Текущая реальность (СИ)

Виноградов радостно:
- Вот видите? Будь товарищ Сталин «настоящим» - он бы разве так сказал? Такого придумать невозможно, такое нужно просто…
И он с важностью подняв палец вверх:
- …Знать!
***
После этих слов, недоверие у «неофитов» сменилось потрясением. А когда я рассказал им про «реальное» будущее, потрясение сменилось шоком… Да таким сильным, что я уже начал было опасаться за здоровье а то и саму жизнь Щербакова Александра Сергеевича – так тому поплохело.
К счастью, у нас на столе вовремя оказалось универсальное лекарственное средство – «Московская особая», а то б мы его «потеряли» в тот же вечер.
Пока тот приходил в себя, а мы все закусывали, оказавшийся более крепким Пономаренко, потрясённо воскликнул:
- А куда наши чекисты смотрели?! Как они такое(!) могли допустить?!
Вздохнув, мельком глянув на портрет Реципиента, объясняю:
- После Его(!) загадочной смерти и убийства Берии, органам Государственной Безопасности было запрещено отслеживать представителей высшей партийной и государственной власти…
С полной убеждённостью в голосе:
- …Хотя если рассуждать логически, они только этим и должны заниматься. Или я неправ, Пантелеймон Кондратьевич? Или от какого-нибудь антисоветски настроенного «поэта-прозаика», угроза государственной безопасности больше, чем от завербованного американскими спецслужбами члена Политбюро Коммунистической партии, занимающего должность Заведующего отделом пропаганды?
Командующий «кровавой гэбнёй» заметно напрягся, сжав кулаки:
- Это кто ж, такой?
- Это тот, который сразу после окончания школы - этим летом пойдёт на фронт воевать. И провоюет год, дослужившись от рядового до лейтенанта артиллерии, пока не будет комиссован после тяжёлого ранения16.
Все были поражены и это ещё не то слово:
- И как он только мог…
Морщусь:
- Дело не в нём и, даже - не в не так давно упокоившимся в подкремлёвских недрах Хрущёве… А в сформировавшейся к тому времени политической системе. Или Вы, Пантелеймон Кондратьевич, всерьёз считаете, что тот читал свой доклад о «Культе личности» без согласия большинства делегатов XX Партсъезда?
Внимательно оглядев «посвящённых» и не встретив возражений, остановив взгляд на заметно порозовевшем и ожившем Щербакове – знатоке негласных партийный правил, продолжаю:
- Сами прекрасно понимаете, товарищи, что такого у нас не бывает. Если бы этот гнусный тип знал, что столкнётся с хоть каким-то сопротивлением парт-номенклатуры, он бы не рискнул. Ни за что бы не рискнул!
То, глядя куда-то немного вверх, как будто надеясь увидеть призрак Лысого Поп-корна и спросить с него, подтвердил:
- Насколько я Никиту знал – не рискнул бы.
Продолжаю с пылом, с жаром:
- Такая же или почти такая история и с развалом Союза и ликвидацией Коммунистической партии Советского Союза: мнения рядовых членов уже давно никто не спрашивал. Да и сами они разуверились все в коммунистических идеях. А на всех уровнях выше первичной организации на предприятиях - абсолютно все были «за».
Несколько повысив голос:
- Так вот, товарищи: сломать эту систему – наша с вами первоочередная задача!
Оживше-порозовевший Щербаков, со светом озарения на лице:
- И надо признаться, Иосиф Виссарионович, Вы уже изрядно преуспели в сломе этой системы.
Скромно потупившись:
- У одного у меня ничего бы не получись. Но вместе – мы сила! И мы, товарищи, всего лишь в самом начале этого пути - длинною в целую вечность…
«За кадром» остались мои – не совсем весёлые мысли:
«…Ибо, ломать её пробовали многие – от Ивана Грозного до Ленина и «реального» товарища Сталина. Но она всякий раз возрождалась, хотя и в несколько другом обличии».
Однако если вообще ничего не делать – будет ещё хуже!
Ещё ни один народ не выжил, следую заветам Льва Толстого «о непротивлении злу».
После непродолжительного молчания, глядя на Пономаренко, продолжаю отвечать на заданный им вопрос «как вы допустили такое?»:
  
- Опять же, из кого состоял в тот период Комитет Государственной Безопасности (или КГБ) - которым на Западе до жидкой усрачки пугали электорат? Из тех же выходцев из комсомольско-партийного «актива», привыкших делать карьеру - работая в основном языком на собраниях и «гибкими телодвижениями» в кабинетах вышестоящих начальников.
С довольно прозрачным намёком главе Госбезопасности на то, как надо работать с кадрами:
- А противостоящее им Центральное Разведывательно Управление (ЦРУ), было укомплектовано «по-бериевски»: лучшими выпускниками Гарварда и прочих ведущих университетов США!
«Пруфы в студию»?!
Пожалуйста!
Алексей Иванович Копытцев, закончив механико-математический факультет МГУ, в том же 38-м году - начал службу оперуполномоченным 7-го отделения 5-го отдела (иностранного) ГУГБ НКВД СССР. Ныне он занимает должность Заведующего «Специальным отделом» (правительственная связь) в звании генерал-майора. Это хотя и самый показательный, но далеко не единственный пример кадрового отбора «по-бериевски».
Задаю вопрос на засыпку «вновь обращённым»:
- Ну и кто кого переиграет, как вы все думаете?
Ответом мне было угрюмое молчание…
***
Развиваю тему «почему так получилось и кто виноват?»:
- Тем более что мы с вами, товарищи, сами – где это только возможно и, даже там - где невозможно в принципе, подыгрываем на идеологическом фронте этим «лучшим выпускникам Гарварда».
Это было что-то новенькое из моих уст, поэтому не поняли даже посвящённые из «старичков». Лев Мехлис тут же вопросил:
- Это как же, Иосиф Виссарионович?
Обращаясь ко всем:
- Товарищи! Давайте уж, хотя бы находясь с глазу на глаз, хотя бы самим себе честно признаемся: бесклассового общества не получилось. Советское общество разделено не на рабочих, колхозное крестьянство и известную «прокладку» между ними… А на тех кто производит материальные ценности и тех, кто их распределяет. То есть говоря своими словами… Владимир Дмитриевич, активнее!
Идеология была коньком Бонч-Бруевича младшего и он тут же, даже не прожевав:
- Если говорить своими словами - на трудящихся и эксплуататоров…
И пожав плечами:
- …Всё по Марксу!
Торжествующе глядя на «неофитов», восклицаю:
- Христос в таких случаях говорил: «Ты(!) сказал».
Удовольствовавшись произведённым впечатлением, но всё ещё видя сомнения, внутренний раздрай и присущие каждому живому человеку колебания:
- Могу привести аналогию более низшего уровня, для большего понимания ситуации. Древнеримское государство было устроено крайне несправедливо – захватнические войны, угнетение колоний, рабовладельцы и рабы. Положим, Восстание Спартака бы победило… Чтоб в итоге бы получилось? Бесклассовое общество? Как у братского монгольского народа - переход от рабовладения сразу в социализм, минуя две общественно-экономические формации?
- Нет, конечно! У победивших рабов было два пути: вернуться в первобытное состояние и бегать по лесам за козами, выживать каннибализмом в голодный год, или… Владимир Дмитриевич, активнее!
- Или, самим стать рабовладельцами. И третьего – не дано!
Продолжаю:
- Так что на выходе, мы бы имели тот же Рим с рабовладельческим строем, только вместо вырезанных патрициев римского происхождения, представителями господствующего класса в нём были бы бывшие гладиаторы. Возможно, их правление будет более мягким, а к рабам они будут относиться более человечней – помня отрицательный опыт своих предшественников… Но это будет именно рабовладельческая общественно-экономическая формация и никакая больше.
Когда я закончил, Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич согласно кивнул и закончил за меня:
- Всё по Марксу! Чтобы могла возникнуть следующая общественно-экономическая формация, нужны соответствующие материально-технические предпосылки. А развитие производительных сил во времена Спартака, не могли соответствовать даже возникновению ранее-феодального строя.