Текущая реальность (СИ)

Почесал я «репу» и, спрашиваю:
- А кто вообще имеет право вступить в кооператив?
- Любой гражданин, достигший возраста шестнадцати лет.
- А условия для вступления? Или, любой «проходимец» с улицы пришёл, попросился и его взяли?
- Его должны принять на общем собрании коллектива. Как и руководство, которое избирается прямым голосованием.
- То есть, случайный человек в артель не попадёт?
- Нет, не попад      ёт. Чаще всего это бывает родственник, хороший знакомый или вступивший по рекомендации и под поручительство члена артели…
Владимир Дмитриевич рассказывает, я размышляя:
«Мда… При таких порядках ждать какого-то прорыва не приходится», вдруг слышу:
- … Действует своя дополнительная — негосударственная пенсионная система и программа финансовой помощи участникам артели, которые имеют право на ссуды для строительство жилья и крупные покупки.
Враз воспряв:
- А откуда «дровишки»? В смысле – гроши на ссуды?
- Не менее двадцати процентов прибыли артели, по Уставу должно отчисляется на формирование так называемого «запасного капитала», откуда и предоставляются ссуды.
Думаю:
«Эге… Не всё так безнадёжно, оказывается».
Сперва начал было горячку пороть:
- А давайте, товарищи…
Но тут же взял себя в руки:
- Давайте соберём руководство десяти вышеперечисленных ленинградских артелей, предложим им объездиться обратно в кооператив «Юпитер»… Затем дадим особо важное задание и, спросим: какие изменения в Уставе на их взгляд, необходимы для дальнейшего развития артельно-кооперативной промышленности СССР?
На том и порешили…
Правда, был вопрос:
- А что за «особо важное задание», Иосиф Виссарионович?
Но боясь сглазить, я ответил уклончиво:
- Да, так… Есть идейка по одной «заклёпке».
«Заклёпками» эти товарищи особо не интересовались – будучи стопроцентными гуманитариями, поэтому мой ответ их полностью устроил.
***
Одним из преимуществ диктаторства было то, что все мои приказы – которые я неусыпно держал под личным контролем - выполнялись едва ли не мгновенно. С теми же, что не держал «неусыпно»…
С теми же по-разному бывало, конечно.
Уже на следующий день, в Кремле передо мной стояли «навытяжку», как председатели ленинградских промыслово-кооперативных артелей - так и экс-руководитель безвременно канувшего в лету «Юпитера».
Первых, было даже больше на одно председательское рыло: организаторы «перелёта» Ленинград-Москва перестарались и прихватили главу «Коопмедприбора» - артели «им. Ленинградского комсомола».  
Ну, ничего… Лишним кашлем масло не испортишь, а наоборот.
Время как раз было обеденное и, напустив на внешний вид как можно больше благожелательности и дружелюбия, пригласил перепуганных кооператоров в совнаркомовскую столовую:
- Разговор у нас с вами, товарищи - будет очень серьёзным и долгим. Поэтому «заправляйтесь» под самую пробку, пожалуйста! Ну и мне бы тоже не мешало бы перекусить.
Это сразу разрядило обстановку, председатели ленинградских артелей разом повеселели и хором пожелали товарищу Сталину приятного аппетита.
Перехватив взглядом экс-председателя «Юпитера»:
- А Вас, Федор Арсеньевич, я попрошу остаться… В смысле, приглашаю за свой столик.
У находившихся рядом вытянулись лица: как и Реципиент - я называю по имени-отчеству лишь в исключительных случаях…
В очень исключительных.
Но я знал, что делал: этот человек, не только выдающийся организатор и успешный предприниматель – каких на Руси ещё поискать надо, но и талантливый изобретатель. В моём «Посленании» про него пусто, как в церковной кассе после Великого Октября… Но из предоставленного Поскрёбышевым личного дела, я узнал что имя Федора Арсеньевича Пожарова стоит на патенте «бесфитильной горелки для жидкого топлива» за 1928-й год, авторского свидетельства на «приспособление к прессу для образования в металлических заготовках ушков, серег и т.д.» и, даже…
  
«Четырехконечного штампованного ножа для мясорубки», авторство на который он заявил в тридцать третьем…
А с таких людей, я готов лично пылинки сдувать!
***
Мой обычный сотрапезник – Начальник «Службы охраны первых лиц государства» генерал-майор Косынкин Петр Евдокимович, отпросился по служебным делам. Не люблю ещё с «той жизни» пустующие места за столиком, поэтому кроме Пожарова, пригласил отобедать со мной Председателя «Государственной плановой комиссия при СНК» (Госплан СССР) - Максима Захаровича Сабурова. Это тот, который с «антипартийной группой» (в которую входил «и примкнувший к ним Шепилов») - пытался свергнуть в 1957-м году Хрущёва.
Тоже – человек очень и очень достойный. Жаль вот только способность «свергать», у него не прокачана как следует.
Может, заняться от нечего делать?
Надо обмозговать это дело с товарищами…
Ну и капитана безопасности Славина пригласил за стол, который только что вернулся, освоив под началом Василия Сталина азы управления легкомоторным самолётом…
Кандидат в зятья, как-никак!
Не заставлять же его на ногах рядом стоять.
Покушали сперва в молчании, конечно, затем уже за чаем:
- Расскажите мне, Федор Арсеньевич, про свои мытарства с «Юпитером». 
И услышал на мой взгляд, очень интересный и даже в чём-то поучительный рассказ.
***
В первой половине XX века, примус для советского гражданина, это можно сказать – был всё и даже чуть больше, чем просто «всё». Нет этого нагревательного прибора у него и смело можно сказать - не человек это, а так…
Вечно голодное, ходячее недоразумение – а не полноценный гражданин великой страны.
И в то же время купить дешёвый и при этом качественный примус – задача была вовсе не из разряда тривиальных. Импортные, в основном шведские - были не по карману большинству населения, обнищавшей после двух войн подряд страны. От отечественного производителя – откровенное…
Впрочем, как чаше всего прочий ширпотреб - производимый руками освободившего от гнёта «гегемона».
Совсем ещё юным приехав из деревни в Питер, сравнительно долго проработав на Металлическом заводе - Фёдор Пожаров досконально освоил соответствующие технологии и лично знал многих опытных мастеров – слесарей и штамповщиков. Решив взяться за очень выгодное дельце - производство примусов и горелок, он убедил их организоваться в кооператив «Юпитер».
Собрали паи, взяли пятикратный(!) кредит в Сбербанке, арендовали помещение и кое-какое самое простое оборудование, в том числе первые пять прессов. Первое время изготавливая штампы – жили буквально впроголодь, не уходя с работы по двенадцать-пятнадцать часов. Первые «блины» вышли комом, но кооператоры не унывали.
Лишь только через несколько месяцев наконец, что-то стало получаться что-то годное и в «Юпитере» приступили к массовому выпуску продукции. Производимые кооперативным предприятием бытовые примусы - вовсе не являлись каким-то особо продвинутым «хай-тэком», зато они были до примитивности просты. Простота конструкции, плюс целый ряд рационализаторских нововведений в технологию производства - позволили добиться того, что стоили они дешевле выпускаемых даже в родном Отечестве, а по качеству - приближались к шведским. Примусы с клеймом «Юпитер» были нарасхват по всей стране: от Ленинграда до Владивостока и Баку и, вскоре кооператоры - смогли не только погасит кредит, но и расширить производственные площади, построить общежитие и клуб…
В конце концов, в сравнительно короткий срок, кооператив «Юпитер» превратился в целое промышленное объединение, выпускающее не только примусы и горелки… Безопасные бритвенные станки и лезвия, мясорубки, портативные патефоны и даже…