорировать.
— Ты сбиваешь меня с толку. — Махнула я рукой на его мускулистое тело, кожу и татуировки. — Ты выглядишь как преступник, который хочет жестко и быстро прижать мое тело к стене, но ты говоришь как любовник, который хочет наслаждаться своим увлечением часами напролет, пока мы оба не будем полностью удовлетворены.
Джейс издал низкий смешок и провел пальцем под моим подбородком, удерживая мой взгляд своим.
— Черт возьми, у тебя самый милый маленький ротик. Я хочу облизать каждое из этих слов и высосать их прямо из твоих губ.
— Видишь? Про это я и говорю.
— Ты пробуждаешь во мне зверя, — пророкотал он.
— Я ничего о тебе не знаю, — указала я, отчаянно пытаясь не допустить, чтобы страх прошлого овладел моей жизнью. Этот байкер ничего не знал об ужасах, которые я пережила. Я планировала оставить все именно так.
— Сходи со мной на свидание, — выпалил он, как будто не мог удержаться от вопроса еще одну секунду.
Мои глаза сузились.
— Зачем мне делать это? Ты просто попытаешься соблазнить меня на заднем сиденье своего мотоцикла.
Губы Джейса дрогнули. Он скользнул рукой вверх и по моей щеке, обхватывая мое лицо, когда он еще немного приподнял мою голову.
— Потому что мы оба что-то почувствовали в тот момент, когда встретились. Я не валяю дурака, маленькая мамочка. Жизнь слишком коротка для игр.
Найла вошла в комнату, но Джейс не двинулся с места. Я попятилась, его рука упала, мой желудок сжался, когда я мучительно размышляла о его словах. Я действительно почувствовала эту связь в магазине, и сейчас я почувствовала ее еще сильнее, но у меня есть ребенок, и я откровенно в бегах. Я всегда оглядываюсь через плечо. Часть меня все еще застряла в Техасе, как бы сильно я ни хотела вырваться на свободу. Мой бывший, вероятно, был в ярости и пытался нас разыскать. Я не думаю, что смогу доверять какому-либо мужчине после того, что Чет сделал со мной.
 
Я поврежденный товар.
— Ты слишком много думаешь, сладкая.
Я проигнорировала байкера, вошел Ной, и губы Найлы юмористически приподнялись. Она весело улыбнулась Джейсу.
— Мама, я был переполнен энергией, как один из врагов мандалорианца! Это было так потрясающе!
— Держу пари, это было круче, чем у малыша Йоды.
— Я говорил тебе, что ты сегодня сделаешь что-нибудь крутое, — добавил Джейс.
— На самом деле он не малыш Йода, но ничего страшного, если ты будешь называть его так, — ответил Ной певучим голосом.
Недавно мы посмотрели эпизод, в котором раскрылось его имя. Ной был приверженцем этого сейчас. Мой сын ударил Джейса кулаком здоровой рукой, прежде чем снова улегся на кровать.
— Тук, тук.
Новый мужской голос привлек мое внимание, и я подняла глаза, когда вошел доктор.
— Привет всем. Я доктор Миллс.
— Привет, — поздоровался Ной, уставившись на его белый лабораторный халат.
— Боюсь, у меня не самые лучшие новости. Ты сломал кость в руке, — объявил он Ною. — Дело в том, что я довольно хорош в наложении гипса. Тебе просто надо будет хранить его в чистоте и сухости, но все твои друзья могут подписать его в школе.
Ной тяжело сглотнул.
— Будет больно?
— Не очень. Я бы сказал, что твоя боль уже была настолько сильной, насколько это возможно, Ной. У твоей медсестры есть для тебя лекарство, от которого тебе станет лучше.
— Хорошо. — Ной сел немного прямее. — Я достаточно храбрый.
— Так и есть. Я уверен, что твоя мама гордится тобой.
— Я очень горжусь Ноем. Он очень храбрый, — согласилась я, и мой голос дрогнул.
Сломанная рука? Мой бедный малыш!
Сильная рука обняла меня за плечи, и я погрузилась в объятия, сразу почувствовав себя немного спокойнее. Это было самое странное ощущение, но присутствие Джейса здесь внезапно показалось совершенно нормальным. Доктор ушел, и Найла вернулась, дав Ною немного жевательного тайленола и воды. Она снова ушла, чтобы собрать принадлежности для гипса.
— С ним все будет в порядке. Вот увидишь.
Слова были прошептаны мне на ухо, и я заметила, что рот Джейса был достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его дыхания на своей коже. Легкая дрожь пробежала по моей коже, а в ответ раздался соблазнительный шепот. Повернув голову, я почти прижалась своими губами к его.
— О, — ахнула я. Его борода защекотала мою кожу, прежде чем мой взгляд устремился вверх, и я уловила вспышку желания в его глазах.
— Санта, ты все еще наблюдаешь за моей мамой?
Невинный вопрос Ноя застал меня врасплох.
— Что?
— Санта наблюдал за тобой в доме.
Тихий смешок слетел с губ Джейса.
— Я уверен, что это так.
Мои щеки запылали.
— Ты не должен был говорить ему это.
Джейс пожал плечами, и я заметила, как дернулся его рот, когда он подавил усмешку.
— Ничего плохого в том, что мальчик знает, что я наблюдаю и оберегаю вас обоих.
Сузив глаза, я слегка подтолкнула его, но он не сдвинулся с места.
— Это то, что ты делаешь?
— Конечно, маленькая мамочка.
— Ага, посмотрим, — ответила я с настроем, когда он поднял руку, и костяшки его пальцев коснулись кожи моего предплечья.
— Дорогая, ты многое увидишь.
Три часа спустя мы были дома, и Ной был уложен в постель. Он наконец задремал после того, как подействовало обезболивающее. Он был очень рад похвастаться своим гипсом и захватывающей историей о том, как он разбился и сломал руку. Мы с Джейсом оба уже подписали его гипс, и я была уверена, что Ной планировал, чтобы все, кого он знал в школе, сделали то же самое.
— Он сильный ребенок. И бесстрашный тоже.
Я плюхнулась на диван в гостиной, и Джейс присоединился ко мне, сидя близко, но не настолько, чтобы я чувствовала себя некомфортно. По крайней мере, пока. У меня было ощущение, что он продолжит с того места, на котором мы остановились в больнице, и я не хотела отвлекаться, пока у меня не будет шанса выяснить, откуда он знает Ноя. Я предупреждала своего сына о незнакомцах с тех пор, как он был малышом. Мне показалось странным, что он так быстро привязался к Джейсу.