Хочу тебя испортить (СИ)

— Все в сборе? — прерывает затянувшуюся тишину скрипучий голос декана. — Ну-с, без лишних предисловий, объявляю турнир открытым. Прошу всех занять свои места. Каждая команда располагается за отдельными столами, ориентируйтесь по цветам. Синие — Бойко, Чарушин, Фильфиневич, Шатохин, Георгиев. Красные — Любомирова, Юрченко, Тарасов, Диденко, Терентьев. Желтые — Илиев, Орлов…
Желаю удачи девочкам и их команде, затем Чарушину и иду с ребятами к красной секции. Выдыхаю лишь после того, как сажусь за стол. Хорошо, что перегородки не позволяют нам видеть членов другой команды.
Ввожу в систему логин и пароль, которые получила накануне, и сразу же оказываюсь в игре. Надеваю наушники и специальные очки. Сердце стучит абсолютно ровно. Никакого лишнего адреналина, ни грамма волнения я не испытываю. Просто включаюсь и сосредотачиваюсь. Быстро проверяю защитную экипировку своего персонажа. Меняю оружие со штурмовой винтовки на привычные пистолеты.
Локация, перед которой нашу команду выбрасывают из вертолета, оказывается огромным трехэтажным сооружением в арабском стиле. Тихо переговариваемся с ребятами между собой и решаем, что я войду в здание первой, а они сразу за мной. Нужно постоянно держать в голове, что помимо игровых ботов, от которых нам и предстоит освободить здание, другие команды в это же время проникают в сооружение через альтернативные входы.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Первый этаж мы проходим легко и ненапряжно. Всей пятеркой перемещаемся на второй. И вот там уже разворачивается настоящая бойня. Значков на карте становится все меньше. Один за другим они тухнут и исчезают. Все, кого убивают, должны покинуть зал. Следовательно, в нашей секции образуются пустые стулья, и психологически это беспокоит больше, чем количество игроков.
Сначала вылетает полностью команда Желтых. Потом Оранжевые. Мы с ребятами проходим второй этаж и почти добираемся до следующей лестницы. Карта, кроме трех наших красных значков, показывает, что в игре остаются еще два игрока Синих и один Зеленый. Но у выхода на лестничную клетку на нас налетает целая орда. Успеваю забежать в укрытие, а Тарасова и Диденко убивают.
— Черт! Черт возьми! — ругаюсь шепотом, когда ребята поднимаются и выходят.
Впереди еще целый этаж, а я осталась одна. К такому не готовилась. Выдыхаю и беру паузу, чтобы успокоиться и оценить обстановку. На панели игры горит еще один значок. Синий.
Какова вероятность, что это Чарушин? Хотя какая разница? Сейчас мы конкуренты. Кто-то один должен взять здание под контроль, чтобы принести победу своей команде.
— Любомирова, ты осталась? — слышу в динамике голос Бойко и вздрагиваю.
— М-м-м… — не могу решить, что ему ответить.
Зачем он связывается со мной? Мы все-таки противники.
— Давай, не ломайся. У меня, блин, твой номер светится.
— И откуда ты его знаешь?
— Оттуда.
— Грр… — издаю непонятный звук, выдавая свое раздражение. — Что тебе надо? — выдыхаю так же недовольно.
Вот не вижу его, только голос слышу, а начинаю нервничать.
— Третий этаж забит. В одиночку его трудно пройти. Предлагаю объединиться и валить туда вдвоем.
Размышляю, покусывая губы.
— Центурион?
— Я думаю!
— Думай быстрее.
— Черт… Черт… — шепчу неосознанно.
Вот теперь, впервые за всю игру, телом овладевает настоящее волнение.
— Вареник, блядь…
— Не подгоняй меня!
— Да ты издеваешься!
— Нет же! Я думаю!
— Хватит думать. Срывай уже чеку. Сама обещала, что будем взрывать, — припоминает мои же слова. — Погнали.
— Если я тебя увижу, могу рефлекторно спустить курок, — шиплю, злясь на то, что он вызывает у меня столько эмоций, когда я должна быть спокойна.
Самое время сосредоточиться. Но нет же, надо было остаться именно с ним!
— Потом это обсудим, — заверяет едким тоном. И добавляет как-то двусмысленно: — Кто кого снимет…
— Ладно! — выкрикиваю, устав нервничать. — Я согласна. Идем.
— Молоток, Центурион! Слушай, дальше, — напрягаюсь, когда он это говорит.
 
— Ты же не ждешь, что я позволю тебе сейчас командовать?
— Кто-то должен быть главным. И этот кто-то точно не ты, — прямо заявляет Бойко.
— Нет, я все-таки пристрелю тебя… — шиплю в микрофон, выбираясь из укрытия.
— Побереги патроны.
— У меня их дофига!
— Отлично, потому что у меня, благодаря кому-то, постоянно, блядь, заканчиваются, — сообщает Кирилл с упреком.
— Когда ты поймешь, что я здесь абсолютно ни при чем? — вспылив, раздраженно выдыхаю я. — Сброс очков и напряг с запасами у тебя возник, потому что ты получил по заслугам за свои жестокие выходки!
— Так, давай не сейчас, Сейлор Мун, блядь. Не взрывай меня, иначе и я раздам последние патроны, как только тебя увижу.
— Вперед!
— Центурион… — как же бесит этот тон, которым он смеет меня предостерегать. — Ты близко? Войдем на этаж вместе, но ты должна будешь меня прикрыть, чтобы я добрался до оружейной.
Шумно выдыхаю, прежде чем ответить.
— Я поднимаюсь по восточной лестнице.
— Жду.
Когда я выхожу на этаж и вижу рядового солдата, ничем не отличающегося от сотни других в этой игре, сердце отчего-то расходится, как ненормальное.
— Классные сиськи, Центурион, — слышу, что, делая этот сомнительный комплимент моему персонажу, Бойко смеется.
К щекам тотчас приливает кровь. Хорошо, что в реальности меня никто не видит. Потому что… Я вдруг улыбаюсь его тупому юмору. Наверное, из-за того, что злобы в нем нет. Смех Кирилла какой-то непривычно настоящий, волнующе игривый и необычайно теплый. Внутри меня просыпается та самая жар-птица. Сегодня она не только машет крыльями, но еще и пускает мыльные пузыри.
Чертовщина какая-то, ей-Богу…
Едва сдерживаю смех, когда отвечаю:
— Я работала на них целый год.
Кирилл снова смеется. Понимает, о чем я. Чтобы улучшить внешний вид и навыки своего персонажа, нужно копить очки со всех турниров.
— Неужели ты спустила состояние на виртуальные сиськи? Зачем?
— Так мне хотелось!
— Кхм… У тебя и свои классные, — выдает неожиданно каким-то хриплым тоном.
Я замираю, забывая, где нахожусь. Не могу придумать, как реагировать. Зачем он это сказал? Одно дело — обсуждать персонажа, его внешний вид — это как прокачка, и совсем другое — переключаться на реальность.
— Эм…
Благо в это мгновение на нас налетают солдаты-боты, и мы расходимся в разные стороны, чтобы отстреливаться.
— У меня три патрона, — сообщает Бойко уже серьезным тоном. — Прикроешь?
— Прикрою… Только карта показывает, что оружейная комната почти посередине этажа. Как ты дальше?
Боже… Так говорю, будто меня это волнует.
— Справлюсь… Думаю… Я выхожу.
Мое дыхание заметно учащается. Вижу, как персонаж Кира выбирается из укрытия и прокатывается по полу комнаты. Я прицеливаюсь и убираю всех ботов, которые поворачиваются к нему. Утрачиваю связь с реальностью. Сейчас мне кажется, что мы физически там находимся. Такое погружение в игровой мир случается очень редко. У меня, наверное, впервые.
— Центурион? — дыхание Кирилла тоже кажется учащенным.
— Да?
— Я уйду, бросай гранату. Слышишь?
— Да.
Забываю о том, что не собиралась подчиняться его командам. Как только солдат с красным номером «337» скрывается из вида, приседаю и выкатываю гранату. Даже виртуальный взрыв сейчас пронимает сильнее, чем когда-либо.
— Кир? — зову в микрофон. — Кир? Ты как?
Мало мне гипнотизировать его значок, хочу услышать голос.
— Порядок. Я в оружейной. Заправляюсь. Там это… В четвертом зале кто-то есть. Перед этим чисто. Выйду тебе навстречу сейчас.
 
— Хорошо. Я уже бегу.
Сердце кое-как успокаивается, только когда снова встречаемся. Теперь Кир меня прикрывает, пока я перебираюсь через коридор к нему. Отстреливаемся вместе и, перебросившись парой фраз, бежим дальше.